Тротуар рассечен на две части. На одной его стороне стоит Юлла (Ulla), ее пышная белая грива ниспадает на плечи, образуя завитки. Юлла - одна из самых знаменитых проституток Франции - летом 1975 года она организовала захват церкви в Сен-Низье в Лионе. На другой стороне - дама в черном пальто, со слегка оплывшим лицом и банальным прозвищем. Она вышла замуж за своего бывшего сутенера, и теперь живет с ним. 15 лет назад она свила гнездышко для своих детей в одной из коммун в Верхней Луаре. Дама рассказывает о своих лошадях, о сыновьях, что приезжают на ферму, о своей 34-летней дочери и о своих внуках. Юлла предпочитает вспоминать клиентов - «потому что меня никогда о них не спрашивают, всегда избегают говорить об этом, тогда как именно здесь зарыт ключ к проблеме проституции, без этого не объяснишь ее причин».

Одна вещь поразила ее, когда она только начала торговать собой в лионском притоне в квартале Сен-Жан: зеркальное стекло, отделяющее зал, куда входили клиенты от столовой, где собирались девушки. «Они выбирали нас, оставаясь невидимыми, даже без обмена взглядами», - замечает Юлла. Главный принцип отношений клиента и проститутки - отсутствие встречи? Оборотная сторона медали шокировала ее. «Обычно они говорят мне «ты», а я обращаюсь к ним на «вы». Но, в любом случае, нет ни диалога, ни агрессии. Все происходит механически. В глазах клиентов мы - ничто, и именно за этим они и приходят», - уточняет она. Один из ее постоянных посетителей, «большая шишка из префектуры», был любителем мазохистских радостей. Он перемолвился с ней лишь парой слов, «один раз за два года», во время первого «свидания», чтобы уточнить свои требования в деталях. «Мы обменялись взглядами на улице. Мы поднялись в комнату. Я никогда больше не слышала звука его голоса». Постановщик документальных фильмов Бернар Бетремье (Bernard Bйtrйmieux), из ассоциации «Я.ты.он» (Je. tu. il.), которая выпустила в феврале 2000 года при поддержке движения Nid («Гнездо») «профилактический» репортаж «Клиенты проституции» (www.jetuil.asso.fr), подтверждает слова Уллы: «Клиенты и проститутки - это два мира, практически лишенные точек соприкосновения».

В этом фильме два завсегдатая Булонского леса, водитель такси и его приятель, согласились прокатить режиссера на машине, заставить его окунуться в «атмосферу ночи», провести его по своим «владениям». Они рассказывают свою историю, сидя на передних сиденьях, не оборачиваясь. Десятки проституток, всех полов и со всех континентов, женщины, трансвеститы, транссексуалы, родом из Франции и Бразилии, Румынии и Филиппин ждут на краю дороги в свете фонарей. Камера снимает без остановок. «Всегда можно найти проститутку, и потом, есть выбор» - бросил таксист. «Вот за что я люблю Булонский лес: там есть из кого выбрать», - поддакивает дружок. Оба говорят, что проводят здесь от шести до десяти часов в неделю. Подобно суверенам на охоте, подобно призракам скользят они в самом сердце этого пестрого гарема, таящего в себе тысячи возможностей. «Удовольствия, что дарит вуайеризм - беспредельны», - говорит приятель таксиста. «Раз проедешь по маршруту, будешь потом сладко спать, что бы ни произошло!», - чистосердечно признается он.

В одном из редких исследований, посвященных клиентам проституции, «Человек в торговле сексом» (L'Homme dans le commerce du sexe), опубликованном в ноябре 1987 года по заказу ЮНЕСКО шведский социолог Свен-Аксель Манссон (Sven-Axel Mansson) пишет, что в том случае, когда «сексуальность приобретает форму товара», речь идет не о «взаимном и чувственном контакте» между клиентом и проституткой, но об «односторонней половой связи», в которой «именно покупатель олицетворяет пол. Проститутка символизирует саму сексуальность. Она выступает в роли актрисы: и, как правило, «лишена» пола (┘) речь идет о субъектно-объектных отношениях, в которых покупатель является субъектом, а продавец - объектом». Где бы то ни было, на улице или в отеле, на сиденье машины или в эротическом центре, «клиент приходит покупать ветер, целовать ветер», - говорит Юлла.

Проститутка - это приманка? А клиент - жертва обмана? «От начала и до конца он должен быть главным. Он платит за это. Он должен чувствовать себя хорошо, даже если он безобразен, если у него живот и морщины», - продолжает Юлла. «Если он неловок, если он неполноценный или извращенец, - какая разница: это мы должны найти способ доставить им удовольствие. В 80% случаев они убеждены, что сводят нас с ума. Часто, когда они кончают, спрашивают, было ли это хорошо┘», - смеется старая профессионалка, и бросает презрительные взгляды.

«Все сделано для мужчин. По их мнению, проституция - нечто само собой разумеющееся», - подчеркивает Клер Картонне (Claire Carthonnet). Она говорит, что работает в «традиционной» манере - на «заводе», без «приработок». Клиентам продают «жесты»: «в этом нет ни желания, ни страсти». Таково золотое правило. Чаще всего акт совершается в машине клиента. «Они смотрят на нас, выбирают. Но когда я оказываюсь в машине, роли меняются. Это больше не победители. Они пассивны, почти пристыжены, это мне приходится вести игру. Они платят за это, чтобы снять с себя ответственность, чтобы вновь стать детьми. Так называемая нужда «покатать шары» - всего лишь алиби. Секс - лишь повод», - добавляет молодая женщина, которая должна в этом году опубликовать автобиографическое эссе, оно появится в издательстве «Seuil». Среди ее клиентов, «постоянных» и «бабочек» (случайных) - последние снимают ее чаще всего. Они никого не выбирают, они счастливы от обладания «множеством женщин, которые потенциально готовы к их услугам», подобно таксисту и его приятелю, о которых рассказал Бернар Бетремье.

