Украина продемонстрировала, что ей достает храбрости и уверенности в себе следовать курсом нейтралитета, не выступая против страны или группы стран, а действуя в интересах самой Украины.

19 богатых на события лет пролетели с тех пор, как Украина получила независимость, и 234 года – с тех пор, как то же самое сделали США.

Вряд ли можно себе вообразить более разные обстоятельства, что помогает оценить способность Украины приспосабливаться к сложным и двусмысленным геополитическим реалиям, и очевидную к ним нетерпимость со стороны Америки – нетерпимость, граничащую с презрением.

Американская революция - как мы называем нашу борьбу за независимость, - повлекла за собой открытый процесс мятежа против тираничного сюзерена, подъем армии, победу и  разрыв связей. Тогда речь шла о том, чтобы позволить стабильным политическим институтам, которые уже имели место, беспрепятственно функционировать.

Кроме того, новую республику от Британии отделял океан, а между частями новой страны не было этнических или лингвистических трений. Это была тривиальная история.

Ни одну из этих характеристик не отыскать в приобретении независимости Украиной, оно разворачивалось более неоднозначно, хотя это и не преуменьшает историческую значимость события. Поистине, остается лишь догадываться, как бы Украина получила свою независимость, если бы центральная власть в Москве так услужливо не обвалилась.

Еще больше усложняли рождение независимой Украины запутанная история отношений Украины с Россией, внутренние этнические и языковые противоречия внутри страны и ужасные последствия 70 лет марксистско-ленинистского правления для общества и экономики.

Как раз тогда, когда Украина рождалась, мы, американцы, переживали кризис самооценки.

На заре нашей национальной жизни мы уподобляли себя идеализированному представлению о Древней Греции (аграрные, мирные и республиканские), но, пройдя через горнило Гражданской войны, приняли более римскую концепцию представления о самих себе.

К концу ХХ века, когда Америка вела войну против Сербии, мы отошли, как древние римляне, от своих республиканских берегов и пришвартовались к недвусмысленному имперскому курсу. Вот что бывший госсекретарь США Кондолиза Райс пишет в Foreign Affairs: “Миссия Америки – изменить мир, а в том, что касается ее имиджа… Старая дихотомия между реализмом и идеализмом никогда на самом деле не была применима к США, потому что мы не приемлем ситуации, в которой наши национальные интересы и наши ценности были бы под вопросом… Мы предпочитаем перевес власти, которая благоприятствует нашим интересам, балансу сил, который им не благоприятствует. Мы воспринимали мир таким, какой он есть, однако мы никогда не соглашались с тем, что мы бессильны его изменить”.

Президент США Барак Обама, кажется, отвергает такую гордыню, и, тем не менее, заявление Райс совершенно точно отражает точку зрения большей части американской внешнеполитической элиты, вне зависимости от партии.

Имперская политика США почти довела недавно обретшую независимость Украину до чудовищного тупика.

Если бы Украина и Грузия были членами НАТО в августе 2008, когда российские войска вошли в Южную Осетию, а НАТО бы сослалась на статью 5, предусматривающую коллективную защиту государства-члена, на которое было совершено нападение, Украина бы оказалась в состоянии войны с Россией.

С другой стороны, НАТО могла поосторожничать и поступить иначе. В таком случае НАТО бы выглядела бумажным тигром, и Украина задалась бы вопросом, зачем она вступила в НАТО, а НАТО бы усомнилось в целесообразности ввязывания в миссии, которые ставят под угрозу сферу ее полномочий и компетентность. Отказавшись от членства в НАТО и выбрав статус нейтралитета – самое убедительное проявление суверенитета, Украина продемонстрировала новую способность различать, преследовать и защищать свои национальные интересы даже перед лицом внешнего давления.

Это обнадеживающее послание для Украины на 19-ую годовщину ее независимости: Украина показала, что ей достает храбрости и уверенности в себе следовать курсом нейтралитета, не выступая против страны или группы стран, а действуя в своих интересах.

Новая независимая внешняя политика Киева открывает перспективы панъевропейской Антанте, новому европейскому балансу сил, основанному на стремлении к обоюдовыгодным отношениям между Берлином, Киевом, Москвой и Парижем (вероятно, с включением сюда Варшавы). Это ключ к противостоянию угрозам и вызовам, которые представляют поднимающийся Китай, повстанческое джихадистское движение внутри ислама и общая болезненность Европы, затопленной светским материализмом.

Пойдет ли Вашингтон на мировую – то есть, откажется от имперских амбиций и вернется к гордой независимой республике Джорджа Вашингтона? Пока внешнеполитическая элита США не имеет таких намерений, однако то, что происходит на Ближнем Востоке, на мировых рынках и внутри страны может вынудить США пойти именно этим путем. Райс говорит, что США предпочитает “перевес силы” балансу сил.

Но иногда ваша сила не настолько перевешивает, как вам кажется, и иногда это к лучшему.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.