В России проблема c героином – и очень серьезная. Чиновники служб по борьбе с наркотиками винят в этом Соединенные Штаты Америки, утверждая, что их нежелание уничтожать посевы опийного мака на афганских полях, распыляя с самолета химикаты, разрушает Россию.

Хотя в последние месяцы Россия и США прекрасно ладили, сумев преодолеть серьезные противоречия по контролю вооружений, по иранскому вопросу и по проблемам международной торговли, они не смогли прийти к соглашению в том, как справиться с потоками героина, поступающего из Афганистана. Со стороны России раздавались все более громкие жалобы – вплоть до последней пятницы.

Во время брифинга в Москве Виктор Иванов, директор Федеральной службы России по контролю за оборотом наркотиков, заявил, что силы США, действуя по наводке российских спецслужб, захватили в Афганистане, на границе с Пакистаном, четыре крупные нарколаборатории, конфисковав около тонны героина стоимостью в миллионы долларов.

«Это наша совместная работа», - заявил в пятницу Иванов, отметив, что вооруженные силы США сопровождали четверо россиян. Русские впервые со времени вывода советских войск из Афганистана в 1989 году участвовали в операции. «Как видите, мы свои обещания выполняем».

Иванов ведет жесткую компанию по борьбе с героиновой эпидемией: в России уже почти два миллиона наркоманов, потребляющих около двадцати одного процента всего мирового оборота наркотика. Впрочем, как заявляют критики, легче вести крестовый поход против производства опиума в Афганистане, чем бороться с наркоманией внутри страны: это слишком доходный бизнес, чтобы его можно было так просто прикрыть; метадон в России считается противозаконным препаратом, и системы реабилитации для  наркоманов нет.  
 
В прошлом году Ричард Холбрук (Richard C. Holbrooke), специальный представитель США в Афганистане, заявил, что попытки истребить опийные поля в Афганистане оказались дорогостоящей и неудачной затеей. Лишенные посевов фермеры оказывались, по его словам, полностью разорены, и им оставалась одна дорога: в армии Талибана. Поэтому теперь вместо истребления маковых полей США хотят развивать экономику страны, чтобы у фермеров были другие источники доходов – стратегия, которая не может дать быстрых результатов; при этом преследование наркокартелей и операций по отмыванию денег будет продолжаться по-прежнему.

«Мы сможем это сделать только вместе, - заявил в пятницу Эрик Рубин (Eric S. Rubin), заместитель главы миссии американского посольства в Москве. – Поодиночке нам не справиться с этой проблемой».

Трудности, с которыми приходится сталкиваться при попытке выработать единый подход к борьбе с афганским опиумом, однако, подчеркивают сложность отношений между США и Россией.

Иванов неоднократно и открыто говорил о том, что проблемы России с героином начались в 2001 году, когда «мировое сообщество приняло несколько печально известных решений», как заявил он на здешнем форуме летом.

В Афганистане опиум производят издавна; но в 2001 году, когда ситуацию стал контролировать Талибан, масштабы производства были ничтожными. В 2002 году, в ходе войны, его производство возросло до более 3 тысяч тонн и постепенно достигло восьми тысяч тонн; только в прошлом году оно немного сократилось, до 7 тысяч тонн. Мак выращивают главным образом в нестабильных провинциях Гильменд и Кандагар, где его производство дает огромную прибыль: в недавнем обзоре Управления по наркотикам и преступлениям ООН говорится, что фермеры, выращивающие опиум, получают валовую прибыль в 4 900 долларов с 2,5 акров, тогда как, выращивая пшеницу, они могут заработать всего 770 долларов.

В Афганистане производится практически весь мировой объем нелегального опиума, по данным Управления по наркотикам и преступлениям ООН; по оценкам Управления, в этой стране с населением 140 миллионов человек – меньше, чем половина США – потребляется более 70 тонн героина в год. Героин просачивается через негерметичную границу с центральноазиатскими странами и идет дальше на север, в Россию, где к наркозависимости традиционно относятся как к духовной слабости.

Коррупция способствует процветанию нелегальной торговли наркотиками, заявил Кирилл Кабанов, председатель общественной организации «Национальный антикоррупционный комитет».

«Если взглянуть на героиновый рынок, - говорит Кабанов, - здесь крутится около 4-5 миллиардов долларов, и половина этих денег ежегодно идет на подкуп официальных лиц. Есть все стимулы поощрять эту торговлю, и нет никакой материальной заинтересованности в том, чтобы ей противостоять».

Внутренние взаимосвязи соединяют воедино наркокартели, банки и способы отмывания денег, а также сотрудников правоохранительных органов и органов прокуратуры, продолжает Кирилл, создавая мощную систему, которые представляется недосягаемой.

Наркоманы заявили о похищениях

В самой России большие количества героина обнаружить удается редко. Как сказал в пятницу Иванов, это потому, что осторожные дилеры распространяют его небольшими количествами, чтобы не нести больших убытков, если их схватят.

