Неолиберализм, господствоваший в американской внешней политике в десятилетие, предшествовавшее 11 сентября, обладал полным воодушевления и простым видением. Коммунизм и авторитаризм проиграли, поэтому свободные рынки и свободные выборы были ответом на все проблемы. Рыночная демократия, которую так удобно было распространять с помощью глобализации, должна была превратить мир в сообщество продуктивных, миролюбивых наций. Вместо этого, в последовавшие за развалом СССР годы мы столкнулись с многократным экономическими кризисами за пределами Запада, геноцидом в Руанде и бывшей Югославии, растущим фундаментализмом, ядовитым антиамериканизмом и, наконец, с атаками на Всемирный торговый центр и Пентагон.

На смену неолиберализму пришел неоконсерватизм. По сути своей, неоконсервативная программа базировалась на агрессивном использовании американской военной силы, с международным одобрением или без него, и эта военная сила использовалась для уничтожения одних режимов и насаждения других (что также стало известно как “построение государства”). Если 11 сентября отправило в штопор неолиберализм, то кошмар в Ираке сделал то же самое для неоконсерватизма.

Затем произошел финансовый кризис 2008 года, который стал смертельным ударом для обоих. Неоконсервативная мощь зависела от огромного доступного богатства, с помощью которого можно было финансировать американскую военную мощь за рубежом. Неолиберальная экономика предполагала, что американский капитализм создаст это богатство. Сегодня месты и тех и других разбиты, а политики зашли в тупик.

Недавнее извержение публикаций на тему внешней политики пытается предсказать и сформировать следующее крупное движение. Среди этих авторов, лишь очень немногие с оптимизмом предскзывают продолжение глобального господства Америки. Например, влиятельный историк Ниалл Фергюсон (Niall Ferguson), автор книги “Восход денег”, убедительно утверждает, что списывать Соединенные Штаты со счетов еще слишком рано. В своем эссе, написанном ранее в этом году для журнала The American Interest, он замечает, что американский бизнес многократного выходил из катастрофических финансовых кризисов с помощью технологических инноваций, приводя в пример RCA, DuPont и IBM после Великой депрессии и Microsoft и Apple в 1970-е годы. Фергюсон также замечает, что как бы ужасно американский кредитный кризис не виделся внутри страны, его “экономический эффект за рубежом гораздо хуже”.

Джордж Фридман (George Friedman), основатель частного разведывательного агентства Stratfor и автор книги “Следующие 100 лет” еще более оптимистично относится к перспективам Америки. Удивительным образом Фридман заявляет, что “Соединенные Штаты далеки от упадка и, на самом деле, только начали свой подъем”. Продвигая свою, возможно, устаревшую точку зрения, Фридман говорит, что военно-морская мощь остается жизненно важной, даже в 21-м веке. Так как Америка контролирует и Атлантический, и Тихий океаны, ей “практически гарантировано мировое господство”.

Однако гораздо больше наблюдателей за американской внешней политикой с пессимизмом относятся к траектории движения США. Возможно самой убедительной работой в этой струе является жгучий манифест Эндрю Басевича (Andrew Bacevich) “Пределы власти: конец американской исключительности” (The Limits of Power: The End of American Exceptionalism). Подвергая суровой критике американскую расточительности и бредовую уверенность в военной неуязвимости, Басевич призывает к проведению внешней политики, основанной на смирении и реализме. Одним из самых интересных аргументов Басевича является утверждение о том, что астрономическая стоимость войны в Ираке - а не только  нерегулировавшиеся хедж-фонды и кредиты ненадежным заемщикам - напрямую повлияла на финансовый коллапс 2008 года. Они пишет, что к 2007 году “американское командование в Багдаде тратило 3 миллиарда долларов в неделю. В тот же год общая стоимость войны в Ираке превысила 500 миллиардов долларов”. Басевич также критикует и администрацию Обамы. Он пишет, что команда Барака Обамы по национальной безопасности состоит из “истаблишмента с шаблонными токами зрения”. Он считает пакет мер стимулирования экономики, предложенный Обамой, а также готовность отправить в Афганистан дополнительные войска зловещими признаками продолжающегося “саморазрушительного поведения”.

Однако, несмотря на столь разные точки зрения, по-настоящему знаково то, что все крупные мыслители практически предлагают вернуться к чему-то из прошлого. Критики эпохи Буша и Чейни изображают эти восемь лет как катастрофический отход от традиционных американских принципов. Сторонник администрации Буша представляют свои новые рекомендации как соответствующие более ранним эпохам успешной американской внешней политики.

