25 марта 2004 года. Как часто политик приходил во власть на волне обещаний бороться с коррупцией и затем не оправдывал надежд миллионов избирателей? Слишком часто разговоры о борьбе с коррупцией оказываются пустым звоном.

В прошедшие две недели Владимир Путин в России и Абдалла Бадави (Abdullah Badawi) в Малайзии выиграли выборы на платформах борьбы с коррупцией. В то время как подавление плюрализма мнений в российских средствах массовой информации (СМИ) вызывает сомнения в решимости г-на Путина, заявления г-на Абдаллы внушают оптимизм, хотя его намерения в основном остаются не подтвержденными практикой.

Однако недавняя история полна примерами фальстартов и быстрых отказов от заявленных целей - от Альберто Фуджимори (Alberto Fujimori) в Перу до Джозефа Эстрады (Estrada) на Филиппинах. Обоих вышеназванных правителей избрали на антикоррупционных платформах, и оба впоследствии пали под обвинениями в коррупции. В глобальном плане масштабы политической коррупции огромны; этому способствуют сложность операций западных банков и активная дача взяток многонациональными компаниями, особенно в сферах общественных работ, вооружений, а также нефти и природного газа.

Скрытые издержки на подкуп поражают воображение. На прикарманенные суммы можно было бы обеспечить лекарствами ВИЧ-инфицированных в Африке южнее Сахары, построить жизненно необходимые дороги и снабдить учебниками школы.

"Transparency International" в своем опубликованном сегодня ежегодном докладе о коррупции назвала бывшего президента Индонезии Сухарто (Suharto) одним из самых коррумпированных в мире лидеров. Он присвоил обманным путем до 35 млрд. долл. США в стране с годовым внутренним валовым продуктом на душу населения менее 700 долл. США.

Демократическая республика Конго при правлении Мобуту Сесе Секо (Mobutu Sese Seko) получила помощи на сумму более 12 млрд. долл. США, главным образом от Всемирного банка. Г-н Мобуту прикарманил около 5 млрд. долл. США, когда валовой внутренний продукт его страны в расчете на душу населения едва достигал 100 долл. США.

А между тем правовые лазейки мешают быстрому возвращению присвоенных обманным путем денег. Нигерийский президент Олусегун Обасаньо (Olusegun Obasanjo) в конце 2003 года объявил, что швейцарцы, отказавшись от многолетней практики засекречивания банковских счетов, согласились вернуть его стране 618 млн. долл. США, которые, как говорят, были прикарманены диктатором Сани Абачей (Sani Abacha). Однако Нигерии повезло меньше с Великобританией, где затормозилось рассмотрение в суде дела о возвращении примерно 1,3 млрд. долл. США.

Потенциально мощным инструментом в борьбе с коррупцией может стать принятая под эгидой Организации Объединенных Наций (ООН) в декабре 2003 года в Мексике Международная конвенция против коррупции. Разочаровывает то, что статьи о криминальном характере незаконного обогащения и взяток не являются обязательными для исполнения, однако эта конвенция обязует подписавшиеся страны усилить сотрудничество и взаимную правовую помощь в деле возвращения незаконно присвоенных денег. Конвенция вступит в силу после ее ратификации 30 странами. Для того чтобы она успешно действовала, необходимы политическая воля и обязательство осуществлять постоянный контроль за ее выполнением. Первый объявленный ООН День борьбы с коррупцией (9 декабря) следует использовать для того, чтобы стимулировать правительства к ратификации конвенции против коррупции и призвать к быстрому возвращению незаконно присвоенных средств.

Бессчетное число стран с большими резервами людских талантов оказались в ситуации, когда их ресурсы проматываются. Нет лучшего примера, чем Кения, экономика которой в 1960 и 1970-х годах росла с ежегодным темпом около 6,5%. К концу правления Даниэля арап Мои (Daniel arap Moi), который был избран на антикоррупционной платформе, экономика Кении оказалась в застое, а страна погрязла в мздоимстве. Избрание в декабре 2002 года Мваи Кибаки (Mwai Kibaki) вызвало новый прилив оптимизма. В шестимесячный срок были приняты антикоррупционный закон и закон об этике государственного служащего.

Успех антикоррупционных усилий зависит от политической воли к воплощению изменений в жизнь. Нужно подлинное желание как исполнительной, так и законодательной властей, а международному сообществу, которое оказывает данной стране помощь, следует стимулировать реформу системы государственного управления. Непременными предварительными условиями жизнеспособной реформы являются, в том числе: независимый генеральный аудитор со всеми полномочиями по части контроля государственного бюджета; обязательное представление государственными служащими данных о своих доходах и имуществе; независимое агентство по борьбе с коррупцией с достаточными ресурсами. Важны также независимая правовая система и свободные, крепкие СМИ.

Организация по экономическому сотрудничеству и развитию оценивает годовые бюджеты для правительственных закупок во всем мире в сумму 5000 млрд. долл. США, а поэтому обязательным для международных финансовых институтов и донорских агентств, когда они жертвуют или дают взаймы деньги, является более тщательное изучение ситуации с политической коррупцией в конкретной стране. Всемирный банк, к примеру, сегодня поддерживает проекты, в которые включено пакетное соглашение "не брать взяток" (в соответствии с этим соглашением, претенденты и государственные служащие подписывают обязательство не давать и не брать взяток, за неисполнение которого страна может подвергнуться санкциям, в том числе может быть занесена в "черные списки").

Коррупция порождает нищету, конфликты и секретность. Она также бьет по карману налогоплательщиков и акционеров во всем мире. Граждане имеют право знать, что происходит с деньгами, которые доверены государственным служащим в развитых и развивающихся странах, и требовать возвращения присвоенных обманным путем денег их законным хозяевам.