Новое исследование, проведенное компанией по изучению общественного мнения Pew, имевшее цель показать рекордно высокий уровень «изоляционистских настроений», скорее может ввести в заблуждении. Конечно, большее количество опрошенных заявили, что США должны «заниматься своими делами, оставить в покое другие страны, и пусть у них все будет хорошо в их самостоятельной жизни». Однако альтернативной ответ состоял в том, что США – это «самое мощное государство в мире, мы должны идти своим путем в международных делах, не беспокоясь о том, согласны с нами другие страны или нет». Если вы поставлены перед выбором, и вам предлагают с одной стороны нечто разумное, а с другой нечто идиотское, то очень большое количество не-«изоляционистов» отдадут предпочтение первому варианту. С другой стороны, респондент может выбрать высокомерный гегемонизм и пренебрежительное отношение к интересам других стран, или он может выбрать нечто менее противное. Удручающая новость в связи с этим опросом состоит в том, что гегемонизм получил все же 44 процента. Еще одна удручающая новость состоит в том, что 49 процентов опрошенных в действительности имеют в виду совсем не то, во что они якобы верят.

Это исследование немного напоминает вопросники в групповых опросах (generic poll) о размере и роли правительства. Вы можете таким образом легко получить большое количество или даже большинство опрошенных, которые будут говорить, что они хотят иметь более компактное правительство, они хотят, чтобы правительство делало меньше, они думают, что правительство тратит слишком много и так далее. Но вы не можете заставить действительно очень многих людей проголосовать за политика, который хочет избавиться от определенных программ или сократить расходы, когда это затрагивает интересы большого количества избирателей. Ужасно то, то даже после восьми предыдущих лет не существует такого большинства, которое теоретически поддерживает вариант «заниматься своими делами», какой бы смысл в это ни вкладывался. А если мы продвинулись бы еще глубже, то мы, по моему мнению, обнаружили бы, что большая часть так называемых «изоляционистов» не будет активно поддерживать такие изменения в политике, которые и надо было бы провести, чтобы «заниматься своими делами».

Выражение «заниматься  своими делами», к сожалению, весьма расплывчато. Конечно, я считаю, что мы должны «заниматься своими делами», но моя интерпретация «своих дел» очень сильно отличается от тех определений, которые дали бы многие из респондентов. В конце концов, президент Буш в своей второй инаугурационной речи провозгласил идею о том,  что свобода любого народа на нашей планете – это обязательно «наше дело», и это тесным образом связано со свободой Америки. Это безумие, но по своему даже Джордж У. Буш верил в то, что он занимается «своими делами», поддерживая глобальную демократическую революцию и развязывая необязательные войны. Проблема в том, что Буш и ему подобные определяют «свои дела» и «национальный интерес» так абсурдно широко, что это включает в себя, по сути, почти все на свете.

Но было бы ошибкой  записывать ответ «заниматься своими делами» в категорию «изоляционистских настроения», поскольку оба возможных ответа свидетельствуют о том, что при этом игнорируется любая возможность создания международных союзов или партнерства. В конечном счете, безопасность союзника – это «наше дело» в том смысле, в котором этим не является безопасность всех остальных государств. Это одна из причин, по которой радикальный не-интервенционист будет настаивать на том, чтобы мы имели как можно меньше постоянных союзов. Но если бы мы поставили вопрос по-другому и спросили, должна ли Америка защищать своих союзников, то мы получили бы совершенно иной результат. Однако, принимая по внимание общее количество выданных правительством нашей страны гарантий безопасности,  «заниматься своими делами» будет означать заниматься делами почти всего остального мира. То есть очень важно понимать, какой смысл американцы вкладывают в слова «заниматься своими делами», при определении того, заинтересованы они или нет в менее агрессивной внешней политики. С такой же легкостью можно сказать, что другой ответ («идти своим путем») является в определенном отношении «изоляционистским», если он свидетельствует о безразличном отношение к другим странам. Поскольку «изоляционист» это исключительно уничижительное обозначение, то не существует предметной повестки дня или набора действий, к которым оно могло бы быть прикреплено, и именно поэтому чрезвычайно непродуктивно использовать его для описания общественного мнения.