Один арест из-за наркотиков попал в программы новостей. В начале этого месяца Егор Бычков,  организовавший на Урале наркологический центр, был приговорен к трем с половиной годам тюремного заключения за похищение героиновых наркоманов. 23-летний Бычков вырос в унылом городе Нижний Тагил; его мать, Елена, рассказывает, что детские площадки там были усыпаны шприцами, которые выбрасывали из окон окрестные наркоманы; город с населением 300 тысяч человек кишел преступниками, оседавшими здесь после выхода из одной из многочисленных тюрем, расположенных в городе.

После девятого класса Бычков бросил школу, а в 18 лет он попал под крыло Евгения Ройзмана, работавшего в фонде «Город без наркотиков» в крупном городе Екатеринбурге, километрах в семидесяти от Нижнего Тагила. Бычков, выросший среди наркодилеров, стал давал нижнетагильской милиции советы, в результате которых было произведено немало наркоарестов, рассказывает Ройзман, прежде чем милиция стала преследовать его самого, обвинив в том, что он якобы похищал наркоманов и удерживал их в центре против их воли. Забота полиции о наркоманах сильно удивила россиян, при всех опросах регулярно помещающих сотрудников правоохранительных органов в верхние строки списков коррупции.

«Нижний Тагил знаменит своей коррупцией, - заявил Ройзман. – Наркодилеры там торгуют своим товаром совершенно открыто. Значит, что кто-то позволяет им это делать».

При отсутствии в Нижнем Тагиле возможности получить соответствующее лечение по поводу наркозависимости, в ситуации, когда многие семьи отчаянно нуждаются в помощи, священник Геннадий Ведерников помог Бычкову открыть наркологический центр при православной церкви.

Это учреждение было довольно примитивным. Наркоманов в состоянии кризиса приводили родители, родители же давали письменное согласие на лечебный режим, состоящий из молитв и диеты из хлеба, чая, воды, чеснока и лука.

«Мы это сделали, потому что родители умоляли нас о помощи, - рассказывает Ведерников. – Там мы изолировали наркоманов от всех видов наркотиков. Мы ограничивали их передвижение. Молитва и пост – это христианская традиция».

Затем, полтора года назад, несколько наркоманов подписали жалобу, в которой говорилось, что их помещали в центр против их воли и подвергали пыткам. Обвинители быстро исчезли, рассказывает Анастасия Удеревская, адвокат Бычкова, а когда их нашли, судебное разбирательство застопорилось.

«На предварительном слушании эти люди заявили, что их прежние показания они давали под давлением и под влиянием наркотиков, - поделилась с нами адвокат, - и сказали, что не могут дать никаких показаний против него. Судья и представитель прокуратуры заявили, что верят тому, что обвинители говорили раньше».

Как считает Сергей Полятыкин, руководитель медицинских программ московского фонда «Нет алкоголизму и наркомании», трудно точно узнать, что же произошло в Нижнем Тагиле, где многочисленные группировки дилеров борются за получение преимуществ в области наркоторговли. Конечно, сказал он, у Бычкова не было специальной подготовки для оказания помощи наркозависимым. Правительство тоже не предлагало никаких возможностей для реабилитации, не осуществляло надзора за подобными попытками. Как заявил в пятницу Иванов, он лично считает, что Бычков действовал из лучших побуждений.

«Я думаю, что он сам жертва в большей мере, что кто-либо другой», - говорит Полятыкин.

Повышение доверия


На прошлой неделе Иванов, в составе совместной комиссии для решения проблемы наркотиков, встретился в Вашингтоне со своим коллегой, Джилом Керликовски (Gil Kerlikowske), директором управления Белого дома по национальной антинаркотической политике. Иванов пожаловался на афганские опийные поля и заявил, что вооруженные силы США после получения российской информации действовали недостаточно оперативно. Впрочем, он признал, что тут ему дали хорошие идеи о системах лечения.

Управление по наркотикам и преступности ООН пытается сформировать разведывательную сеть для борьбы с наркотиками, и односторонние соглашения были подписаны Россией, Азербайджаном и пятью центральноазиатскими республиками. Иран, еще одна страна, через территорию которой проходят крупные транзитные пути наркотиков, подписал соглашение с Афганистаном и Пакистаном.

«Если бы обе меры полностью вступили в действие, - заявил Жан-Люк Лемае (Jean-Luc Lemahieu), представитель Управления по наркотикам и преступности ООН в Афганистане, - разведывательная сеть могла бы распространиться на более обширный район, включающий Афганистан и близлежащие территории, что в корне изменило бы правила игры. Однако, чтобы этого достичь, нужно больше доверия со стороны государств, участвующих в этом проекте».

«Соединенные Штаты и Россия, во всяком случае, работают сейчас вместе», - заметил Иванов. И добавил: «Если бы в Афганистане не производили наркотики, в России не существовало бы наркоторговли».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.