Обсуждаемая высокопоставленными чиновниками по обе стороны Атлантики по меньшей мере в течение десяти лет идея совместной противоракетной обороны Россия-НАТО продолжает оставаться спорной и не слишком реалистичной. Эксперты говорят о том, что выход за пределы обмена данными о раннем оповещении и переход к настоящему сотрудничеству потребует решения многочисленных задач военного, дипломатического и технического характера, и для этого понадобится еще десять лет, в течение которых отношения НАТО-Россия могут сильно ослабеть. Как раз на прошлой неделе генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен заявил, что «смелое» предложение о создании системы совместной обороны Россия-НАТО против ракет средней дальности может стать «основным  направлением», когда Россия начнет ощущать последствия «распространения» (ядерного оружия). Насколько велики те препятствия, которые находятся на пути к подлинному сотрудничеству между Россией и НАТО в области противоракетной обороны и нужно ли вообще стремиться к тому, чтобы их преодолеть?

Наиболее очевидный вопрос, который возникает при рассмотрении возможности реализации этой идеи, - это вопрос технического характера: несовместимость российских и натовских радаров, а также той компоненты, которая связана с перехватом, осложняют обмен разведывательными данными, а также требует значительного количества  соответствующей подстройки систем с обеих сторон. Однако главное препятствие на пути к созданию совместного противоракетного щита и в более широком аспекте к выведении отношений между НАТО и Россией на другой уровень - это взаимное недоверие. Даже в том случае, если основные технические вопросы интеграции  натовских и российских систем будут решены, сотрудничество будет невозможно, так как в свои списки угроз НАТО и России включают друг друга.

Первый генеральный секретарь НАТО Гастингс Иcмей (Hastings Ismay) произнес ставшую затем известной фразу: «НАТО была создана для того, чтобы держать Россию вовне, Германию в подчиненном положении и Америку внутри». В то время как ситуация значительно изменилась после окончания холодной войны, Россия по-прежнему чувствует себя исключенной. Хотя она и не стремится к тому, чтобы стать членом НАТО – как это было в течение короткого периода времени при Борисе Ельцине, - тем не менее, Москва хочет, чтобы НАТО учитывала ее интересы. С другой стороны, сам альянс настороженно относится к тому, чтобы предоставить право России накладывать вето на свои решения.

Сегодня Кремль зациклен на экспансии НАТО, а также на планах по созданию американцами системы противоракетной обороны в Европе, и Россия спустя много лет после окончания холодной войны проводит военные учения, в ходе которых моделируется нападение со стороны одного из государств НАТО. С другой стороны, у НАТО существует idée fixe (фр.: навязчивая идея – прим. перев.) относительно того, что Россия стремится воссоздать утраченную империю и пытается посеять рознь среди союзников. Хотя они и заявляют, что альянс больше не рассматривает Россию как угрозу, эксперты, получившие задание разработать рекомендации для новой стратегии НАТО, считают, что политика Москвы в отношении НАТО непредсказуема, и не существует гарантий того, что Россия будет стремиться к сотрудничеству с НАТО в ближайшем будущем.

Это недоверие отражается и на отношении к совместной противоракетной обороне НАТО-Россия. Москва считает, что это западная уловка, направленная на ослабление позиций России, тогда как альянс обеспокоен тем, что обмен чувствительными технологиями может ослабить НАТО.

Для создания доверия и более высокого уровня кооперации обе стороны должны увеличить транспарентность своих стратегий и доктрин, а также проводить более интенсивный диалог и открыто высказывать свои озабоченности противоположной стороне. Идеальным форумом для обсуждения вопросов, относящихся к созданию совместной противоракетной обороны, является Совет Россия-НАТО. Под эгидой совета Россия-НАТО и были сделаны первые шаги на пути к тому, чтобы совместная система противоракетной обороны стала возможной. Если на Совет были бы возложены функции, связанные с реализацией мер, направленных на облегчение сотрудничества в области противоракетной обороны между НАТО и Москвой, то это могло бы показать весь его потенциал и сделать его той инстанцией, где каждый отдельный член НАТО и Россия могли бы проводить совместную работу как равноправные партнеры. Именно это и предусмотрено в основополагающих документах Совета Россия-НАТО, однако пока таким форумом он не стал.

Укрепление доверия требует прояснения отношений между будущей российско-натовской противоракетной системой  и американским противоракетным щитом в Европе. Хотя Россия, насколько можно судить, приветствует сотрудничество в области противоракетной обороны с НАТО, она продолжает активно возражать против планов создания американской противоракетной системы в Европе. Если Вашингтон в один прекрасный момент неожиданно приступит к строительству элементов противоракетной обороны вблизи российских границ, то в таком случае перспективы сотрудничества между Россией и НАТО станут неопределенными.

Конечно, совместная система противоракетной обороны с Россией не является вариантом быстрого решения натовских проблем, однако преодоление всех этих препятствий позволит не только защититься от иранских ракет, но будет также способствовать пересмотру отношений НАТО-Россия, облегчит превращение НАТО в альянс 21-го века и даже, возможно, поможет решить проблему тактического ядерного оружия в Европе.

Совместная система противоракетной обороны могла бы стать важным шагом на пути создания европейской зоны безопасности, предложенной в российском проекте договора  о европейской безопасности. Хотя России и сотрудничала в области обеспечения безопасности в прошлом с другими европейскими государствами, Соединенные Штаты, судя по всему, не включаются в дискуссии по вопросам безопасности между Россией и Европейским Союзом. Сотрудничество между Россией и НАТО в области противоракетной обороны предоставляет возможность целенаправленно вовлечь Соединенные Штаты в диалог по вопросам безопасности между Евросоюзом и Россией.

Повышение качества отношений с Россией при помощи сотрудничества в области противоракетной обороны также могло бы повысить готовность НАТО иметь дело с вызовами 21-го века. Нападение на одного из членов альянса, о чем говорится в 5-ой статье Североатлантического договора, сегодня представляется маловероятным. Созданный в 1949 году и определивший свои задачи во время холодной войны альянс должен теперь адаптироваться к новой ситуации в области безопасности, когда угрозу может представлять и распространение ядерного оружия, и кибер-атаки.

И, наконец, прогресс в создании совместной системы противоракетной обороны НАТО-Россия мог бы сделать вопрос о выводе с европейской территории американского тактического ядерного оружия менее спорным. Замена ядерных сил передового базирования США на систему противоракетной обороны могла бы повысить безопасность государств-членов НАТО, основная угроза для которых исходит от иранских ракет, и поэтому они с большой настороженностью относятся к вопросу о выводе оружия.

Учитывая несогласие Москвы с планами, связанными с размещением системы американской противоракетной обороны, создание европейской противоракетной архитектуры с участием России представляется сегодня единственным жизнеспособным вариантом. И хотя технические достоинства системы противоракетной обороны  вызывают сомнения, политическая польза от сотрудничества по этому вопросу с Москвой очевидна.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.