Кеннет Рот является исполнительным директором правозащитной организации "Human Rights Watch"

Сексуальное унижение пленников в тюрьме "Абу Грейб" настолько шокирует, что возникает риск того, что применяемые американскими спецлужбами методы допросов, которые тоже достойны осуждения, останутся в тени. В отличие от сексуальных оскорблений, эти методы санкционированы на высшем уровне власти и, возможно, распространены еще шире.

Насилие в "Абу Грейб" является не просто результатом деятельности небольшой группы больных или получивших неправильные приказы солдат. Они являются предсказуемым результатом осуществляемой администрацией Буша (Bush) политики разрешения применения техники допросов с использованием стрессов и принуждения. Сексуальные оскорбления пленных, отвратительные сами по себе, являются логическим последствием системы, возникшей после событий 11 сентября 2001 года, которая преследует своей целью усилить боль, дискомфорт и унижение подвергаемых допросам пленных.

Министерство обороны утвердило состоящий из 72-х пунктов список стрессов, которым могут подвергаться заключенные. Согласно этому списку заключенных можно раздевать догола, лишать их сна, подвергать воздействию яркого света или оглушительного шума, надевать на них колпаки, подвергать воздействию тепла или холода, связывать их в неудобных позах. Применение более стрессовых методов должно быть одобрено вышестоящим командованием, однако они в любом случае разрешены. И практически все из них применяются на практике, согласно свидетельским показаниям, получаемым организацией "Human Rights Watch" у бывших заключенных, содержавшихся в американских тюрьмах в связи с терактами 11 сентября.

Ни один из этих приемов не является законным. Ратифицированные международные соглашения, в том числе Женевские конвенции и Конвенции ООН против пыток, запрещают не только пытки, но и "жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство человека обращение или наказания". Ратифицируя Конвенцию ООН против пыток, Соединенные Штаты интерпретировали это положение как запрещающее те приемы, которые запрещаются американской конституцией. В июне прошлого года администрация Буша вновь подтвердила данный факт.

Другими словами, так как американские суды неоднократно признавали неконституционным примение в ходе допросов подобных методов, то в соответствии с международным законодательством эти методы являются незаконными и для американцев, ведущих допросы в Ираке, Афганистане, Гуантанамо и в любых других местах, где они применяются. Американские воинские уставы запрещают применение подобных методов, а федеральные законы приравнивают их к военным преступлениям. Тем не менее администрация Буша разрешила их.

Но не требует ли чрезвычайная угроза терроризма применения этих чрезвычайных мер? Нет. Запрет пыток и жестокого, бесчеловечного или унижающего обращения и наказаний является абсолютным и безусловным, как в мирное время, так и во время войны. Бесчеловечные методы не имеют оправдания в любое время.

Более того, использование жестоких методов допросов контрпродуктивно. Под пытками люди скажут что угодно, хоть правду, хоть неправду. И те незначительные преимущества, которых добиваются допрашивающие применением подобных методов, значительно перевешиваются глобальным недовольством. В сочетании с недовольством, вызываемым другими незаконными акциями администрации Буша, например, отказом применять к пленникам Гуантанамо положения Женевских конвенций, оно привело к резкому снижению популярности Америки в мире. Союзники менее охотно идут на сотрудничество в борьбе с терроризмом, а у террористов появляется гораздо больше рекрутов.

Нельзя ли применять пытки по крайней мере к тем, кто может точно знать о неминуемом террористическом акте? Нельзя без неминуемого более широкого распространения пыток. Проблема заключается в том, что подобную ситуацию "тикающей бомбы" можно трактовать очень широко. Зачем останавливаться на подозреваемом террористе? Почему бы не подвергнуть пыткам его соседа или друга, которые тоже могут что-то знать о готовящемся теракте? И зачем ограничиваться только угрозой неминуемого теракта? Разве потенциальные жертвы будущих терактов не настолько ценны, чтобы не защищать их путем применения пыток? Это очень скользкий путь.

Утверждается, что, раз кто-нибудь из проводящих допросы все равно прибегнет к насилию, то необходимо каким-то образом регламентировать применение пыток. Однако официальное регулирование, дав понять, что пытки и плохое обращение имеют какое-то оправдание, будет только способствовать появлению новых "Абу Грейбов".

Правительственные чиновники печально известны своей неспособностью регулировать применение насильственных методов в ходе допросов. Например, попытки Израиля официально разрешить применение "умеренного физического воздействия" привело к смертям заключенных, и, в конечном итоге, к решению Верховного суда запретить эти методы. "Human Rights Watch" и другие правозащитные организации неоднократно сообщали о применении насилия в ходе проводимых американцами допросов, однако администрация Буша не обращала на них внимания, пока снимки из "Абу Грейб" не стали достоянием общественности. Более того, никто так и не был осужден за смерть двух заключенных в афганской тюрьме, хотя медицинские эксперты полтора года назад назвали эти случаи "убийствами".

На прошлой неделе генерал-майор Джеффри Миллер (Geoffrey D. Miller) объявил, что определенные виды насильственных методов допросов больше не будут применяться в Ираке. Это является полезным первым шагом. Президент Буш должен запретить применение любых насильственных методов во время допросов, как в Ираке, так и в любых других регионах. Всевозможные ненасильственные методы, например, применение различных стимулов или обманы, по-прежнему могут использоваться, как это было на протяжении десятилетий. Также никто не требует, чтобы места заключения напоминали загородные клубы. Однако преднамеренное причинение боли, страданий или унижений должно быть прекращено. Эта практика порочна сама по себе, и она ведет лишь к дальнейшим зверствам.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.