Вы знаете, какая научная область и образовательная дисциплина 9сегодня вдруг стала одной из популярнейший в России?

Не угадаете. Так как речь идет совсем не об исследовательских направлениях, связанных с нанотехнологиями, и не о тех вещах, которые воплощаются в глубинную информатизацию общества.

 

Читайте также: Украинского чиновника судят за русский язык


Никакого Сколково и модернизационного прыжка вперед. Это уже не слишком актуально. В повестке дня ныне новый стратегический приоритет, а именно - ускоренное развитие украиноведения (которое там называется «украинистикой» и «украиноведением»).

На это выделены немалые деньги. А, может, и большие - о прозрачности движения финансов в подобных случаях говорить не приходится.

Для этого расширяются существующие и создаются новые исследовательские центры. Проводятся масштабные конференции, на которые приглашают многочисленных гостей из Украины. Последним - а речь идет о научных работниках и преподавателях - предлагают участие в разработке общих тем - за российские, конечно, средства.

Сейчас центрами украинистики в России являются Московский государственный институт международных отношений, Российский государственный гуманитарный университет, Санкт-Петербургский госуниверситет, Институт славяноведения РАН, где в 8 отделах сотрудники занимаются связанными с украинистикой научными проблемами, Институт Европы РАН, где создан Центр украинских исследований, Институт русского зарубежья, Центр украинистики и белорусистики МГУ имени Ломоносова, Фонд эффективной политики, Институт экономики РАН, Центр восточноевропейских исследований, Белгородский госуниверситет (кафедра украинистики), Уфимский филиал Московского государственного гуманитарного университета имени Шолохова и прочие.

В более, чем десяти российских вузах излагаются такие учебные дисциплины как украинский язык, литература, история.

Можно порадоваться за российских знатоков Украины, а среди них есть исследователи чрезвычайно высокого уровня, например, профессор Татьяна Таирова-Яковлева, руководитель Центра по изучению истории Украины в Санкт-Петербургском государственном университете, автор ряда книг по истории Гетманщины, в том числе, и биографического исследования «Мазепа» - они, похоже, смогут эффективнее работать.

Неужели официальная Москва поняла, что выражение «Украина - не Россия» не просто публицистически-афористично, а и справедливо по содержанию? Похоже, что да, поняла.

 

Читайте также: Русский как второй государственный язык на Украине


Тем не менее, выделяет деньги не на то, чтобы лучше объясниться с Украиной и украинцами на основе уважения к их ценностям и интересам, а на то, чтобы на основе полученных знаний получить радикальное изменение сакраментальной формулы на другую: «Украина - это тоже Россия». Или, по крайней мере, «Украина - это Малороссия».

Вот фрагменты только одной украиноведческой рекомендации, сделанной на основе обобщения научных конференций и «круглых столов». Заметим, речь идет о вообще толерантных к факту существования украинской государственности и украинской нации предложениях, которые исходят из необходимости общего движения России и Украины в Европу. Так вот...

«...Действия России могут быть направлены на то, что бы доказать украинскому политикуму пользу от проведения конституционных реформ федеративного характера - по примеру Германии, которые расширяют самостоятельность областей, а также реформ, которые повышают статус русского языка, на государственном уровне фиксируя двуязычие - по примеру Канады.

...В украинском публичном пространстве должна укрепиться мысль, что «ради нашей украинской выгоды мы должны развиваться в согласии с  РФ, а в некоторых случаях при участии РФ».

...Акцентирование российского интереса в сохранении общего пространства гуманитарного и социального развития.

...Необходим набор публичных и узкопрофильных мероприятий в поддержку русского образовательно-медийного пространства в Украине.

...Должна быть составлена карта грантовой поддержки - список вузов и других учебных заведений с их реальными ресурсами, проблемами, а также теми специалистами, которые имеют желание и амбиции расширить собственные возможности в преподавании русского языка. Таким образом, финансирование должно носить точечный характер.

...С целью снижения поводов для конфронтаций, а также, учитывая низкое качество (!!! - автор) преподавания в украинских вузах украинского языка, разумно рассмотреть возможность поддержки в вузах Украины двуязычных специальностей «русский и украинский языки», для расширения базы переводчиков.

...России необходимо заинтересовывать общественные русские организации для поисков контактов и отладке сотрудничества с украинскими партнерами.

...Крупные российские общественные движения и организации должны выстраивать или отыскивать собственные связи в Украине. Необходимо наращивать всю гамму межпартийных связей. Не только по линии членов «Единой России».

Все российские конструктивные партии от «Справедливости» до «Правого дела» должны вести собственные проекты и искать контакты в Украине, причем совсем неважно, какова внутроссийская парламентская судьба вышеуказанных и других российских политических организаций. Нужно обрастать любыми связями».

И, в конце концов, итог: «Москва должна иметь долгосрочный план своей политики и понятные для Киева правила двусторонних отношений с четкой системой критериев положительного развития, выход за границы которых предусматривает плохие последствия для мира и согласия внутри Украины».

Таким является «прикладное украиноведение», которому сейчас в России посвящается все большее внимание.

 


Еще раз подчеркну: эти рекомендации сформулированы на вообще либеральной в московском понимании идейной основе, а что же предлагают власти более радикально настроенные научные работники, которые отрицают факт существования отдельной украинской нации и правомочность государства Украина?

Что же говорить о персонажах с несколько другой идеологической ориентацией, а именно директоре Центра украинистики и белорусистики в МГУ имени Ломоносова профессоре Михаиле Дмитриеве с заявлениями на манер: «Украинские историки пока не предложили российским ни одного прямого документального доказательства того, что во время голода  начала 1930-х годов Москва планировала «геноцид» украинского народа». Или: «История на Украине политизирована гораздо сильнее, чем в России»?

Удобно: для Пушкина и Герцена приемлемым и естественным было «в Украине», а вот московский профессор знаток Украины говорит: «на Украине»...

Так вот: не слишком пылкие украинофилы, мягко говоря, возглавляют - за редкими исключениями - украиноведческие центры в России. Поэтому «научная основа» российской политики относительно Украины без лишних напоминаний будет именно такая, какая и нужна «кремлевским чекистам».

К такому выводу побуждает, в частности, и акцент на регионализме: исследовать отдельные регионы, изучать Украину по кускам и так же устанавливать контакты с украинскими научными работниками, преподавателями, исследовательскими институтами, вузами «точечным» способом.

При этом, как видно, Западная Украина нынче не слишком интересует российских украинистов - если вообще интересует. А вот Центральная, Восточная и Южная - очень интересует. Что бы это значило - хочется спросить у отечественных исследователей России.

Но же где они, эти исследователи, где соответствующие институты и центры? Разрозненные научные работники, работая на свой страх и риск, игнорирование наработанного ими официальным Киевом - вот такая, в отличие от России, ситуация у нас - о секторе России и стран СНГ отдела внешней политики Института стратегических исследований при Викторе Януковиче разрешите скорбно промолчать...

И наконец. При нынешней ситуации украинские исследователи, привлеченные к тесному сотрудничеству российскими центрами украиноведения, де-факто будут не просто помогать «кремлевским чекистам» лучше знать Украину, а и эффективнее проводить политику давления на нее с целью загнать в такие удобные Москве рамки, выход за которые будет иметь, как написано в цитированных выше рекомендациях, «плохие последствия для мира и согласия внутри Украины».

Ибо: знания являются силой.

Перевод: Антон Ефремов