Это будет их пятая встреча меньше чем за год и, быть может, самая важная. Сегодня вечером Джордж Буш-младший (George W. Bush) встречается в Москве со своим другом Владимиром Путиным. Бал начнется в Кремле, чтобы завершиться четыре дня спустя в Санкт-Петербурге, в "Северной Венеции", воздвигнутой Петром Великим, мечтавшем реформировать Россию и "прорубить окно в Европу".

Прежде чем отправиться на завоевание Москвы, Джордж Буш-младший подал знак соучастия своему российскому коллеге. Подобно тому, как Владимир Путин, вскоре после 11 сентября произнес в германском Бундестаге речь, потрясшую умы немцев, американский президент должен был представить в немецком парламенте свое новое видение европейской географии.

Именно такова ставка этого турне. Похороны Холодной войны состоялись во время барбекю на техасском ранчо в Крофорде, сейчас речь идет о продолжении. Оно последует скоро. "Видеть Россию на Западе, - признается журналу "Time" советник по национальной безопасности США Кондолиза Райс (Condoleezza Rice), - это мечта трех столетий, а не просто знак окончания периода холодной войны".

Трехстраничный документ, который подпишут в пятницу президенты Буш и Путин, превращается в подобие памятного амулета. В нескольких параграфах, начав с красной строки, бывшие чемпионы гонки вооружений подсчитают прибыли и убытки от исчезновения двух третей своих ядерных арсеналов. Все это производит сильное впечатление, но, на самом деле, подписание этого договора означает лишь разрыв с прошлым: впервые в рамках стратегических отношений Россия - уже вынужденная проглотить пилюлю в связи с односторонним выходом США из договора по ПРО - увидит себя не в ранге равной державы, но просто партнера, которого достаточно не обижать. "В некотором смысле, - объяснил в Сенате министр обороны США Дональд Рамсфельд (Donald Rumsfeld), - мы не нуждаемся в этом соглашении", но, добавил он, "я думаю, что мы поступим хорошо, если поддержим поворот России к Западу и примем меры, которые убедят россиян в наших добрых намерениях, так, чтобы они смогли развеять сомнения в своей стране".

Трудно выразиться яснее, и грубее. Кремль прекрасно отдает себе отчет в этой тяжелой двусмысленности. Когда лидер коммунистов Геннадий Зюганов обвиняет власть в "высшем предательстве", он касается больного места, поскольку переходное десятилетие мало убедило высшее военное руководство и население страны в добрых намерениях Америки. Только Зюганова не очень то слушают: "Сила Путина, - отмечает один московский дипломат, - в том, что никто не может выступить против него. Он может действовать, не опасаясь политических последствий".

Пока вся страна, за исключением крупных агломераций еще только встает на старт, Владимир Путин уже дает свисток. Хотя ему всякий раз приходится отрезать жирный ломоть, он без тени сомнения разыгрывает карту сближения с Западом - давняя мечта Петра Первого, чей портрет красуется в рабочем кабинете президента в Кремле. Вынужденный резать по живому, Путин ампутирует свой ядерный арсенал, жертвует Средней Азией, впервые со времен монгольского нашествия дозволив Западу проникнуть на эту территорию. Президент готов сделать удивленную мину, когда под крики "ястребов" американские военные специалисты высаживаются в Грузии, на этой "братской" земле.

Исходя из принципа, который российская армия по-прежнему воплощает в своей трагической поступи по окровавленной Чечне, холодный и загадочный экс-подполковник КГБ колет, рубит, режет. Он, не колеблясь, бранит свое правительство, когда экономический рост не оправдывает ожиданий.

В этом - нерв схватки. После рекордного роста в 2000 году, поднявшееся тесто экономического пирога вновь готово осесть. Кремль, правительство и промышленники знают об этом. Все втихомолку начинают беспокоиться. Деньги, инвестиции и экономический рост необходимы. Иначе Россия может вернуться к "экономике попрошаек", которая может опустошить целые континенты.

Финансовый вопрос, следовательно, ставится во главу угла. На официальных бумагах могут проступить водяные знаки. "Пути-Путу", как дружески зовет его президент Буш, недостаточно одной чести войти в пантеон "близких друзей" Белого Дома. Ничего не требуя и ища выгоды во всем, он рассчитывает получить дивиденды от сближения с "Сильным мира сего". Это, пусть в форме шутки, признал Колин Пауэлл (Colin Powell), говоря о блокаде на импорт американской птицы: "Я более обеспокоен экспортом куриных окорочков, чем полетами ракет", - сказал госсекретарь США.

Владимир Путин уже доказал, что обладает добрыми намерениями. Теперь ему следует попытаться повысить ставки и разыграть свои верные карты. Война против Ирака? Почему бы и нет, если Россия получит "отрез" нефтяного поля после падения Саддама. Энергетика? Не забывайте, мы можем быть альтернативой Ближнему Востоку. "Ось Зла", нераспространение оружия массового поражения? Может быть, но Иран и Северная Корея щедро платят за атомные реакторы. А, кстати, как дела с вступлением в ВТО? Что до ваших ядерных отходов, то у нас в России места хоть отбавляй┘

В словенских лесах, примерно год назад, Джордж Буш поставил печать на сближении с Владимиром Путиным. Американский президент сказал тогда, что "заглянул в глаза" своему коллеге и увидел "его душу". "В течение семи лет я частенько пытался заглянуть в глаза Путину-, - возражает Сэнди Бергер (Sandy Berger), бывший советник Билла Клинтона (Bill Clinton). - Мне удалось увидеть лишь человека, смотрящего на меня". Через восемь месяцев после 11 сентября, даже если сценарий саммита предполагает "абсолютный триумф", как отметил один европейский дипломат, все равно, с романтизмом покончено.