В действительности США никогда не были «изоляционистским» государством в любом разумном значении этого слова, и очень мало людей идентифицировали себя с этим понятием, потому что оно связано с весьма негативными ассоциациями, которые прикрепились к нему  во время и после Второй мировой войны.  Жупел инстинктивно «изоляционистского» американского общества, которое нужно спасти от него самого при помощи мудрых интернационалистских лидеров, регулярно выставляется на обозрение, но за ним нет никакого содержания. Как заметил профессор Басевич (Bacevich) в книге «Американская империя» (American Empire), жупел «изоляционизма» регулярно использовался для оправдания каждого нового военного вмешательства за границей, и его пытаются представить как внутриполитическую угрозу, для победы над которой нужно постоянно вести с ним борьбу.

Как и Клинтон (Clinton), Буш заявлял о том, что он весьма озабочен тем, что американцы после окончания холодной войны вновь могут поддаться соблазну, по отношению к которому они, как он считает, особенно восприимчивы – то есть они могут направить свои взоры внутрь себя и игнорировать остальной мир.

Не было более  важного дела, чем спасти своего соотечественника от этого заблуждения. Порицание опасности изоляционизма стало популярной темой в выступлениях президентов. Буш осуждал тех, кто «хочет завернуться в изоляционистский кокон». Он подвергал суровой критике тех «справа и слева, (которые) работают в настоящее время над тем, чтобы вдохнуть жизнь в обветшалые теории о плоской Земле, о протекционизме и изоляционизме».

Басевич пишет дальше:

«В действительности, было немного указаний на то, что народ Америки после окончания холодной войны был склонен «повернуться к остальному миру спиной». И, действительно, мало найдется таких людей, кто так поступил. Однако оживляя этот заезженный куплет – и представляя каждый внешнеполитический вопрос как проверку на то, сохранят ли американцы этот курс или будут увиливать от своих обязанностей, - Буш пытался использовать изоляционизм как испытанный механизм для укрепления почтительного отношения народа, а также Конгресса к исполнительной ветви власти. Билл Клинтон делал то же самое».

Очевидно, что Джордж У. Буш делал то же самое в течение  шести лет после публикации книги «Американская империя».

Другие результаты этого исследования показывают, насколько пустым и лишенным смысла на самом деле является вариант ответа «заниматься своими делами»:

63 процента населения  одобряют использования США военной  силы против Ирана, если выяснится, что Иран изготавливает ядерное оружие; только 33 процента членов Совета по внешней политике (CFR) согласны с этим.

Это означает, что  по крайней мере третья часть от общего числа респондентов, поддерживающих вариант «заниматься своими делами», не испытывает никаких проблем в сочетании «изоляционистских» настроений с началом совершенно неспровоцированной и несправедливой войны против еще одного государства. При этих подсчетах принималось как должное, что другие 44 процента автоматически поддерживают нападение на Иран при таких обстоятельствах, что может и не соответствовать действительности. Возможно также, что найдется даже еще больше респондентов, которые будут говорить о том, что мы должны «заниматься своими делами» и одновременно должны напасть на Иран.

Еще больше удручающим для не-интервенционистов может быть степень поддержки «превентивных» (то есть «агрессивных») военных действий. Хотя показатель в 52 процента и ниже того, что отмечалось в последние годы, он, тем не менее, остается очень высоким. Наиболее высокий процент поддерживающих нападение на Иран характерен для республиканцев, но большинство демократов и независимых также поддерживают военное нападение. Все это трудно назвать продуктом нации, которая находится на грани того, чтобы «повернуться внутрь сомой себя». Еще меньше это продукт политики «Америка прежде всего» – политики невмешательства и мира. Это нация, которую довели до паранойного страха по поводу несуществующих или преувеличенных угроз. Как это было всегда, нас не должен беспокоить «изоляционизм». Напротив, постоянное желание встревать, вмешиваться и набрасываться – вот что продолжается оставаться самой большой угрозой нашей национальной безопасности.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.