Командующий российскими войсками в Чечне генерал-полковник Владимир Молтенской видит жизнь в республике следующим образом.

"Я с удовольствием наблюдал, как в этом году 217 школ начали новый учебный год, - сказал он в своем хорошо укрепленном штабе, - как функционирует университет, институты, как люди ходят на рынки, как перемещаются по республике, и даже выезжают за ее пределы".

"Ситуация вполне нормальная", - добавил он.

А вот как она выглядит для 21-летней Заремы Байсухаровой, старшей из четырех сестер, для которых жизнь без войны является воспоминанием далекого детства.

"Наша мама не разрешает нам ходить на центральный рынок, - рассказывает она, находясь в принадлежащей их семье комнате в общежитии на окраине Грозного, которую делят сестры, родители, муж одной из сестер и их ребенок. - По дороге может случиться все что угодно. Что-то может взорваться. Российские солдаты могут напиться и начать стрельбу во все стороны".

"То есть, - добавляет она, - мы сидим дома".

Самое поразительное в Чечне сегодня - не шокирующая разруха, а диссонанс между заявлениями российских официальных лиц и реалиями жизни в месте, которое сначала было разрушено одной войной, и последние три года страдает от другой".

Президент Владимир Путин и другие российские чиновники неоднократно объявляли о том, что Чечня стоит на пути к миру и стабильности.

"Война закончена, но мира нет", - говорит Ахмад Кадыров, назначенный Кремлем глава республиканской администрации.

Российские солдаты убивают и гибнут сами в практически ежедневных столкновениях и нападениях. В то время, как командование сообщает о том, что все под контролем, 19-летний солдат-срочник, дежурящий на блок-посту в селении Итум-Кале, представляет отличное от официальных сообщений видение ситуации.

"Ситуация напряженная, как обычно", - спокойно говорит младший сержант Алексей Полежаев, добавляя, что он считает дни до отъезда домой.

Несмотря на неоднократные заявления о том, что численность войск министерства обороны и сил министерства внутренних дел будет снижена, на территории республики продолжают оставаться больше 85 тысяч человек, днем несущие службу на контрольных пунктах, и уходящие в укрытия ночью, на время комендантского часа, когда правит беззаконие. Республика должна создать свои собственные силы безопасности, однако их формирование задерживается из-за сложностей с набором и обучением достаточного числа подходящих для этого чеченцев.

Кремль также обещал провести референдум по новой конституции, которая должна закрепить статус Чечни как части России. Официальные лица первоначально говорили, что голосование должно пройти этой осенью, однако сейчас они заявляют, что оно не произойдет ранее следующей весны. После этого, по их словам, можно будет начинать вывод войск. Однако Кадыров говорит, что референдум не может быть проведен, пока не выведены войска.

Приводя примеры прогресса, генерал Молтенской заявил, что он значительно "сократил количество контрольных пунктов". Когда-то их было более четырехсот, однако он не сказал, сколько их осталось сейчас.

Генерал Молтенской также сказал о моральном духе и высоком уровне дисциплины российских войск, несмотря на многочисленные сообщения о фактах дезертирства. В Чечне служат только добровольцы, привлеченные окладом в размере около 130 долларов США в месяц, по сравнению с примерно тремя долларами, получаемыми солдатами-срочниками во время службы в России.

Чеченцы и международные правозащитные организации неоднократно сообщали о повторяющихся нарушениях, допускаемых российскими войсками во время так называемых зачисток, во время которых войска окружают населенный пункт и прочесывают дома в поисках боевиков или оружия.

Генерал Молтенской хвалит свои войска за "чрезвычайное чувство ответственности", отвергая обвинения в правонарушениях как преувеличенные. Все нарушения тщательно расследуются, говорит генерал, упоминая о наказании в этом году девятнадцати солдат за нарушения, суть которых он не стал раскрывать.

"Изнасилований нет", говорит, генерал, очевидно имея в виду, что их не было после случая с 43-летней чеченской вдовой, которая в феврале сообщила представителям "Human Rights Watch", что она была изнасилована группой пьяных российских солдат.

Ранее в этом году г-н Путин браво заявил, что зачистки будут остановлены, или по крайней мере будут проводиться более мягко, в присутствии гражданских прокуроров. Генеральный прокурор Чечни Николай Костюченко сказал, что его заместители присутствовали в ходе 87 процентов зачисток, однако признал, что его извещают не обо всех операциях.

Г-н Кадыров говорит, что г-н Путин повторил свое обещание 26 сентября этого года. Тем не менее, операции продолжаются, хоть и под новым названием: "оперативно-розыскные мероприятия". Г-н Костюченко говорит, что они необходимы. "Есть места, где военнослужащие гибнут каждый день", - отмечает он.

Порядок на самом деле призрачен. Школы действительно открылись в прошлом месяце, однако учебников и вспомогательных материалов не хватает.

Экономическая деятельность ограничивается обочинами дорог или центральным рынком Грозного, около которого в начале этого месяца от взрыва погибли 11 человек.

Кремль обещал выделить на реконструкцию миллиарды рублей, однако единственное, что делается - это попытки отремонтировать шесть жилых многоквартирных домов недалеко от развалин, бывших когда-то площадью Ленина.

Единственными полностью восстановленными зданиями в Грозном являются резиденция Кадырова, офис Костюченко и штаб-квартира энергетической компании "Грозэнерго". Компания сумела восстановить подачу электричества в некоторые районы города на несколько часов в день. До сих пор нет водопроводной воды.

В контраст этому базы 46-й бригады Министерства внутренних дел и 42-й мотострелковой дивизии являются аккуратными, опрятными оазисами в развалинах Грозного. База 46-й бригады располагается по соседству с останками гражданского аэродрома, на крыше зданий которого уже выросли деревья.

Когда российские войска в феврале 2000 года заняли Грозный, на месте баз было только обгоревшие здания. Теперь они перестроены под офицерские казармы. Возведены новые казармы, а также еще строятся дополнительные помещения, способные разместить роту солдат из 120 человек. Похоже, что войска останутся в республике постоянным гарнизоном. Они будут поддерживать мир, когда бы он не наступил.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.