Москва. Выковать новые отношения с Россией не так уж и просто. Спросите хотя бы государственного секретаря Хиллари Родэм Клинтон (Hillary Rodham Clinton).

В ходе своего двухдневного визита в Москву, состоявшегося на прошлой неделе, она из кожи вон лезла, чтобы улучшить отношения. Клинтон превзошла даже свою владеющую русским языком подругу Мадлен Олбрайт (Madeleine K. Albright), приложившую немало стараний во время пребывания на посту госсекретаря в период с 1997 по 2007 годы.

Но хотя язык тела кажется более эффективным, дипломаты и аналитики считают, что Россия, похоже, охотно принимает дружественные жесты со стороны США и не делает ответных движений.

«Пока что «перезагрузка» отношений осуществлялась главным образом со стороны США, и после встреч [Хиллари Клинтон] ничего не изменилось», - утверждает Анжела Стент (Angela E. Stent), директор Центра евразийских, российских и восточноевропейских исследований Джорджтаунского университета.

В частности, США пытается получить поддержку России в иранском вопросе. Российская сторона заявляла, что разделяет стремления Запада предотвратить получение Ираном ядерного оружия, но по-прежнему не соглашается подкрепить дипломатические усилия угрозой введения санкций.

Россия примет участие в обсуждаемом международном проекте по обогащению урана для Ирана с тем, чтобы отправлять готовое топливо обратно в Иран, где оно будет использоваться исключительно в мирных целях. В понедельник в Вене (Австрия) состоялись переговоры по вопросу обогащения иранского урана за границей.

Но это, пожалуй, все, что Россия готова предложить США.

По словам Тоби Гати (Toby Gati), исполнявшей обязанности советника по России в Совете национальной безопасности при президенте Клинтоне, «русские четко дали понять, что они не считают себя обязанными делать встречные жесты» в ответ на недавние шаги администрации Обамы – например, отказ от дальнейшего расширения НАТО или решение пересмотреть планы президента Джорджа Буша-младшего (George W. Bush) по размещению систем противоракетной обороны в Восточной Европе.

«Они до сих пор считают их ошибками Буша, которые администрация [Обамы] исправляет, и не уверены, чего им ожидать от США в долгосрочной перспективе», - рассказывает она. - «Они с подозрением относятся к политике США – хотя это не касается лично Обамы и его команды, и сомневаются, продолжим ли мы в будущем придерживаться того же курса, что и сейчас».

В ходе своего визита Хиллари Клинтон прилагала все усилия, чтобы развеять подозрения, неоднократно повторяя, что у двух стран очень много общего, поэтому они должны значительно расширить сотрудничество. Она также обвинила членов американского и российского правительств, что те мыслят категориями «холодной войны» даже через двадцать лет после ее окончания.

«В вашем правительстве, как и в нашем, есть люди, до сих пор живущие прошлым», - сообщила она, выступая в зале, заполненном тысячами студентов Московского Государственного Университета. – «Они не верят, что Соединенные Штаты и Россия могут тесно сотрудничать. Они не доверяют друг другу. И мы должны доказать, что они неправы».

В другом порадовавшем россиян самокритичном заявлении госсекретарь признала, что Соединенные Штаты совершили ошибки, приведшие к глобальному финансовому кризису.

«Оглядываясь назад, мы должны признать, что существовали шаги, которые могли быть и должны были быть предприняты как в нашей стране, так и в остальном мире – но они не были предприняты», - заявила она. – «В то время как мы пытаемся снова запустить машину экономического роста, очень важно учиться на ошибках прошлого. Но это не означает, что мы избежим новых ошибок».

Российский министр иностранных дел Сергей Лавров предпринимал попытки казаться настроенным на сотрудничество. Он несколько раз встретился с Клинтон в ходе ее визита, чего не сделал для ее предшественницы Кондолизы Райс (Condoleezza Rice), специалиста по России. К тому же, в присутствии Клинтон он всячески демонстрировал свое дружественное расположение.

Но когда дело дошло до политики, он не уступил ни на шаг.

И все же, Хиллари Клинтон настроена оптимистично. «Я убеждена, что если санкции [против Ирана] окажутся необходимы, мы получим поддержку России», - считает она.

В интервью для информационной программы «Nightline» телекомпании ABC, взятом у Клинтон в ходе ее визита в Москву, госсекретарь добавила: «Я думаю, вот что еще необходимо знать о россиянах... - по их мнению, дипломатия должна оставаться за закрытыми дверьми, а не быть открытой, и нельзя получить желаемое, публично оказывая на людей давление. Все вопросы утрясаются за кулисами».

Такие изменения, должно быть, потребуют времени.

«Нереалистично ожидать, что Россия существенно отклонится от политического курса, которого она придерживалась последние восемь лет», - полагает Эндрю Качинс (Andrew Kuchins), директор российской и евразийской программы вашингтонского Центра стратегических и международных исследований.

По мнению западных дипломатов, серьезные изменения в российской политике едва ли произойдут прежде, чем президент Дмитрий Медведев и другие представители его поколения обретут подлинную власть в Кремле. Вот почему, добавляют дипломаты, администрация Обамы главным образом пытается наладить контакты именно с ним.

После сентябрьской встречи с президентом Обамой, состоявшейся в Нью-Йорке, Медведев заявил, что санкции «нечасто продуктивны, но иногда они неизбежны», дав понять, что Россия поддержит жесткие меры против Ирана в том случае, если не будет достигнуто соглашение по иранской ядерной программе.

Президент Обама твердо настроен на совместную работу с президентом Медведевым и с Россией, и искренен в свои намерениях», - сообщила Клинтон в своем интервью московской радиостанции после встречи с российским президентом. – «У наших президентов отличная энергетика, и, я думаю, они доверяют друг другу».

Однако ничего подобного не было сказано в адрес премьер-министра Владимира Путина, бывшего – а возможно и будущего – президента России, за которым, по общему мнению, остается последнее слово в российской политике. Во время визита Хиллари Клинтон Путин находился в Китае. По словам Клинтон, для нее «было бы большим удовольствием» встретится с ним: «Это, безусловно, входило в наши планы, однако наши расписания не совпали».

«Пребывание Путина [в этот момент] в Китае весьма и весьма символично, независимо от того, было ли это совпадением», - считает Качинс.