Комментируя Вашу редакционную статью от 14 мая под заголовком "Вопросы Гавела", мы хотели бы отметить, что глубоко уважаем Вацлава Гавела (Vaclav Havel), которого русские диссиденты называют чешским Андреем Сахаровым, за его смелое выступление против коммунистической тирании. В начале 90-х годов он неоднократно и весьма красноречиво доказывал необходимость объединения всего "Хельсинкского региона" — того, что Жак Делор (Jacques Delors) в те дни называл "Большой Европой", и того, что Джеймс Бейкер-третий (James A. Baker III) называл пространством "от Ванкувера до Владивостока". Г-н Гавел высказывал эти идеи, выступая в Совете Европы и даже в НАТО.

Г-н Гавел мыслил вступление в НАТО как часть процесса объединения "Хельсинкского региона", а не как способ его разъединения и определения России в какое-то отдельное азиатское пространство. "Будущая структура безопасности демократической Европы немыслима без участия в ней демократического сообщества народов сегодняшнего Советского Союза", — заявил он в своем важном обращении к НАТО 21 марта 1991 года.

Запад, к сожалению, не отреагировал на идеалистические идеи того времени. В 1990 и 1991 годах все посткоммунистические режимы, от Праги до Москвы, поднимали вопрос о вступлении в НАТО, но у НАТО не нашлось ответа ни для кого из них. Только в 1993 году Североатлантический альянс начал серьезно обсуждать эту тему, когда Россия уже наполовину переориентировалась, и нужно было говорить о мерах по снижению ущерба.


Лишь в 1995 году Организация Североатлантического договора предложила свой ответ в форме плана поэтапного расширения на основе индивидуального приема, что вело к новому разделу Востока. Не было предусмотрено реформирования НАТО, чтобы сохранить гибкость принятия решений в условиях роста числа ее членов; скорее все тяготы приспособления к новым условиям были распространены на Восточную Европу, которой был предложен перечень новоизобретенных критериев приема в НАТО. Претендентам было дано понять, что эти критерии в любой момент могут быть "подкорректированы", чтобы можно было сказать, что определенные страны, к которым НАТО благоволит, соответствуют предъявляемым требованиям, тогда как России, к примеру, всегда можно будет заявить, что она этим требованиям не соответствует. Этот ответ нисколько не помог снижению ущерба, скорее он его усилил.

Все намеки и искренние просьбы России о приеме в НАТО, с которыми обращались как г-н Ельцин, так и г-н Путин, не говоря уже о многих российских министрах, были проигнорированы. И сегодня, к нашему величайшему сожалению, наш герой Гавел перешел на позиции наиболее заблуждающихся групп на Западе, тех самых, которые отвергали его призывы в 1991 году, а позднее согласились с идеей расширения альянса только на том условии, что оно будет проводиться на основе антироссийской линии. Нам больно опускаться до детальных опровержений его аргументов против приема России в НАТО когда бы то ни было или его утверждения, что в этом нет ничего антироссийского, но мы все же хотим указать, что это все — неоднократно повторяющиеся аргументы тех же самых групп на Западе и они все совершенно очевидно ошибочные.

К счастью, мы слышим и более разумные голоса людей, которые сегодня высказываются примерно так же, как когда-то Гавел. Например, Сильвио Берлускони (Silvio Berlusconi), только что выигравший выборы в Италии, 11 мая заявил, что Европа, Америка и Россия "движутся к общему восприятию будущих угроз", которые диктуют необходимость для нас "выработать общий подход". А почему бы и не быть России в НАТО? "Россия и все те, кто желает присоединиться к НАТО и кто отвечает требованиям к кандидатам, должны все входить в единую систему безопасности".

В феврале этого года генеральный секретарь НАТО лорд Робертсон (Robertson) заверил россиян, что они в самом деле имеют право претендовать на членство в НАТО, и обещал, что эта организация очень внимательно рассмотрит любую поданную Россией заявку. Можно найти конструктивный выход даже в той формулировке, которую г-н Буш-младший направил в адрес встречи 10 претендентов на вступление в НАТО из числа малых стран Восточной Европы, — что дверь в НАТО "должна быть открытой для всех демократических стран Европы┘Никакая часть Европы не будет исключена по мотивам, связанным с ее историей или географией". Если принимать это всерьез, а не просто как повторение недостаточно продуманного лозунга, тогда это означает, что Россию также не следует отвергать — не более чем Германию, страну с гораздо более ужасной историей ведения войн против Атлантического альянса, и не более чем Америку, страну, которая географически значительно дальше удалена от Европы.

Стоит лишь задуматься на мгновение, как становится ясно, что включение России (в число кандидатов на вступление в НАТО — прим. пер.) — единственное решение головоломки с расширением НАТО. Не может быть иного пути расширить НАТО, не загнав Россию в угол и не сделав из нее потенциального врага.

Ира Штраус (Ira Straus), американский координатор, Комитет по Восточной Европе и России в НАТО

Эдуард Лозанский (Edward Lozansky), президент, Американский университет в Москве

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.