Соединенным Штатам и Европе понадобилось почти два года со времен краха банка Lehman Brothers и более трех лет с начала глобальной рецессии, вызванной правонарушениями в финансовом секторе, чтобы реформировать финансовые нормативы.

Возможно, мы должны праздновать победу регулирующих нормативов, как в Европе, так и Соединенных Штатах. В конце концов, существует почти всеобщее согласие по поводу того, что кризис, с которым мир сталкивается сегодня – и, скорее всего, будет сталкиваться в последующие годы – является результатом неумеренности движения дерегулирования, начатого Маргарет Тетчер и Рональдом Рейганом 30 лет назад. Освобожденные рынки не являются ни эффективными, ни стабильными.

Но сражение – и даже победа – оставили горький привкус. Большинство тех, кто несет ответственность за свои ошибки – будь то ФРС, министерство финансов США, британский банк Bank of England, управление по финансовым услугам, Европейская комиссия и Европейский центральный банк или частные банки, ‑ не сознались в своих неудачах.

Банки, которые нанесли серьезный ущерб глобальной экономике, сопротивляются делать то, что нужно сделать. Что еще хуже, они получили поддержку от ФРС, от которой, возможно, все остальные ожидали более разумной позиции, учитывая масштаб ее прошлых ошибок и учитывая степень очевидности того, что она отражает интересы банков, которые она предположительно должна регулировать.

Это важно не только в качестве исторического или ответственного дела: многое предоставляется регулирующим органам. И это оставляет открытым вопрос: можем ли мы доверять банкам? Для меня ответом является недвусмысленное “нет”, именно поэтому нам нужно реализовать регулирующую структуру. Обычного подхода – делегирования ответственности регулирующим органам, чтобы они выработали детали – будет недостаточно.

И это ставит еще один вопрос: кому мы можем доверять? В сложных экономических делах доверие оказывалось банкирам (в конце концов, если они делают столько много денег, они определенно что-то знают!) и регулирующим органам, которые часто (но не всегда) появлялись благодаря рыночным отношениям. Но события последних лет показали, что банкиры могут делать огромные деньги, даже если они подрывают экономику и возлагают большие затраты на свои собственные фирмы.

Банкиры также показали, что они могут быть “этически неполноценными”. Суд решит, было ли поведение банка Goldman Sachs – ставки на продукты, которые он сам создавал – законным. Но суд общественного мнения уже вынес свой вердикт по более значимому вопросу этичности подобного поведения. Исполнительный директор Goldman Sachs считал, что он осуществляет “дело Божье”, когда его фирма продавала краткосрочные продукты, которые она создавала, или распространял непристойные слухи о стране, где он служил в качестве “советника”, и это наводит на мысль о параллельной вселенной с другими нравами и ценностями.

Как всегда, “дьявол скрывается в мелочах”, и лоббисты финансового сектора упорно трудились, чтобы убедиться, что новые детали регулирующих нормативов работали на пользу их работодателей. В результате, скорее всего, пройдет много времени, прежде чем мы сможем достигнуть успеха с тем законом, который Конгресс США в конечном итоге примет.

Но критерии для вердикта очевидны: новый закон должен сдерживать практику, которая угрожает всей глобальной экономике, и переориентировать финансовую систему в направлении решения правильных задач – управление рисками, распределение капитала, обеспечение кредитами (особенно маленьких и средних предприятий) и функционирование эффективной системы платежей.

Нам следует провозгласить тост за возможный успех: некая форма комиссии по безопасности финансовых продуктов будет учреждена; торговля производными финансовыми инструментами переместится на биржи и в клиринговые палаты из тени мрачного “сделанного на заказ” рынка; и некоторые самые худшие ипотечные правила будут запрещены. Более того, похоже на то, что возмутительные гонорары, полученные за каждую дебитную сделку – вид сбора, который не идет на общественные цели, а на то, чтобы наполнить банковские сундуки – будут урезаны.

Но возможные неудачи также заслуживают внимания: проблема банков, которые “слишком большие, чтобы обанкротиться”, сейчас еще острее, чем она была до кризиса. Более решительная власть поможет, но только немного: во время последнего кризиса, правительство США “закрыло глаза”, не сумело использовать власть, которую оно имело и без нужды помогало акционерам и держателям облигаций – все потому, что если оно будет поступать иначе, то это приведет к экономической травме. Пока существуют банки, которые “слишком большие, чтобы обанкротиться”, правительство, скорее всего, будет опять “закрывать глаза”.

Не удивительно, что крупные банки добились успеха в прекращении некоторых важных реформ; что удивило, так это появление законопроекта в Сенате США, который запрещал застрахованным государством организациям заниматься гарантированным размещением рискованных вторичных ценных бумаг. Такие застрахованные государством гарантированные размещения деформируют рынок, давая крупным банкам конкурентное преимущество, не потому что они более эффективные, а потому что они “слишком большие, чтобы обанкротиться”.

Защита ФРС больших банков – заемщикам важно уметь отгородиться от рисков – раскрывает тот уровень, до которого это применялось. Не планировалось, что законодательство будет запрещать вторичные ценные бумаги, а будет только ограничивать подразумеваемые финансовые гарантии, субсидированные налогоплательщиками (помните 180 миллиардов долларов США помощи AIG?), которые не являются естественными или неизбежными побочными продуктами предоставления займов.

Существует много способов обуздать неумеренность больших банков. Может сработать сильная версия так называемого “правила Волькера” (созданного для того, чтобы заставить застрахованные правительством банки вернуться к своей основной миссии предоставления займов). Но правительство Соединенных Штатов будет беспечно и оставит все как есть.

Создание законопроекта о вторичных ценных бумагах является лакмусовой бумажкой: администрация Обамы и ФРС, противостоя этим ограничениям, явно стали на стороне больших банков. Если эффективные ограничения на ведение застрахованными правительством банками (действительно застрахованных или практически застрахованных, потому что они “слишком большие, чтобы обанкротиться”) бизнеса с вторичными ценными бумагами выживут в финальной версии законопроекта, то получится, что общие интересы действительно преобладают над узкими интересами, а демократические силы над денежными лоббистами.

Но если, как предсказывают многие эксперты, эти ограничения будут вычеркнуты, то это станет печальным днем для демократии и печальным днем для перспектив каких-либо значительных финансовых реформ.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.