Если женщины торгуют собой, то «по необходимости, либо потому, что им это нравится», - размышляет шофер. Он сомневается. «Если женщина получит удовольствие, тем лучше. Все зависит от клиента. С мужчиной все сложнее. Это тайна. Лично я сделаю все, чтобы не стать проституткой, это - последнее дело для мужчины». Его приятель согласен. В Булонском лесу у него было время поразмыслить. Легким кивком он указывает на силуэты, которые возникают в свете фар: «Если они здесь, то для того, чтобы возбуждать мужчин», - утверждает он. Бедолагам известно, что каждая третья и даже каждая вторая - трансвестит или транссексуал. «Но я не вижу здесь ничего от гомосексуализма», - защищается таксист, и клянется, что выбирает всегда лишь «женоподобных» трансвеститов. Под конец он забывается. « Когда я имею дело с «мужиком» -трансвеститом, все происходит очень быстро. Мне плевать, есть ли у него что-нибудь между ног!», - ворчит он. Находясь на заднем сиденье, режиссер фиксирует все. Его анонимные клиенты согласились принять его предложение, признает Бернар Бетремье, «только потому, что это «мужской» разговор. С женщиной-режиссером все было бы гораздо сложнее».

Следовательно, есть «мужские секреты», как думает университетский преподаватель Даниэль Вельцер-Ланг(Daniel Welzer-Lang), автор первой работы о проституции «Одни, одне и другие» (Les Uns, les unes et les autres.Metailiй, 1994) и один из редких европейцев, разрабатывающих эту тему. В июльском номере ежеквартального журнала движения "Nid", озаглавленном «Проституция и общество», выйдет большой материал, посвященный клиентуре, этому «черному континенту», который хранит «вековые тайны». Даниэль Вельцер-Ланг сам сталкивался с этим мужским сопротивлением. Однажды он добивался субсидии в администрации, и получил от высокопоставленного чиновника такой ответ: «Вы хотите получить от нас деньги, чтобы нас изучать?», - воскликнул функционер. «Ибо каждый мужчина, - объясняет Свен-Аксель Манссон, - потенциальный покупатель секса».

«Полигамия желания» и «полисексуальность», которые взращены в мужчинах - это секрет полишинеля - но все же секрет, обстоятельно объясняет Даниэль Вельцер-Ланг. «Чтобы система работала, следует хранить секрет, поскольку мифы обладают властью над женщинами». Они готовы отправиться «на поиски прекрасного принца, который был бы всем одновременно, хорошим отцом, мужем и по возможности, хорошим любовником». В штаб-квартире лионской ассоциации «Кабирия», которая с 1993 года осуществляет программу «здравоохранения в среде лиц, контактирующих с проститутками», цель которой - снизить риск СПИДа, директор Мартина Шутц-Самсон (Martine Schutz-Samson) вспоминает об одном клиенте. Его охватила паника, когда, в ожидании результатов анализа, он вынужден был начать пользоваться презервативами. «Тоска охватила его, поскольку он не мог признаться своей жене, что посещает проституток». Самая мысль о том, что их «секрет» может быть раскрыт, повергает мужчин в ужас. Теперь, когда появилась опасность заразиться СПИДом, «все несколько изменилось», замечает представитель организации, но власти продолжают сомневаться, следует ли «вводить специальные меры против клиентов», поэтому роль проституток в профилактике остается огромной.

Хотя, по различным оценкам, число уличных проституток во Франции - от 15 до 30 тысяч. Однако никто не может назвать точное число их клиентов», - подчеркивает Даниэль Вельцер-Ланг. Контингент покупателей секса пополняется в основном за счет 30-39-летних, это чаще всего бизнесмены или представители свободных профессий. Эти данные были получены в ходе исследования, которое провел в Стокгольме профессор Манссон в начале 1980-х годов. В то время постоянные клиенты проституции составляли менее 5% всего мужского населения Швеции, считает социолог. Но Стокгольм - это не Париж. Швеция - единственная страна мира, где с 1 января 1999 «покупка сексуальных услуг» карается законом. Во Франции, напротив, терпимо относятся к проституции, за исключением проституции меньшинств, и то с недавнего времени.

В этой социальной политике очень много противоречий. «Вот уже 15 лет, как клиенты уличных проституток полностью дискредитированы, их даже считают исчадьем ада, но сексуальные развлечения никогда еще не были столь распространенными, как сегодня», - отмечает Даниэль Вельцер-Ланг, имея в виду клубы по обмену сексуальными партнерами, порно-сайты, абонентские телеинформационные сети и секс по телефону. Пример Страсбурга, где жители квартала Пятнадцати начали «охоту» за клиентами (о чем писала "Le Monde" от 14 мая) - лишнее подтверждение этой тенденции, Те, кого общество хочет заклеймить, выставляют себя напоказ, протирая до дыр тротуары и фланируя по бульварам: вчера это были проститутки, сегодня - их клиенты. Новая торговля телом, которую современные технологии сделали невидимой и конфиденциальной, претерпевает интересные изменения. Иерархия ценностей на рынке продажной любви изменилась. Гетеры стали хорошо информированными, каналы проституции оказались вовлеченными в процесс глобализации, в эротических центрах за плату обеспечивают комфорт, анонимность и гигиену. Король-клиент умер? Да здравствует потребитель! Современного любителя услад за звонкую монету, этого теневого актера театра проституции, ждут долгие темные ночи.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.