Ярким примером среди сторонников Буша является неоконсерватор Роберт Каган (Robert Kagan), обращающийся сегодня к идеям холодной войны. В своей книге “Возвращение истории и конеч мечтаний” (The Return of History and the End of Dreams) он пишет, что на международную арену “вернулось соперничество между великими державами”. Как и во времена холодной войны основными противниками свободного мира остаются Россия и Китай, в то время как другие страны “все чаще выбирают более сильную сторону и идентифицируют себя с одним или с другим лагерем”. Каган открыто ностальгирует по годам президентства Рейгана.

Жестко критикующий неоконсерваторов, подобных Кагану, Басевич также выступает за возвращение к стратегиям холодной войны, но в его случае речь идет о стратегии “сдерживания”. Басевич призывает Соединенные Штаты “позволить исламу оставаться исламом. В конце концов, мусульмане откроют для себя недостатки политического ислама, так же как русские обнаружили дефекты марксизма-ленинизма”. Схожим образом, намеки на возвращение рыцарей холодной войны можно найти в эссе Лесли Гелба (Leslie H. Gelb) “Правила силы: как здравый смысл может спасти американскую внешнюю политику” (Power Rules: How Common Sense Can Rescue American Foreign Policy). Гелб, в свое время возглавлявший Совет по международным отношениям (Council on Foreign Relations), утверждает, что политика сдерживания и устрашения недостаточно ценится в роли инструмента политики, хотя она сыграла критически важную роль в американской победе в холодной войне. Он утверждает, что “устрашение срабатывало практически во всех случаях, когда президенты пользовались им ясно и жестко”.

В то время как Басевич и Гелб подчеркивают необходимость сдержанности со стороны Америки, другие обращают свои взоры на нечто вроде неовильсоновской политики: возвращение к многосторонним отношениям, глобальному сотрудничеству и мягкой силе. Эта тема объединяет такие книги как “Пост-американский мир” Фарида Закария (Fareed Zakaria’s “Post-American World”), “Великий эксперимент: история древних империй, современных государств и поиска глобального государства” Строуба Тальбота (Strobe Talbott’s “Great Experiment: The Story of Ancient Empires, Modern States, and the Quest for a Global Nation”) и “Второй мир: Как развивающиеся государства по-новому определяют мировое соперничество в 21-м веке” Парага Ханны (Parag Khanna’s “Second World: How Emerging Powers Are Redefining Global Competition in the Twenty-First Century”).

А что же по поводу администрации Обамы? Ричард Познер (Richard Posner), последняя книга которого называется “Провал капитализма” (A Failure of Capitalism)  считает текущую политику “завистью к Рузвельту”. В этом может быть некоторая доля истины. Как и Белый дом Рузвельта, администрация Обамы, похоже, пытается одновременно возобновить интернационализм, пересмотреть регулирование экономики и потратить много денег, чтобы вйти из экономического кризиса.

Тем не менее, если какой политический лагерь и является отражением господствующего общественного мнения, то это, скорее всего, неоизоляционизм: возвращение к замкнутости, характеризовавшей американскую политику после Первой мировой войны, когда страна отказалась присоединиться к Лиге наций. В то время как интеллектуалы призывают к космополитизму, все больше и больше американцев заявляют, что они против аутсорсинга, против иностранных продуктов, против иммиграции, против международного права - и за протекционизм. Согласно опросу Гэллапа, проведенному в феврале 2009 года, почти половина американцев считают внешнюю торговлю “угрозой экономике”, и 65 процентов уверены, что правительство “слишком много” тратит на международную помощь.

Возможно, это и не плохо, что практически никто во внешнеполитических кругах не предлагает ничего нового. Внешняя политика - это не современный танец, проверенные временем стратегии тут могут быть лучше, чем авангардизм и визионерство. Тем не менее, трудно поверить, что в сегодняшнем мире, отмеченном невиданными угрозами и поразительным различием между идеями элит и широким общественным мнением, американский путь вперед означает возвращение в прошлое.

Эми Чуа - профессор Йельской юридической школы и автор книг “Мир в огне: как экспорт рыночной демократии приводит к этнической ненависти и мировой нестабильности” (World on Fire: How Exporting Free Market Democracy Breeds Ethnic Hatred and Global Instability) и “День империи: Как гипердержавы добиваются мирового господства - и почему они проигрывают” (Day of Empire: How Hyperpowers Rise to Global Dominance — and Why They Fall).