Надежды президента Обамы на ратификацию нового договора с Россией о разоружении к концу этого года, похоже, испарились во вторник, когда глава делегации республиканцев в Сенате на заседании уходящего состава не допустил голосования по этому документу — а он был одной из главных внешнеполитических целей Белого дома.

Соответствующее объявление было сделано сенатором Джоном Кайлом (John Kyl) от штата Аризона, которого республиканцы выбрали своим глашатаем в этом вопросе, и это стало ударом для Белого дома, который ранее обещал добиваться одобрения так называемого нового договора СНВ. Но вся стратегия Белого дома основывалась на том, чтобы переубедить Кайла, и демократы, срочно начавшие разрабатывать запасной план, признались, что свои шансы на успех считают слабыми.

В следующем году добиться поддержки договора Белому дому будет лишь сложнее, потому что у демократов в Сенате будет на шесть голосов меньше, а значит, администрации придется переубеждать еще больше республиканцев, чтобы получить нужные для ратификации шестьдесят семь голосов.

Договор, по условиям которого обе страны должны сократить свои ядерные арсеналы и возобновить практику взаимного инспектирования, прекратившуюся в прошлом году впервые после окончания холодной войны, — это краеугольный камень двух фирменных задач Обамы: восстановления дружеских отношений с Россией и начала движения в сторону окончательного уничтожения ядерного оружия во всем мире. Если договор не будет ратифицирован, то движение в сторону реализации обеих целей прекратится и, по мнению некоторых аналитиков, будет подорвана репутация Обамы на мировой арене.

«Если в этом году не будет принят новый СНВ, то под угрозой окажется наша национальная безопасность», — заявил вице-президент Джозеф Байден-младший, который и вел переговоры с Кайлом. По словам Байдена, подобное событие выльется в «отсутствие режима верификации для отслеживания развития стратегического ядерного арсенала России», а также в порчу отношений, благодаря развитию которых появился новый канал снабжения войск в Афганистане и усилилось давление на Иран, от которого требуется отказ от ядерного проекта.

«Учитывая то, что новый СНВ поддерживают обе партии, и то, что он имеет невероятно огромное значение для нашей национальной безопасности, действовать надо сейчас, и мы будем продолжать добиваться одобрения Сената до конца года», — сказал Байден.

В обеих партиях голос Кайла считают решающим, так как сенаторы-республиканцы по сути дела делегировали ему полномочия заключения сделки, по итогам которой должны быть выделены десятки миллиардов долларов на модернизацию ядерно-оружейного комплекса страны в обмен на ратификацию договора.

За многие месяцы, в течение которых шли переговоры, администрация обязалась потратить на это 80 миллиардов долларов в течение ближайших десяти лет, а в пятницу согласилась дать еще 4,1 миллиарда долларов в ближайшие пять лет. В качестве жеста демонстрации серьезности намерений Белый дом обеспечил включение дополнительных средств, выделенных на модернизацию, в резолюцию о временных экстренных расходах, на которых государство и работает, хотя больше почти никакие программы дополнительного финансирования не получили.

В общей сложности за сотрудниками Белого дома числится уже двадцать девять встреч, звонков, брифингов и писем с участием Кайла или сотрудников его аппарата. Утверждается, что Кайлу дали все, чего он хочет, и с оптимизмом смотрели на перспективу договориться уже на этой неделе — только ради того, чтобы во вторник узнать о его решении от журналистов.

Кайл сказал, что уведомил лидера фракции демократов в Сенате, что на слушаниях уходящего состава Сената, начавшихся на этой неделе, не будет достаточно времени, чтобы решить все вопросы.

«Когда лидер большинства Гарри Рид (Harry Reid) спросил меня, можно ли рассмотреть договор на слушаниях уходящего состава, я ответил, что вряд ли, учитывая, сколько всего еще Конгресс должен сделать, а также то, сколько сложных и нерешенных вопросов накопилось вокруг СНВ и вокруг модернизации», — заявил Кайл в письменном заявлении.

На просьбу дать интервью Кайл ответил отказом. На вопрос о том, означает ли заявление сенатора отказ провести голосование на слушаниях уходящего состава, его пресс-секретарь Райан Патминтра (Ryan Patmintra) ответил: «Верно. Учитывая предстоящую законодательную повестку и сложнейшие вопросы, связанные с договором и с модернизацией, времени явно не хватает».

Часть демократов еще надеется на благополучный исход.

«Сегодня я говорил с сенатором Кайлом. Не верю, что возможность рассмотрения нового СНВ на слушаниях уходящего состава исключена», — делится своими соображениями сенатор от штата Массачусетс и председатель комитета по международным отношениям при Сенате Джон Керри. Он председательствовал на большинстве из восемнадцати прошедших слушаний, посвященных договору, и заручился поддержкой известных республиканцев, занимающихся национальной безопасностью.

В среду Керри намерен провести пресс-конфееренцию с госсекретарем Хиллари Клинтон и сенатором от штата Индиана Ричардом Лугаром (Richard Lugar), который поддерживает новый СНВ. Байден сказал, что администрация не отказывается предоставлять дополнительные 4,1 миллиарда долларов, предложенные Кайлу в пятницу.

Поскольку для ратификации договора требуется большинство в две трети голосов, Белому дому нужно заручиться поддержкой по меньшей мере восьми республиканцев из числа членов Сената в его нынешнем, уходящем составе, и казалось, что в случае согласия Кайла таких республиканцев будет больше десяти. Но без Кайла все надежды тают. Сенатор от штата Теннеси Боб Коркер (Bob Corker), голосовавший в комитете за ратификацию, во вторник выразил сомнение, что «есть вообще практическая польза для администрации в том, чтобы торопиться с принятием договора СНВ во время слушаний уходящего состава».

Один ассистент из руководства демократов, попросивший не называть его имени, сказал: «Если глава делегации республиканцев скажет, что уходящий состав Сената не должен рассматривать СНВ, то, думаю, это надо принимать за чистую монету. Но мы все равно попробуем ратифицировать, пока уходящий состав действует».

Кремль не отреагировал на эти события, но российские официальные лица выражают опасения, что победы республиканцев на выборах этого года могут негативно сказаться на отношениях между странами.

«Мы не уверены в том, что документ получит достаточное количество голосов, — сказал в тот день председатель парламентского комитета по международным делам Константин Косачев, о чем сообщили российские СМИ. — Проблема не в том, что документ плохой. Мы столкнулись с тем фактом, что республиканцы отказываются ратифицировать договор».

На прошедшей всего двумя днями ранее встрече Обама заверил президента Дмитрия Медведева, что завоевание поддержки договора в период работы уходящего состава Сената станет для него «приоритетной задачей» в области внешней политики. Если он не добьется своего, то в Москве, возможно, возьмут верх сторонники жесткой линии, скептически смотревшие на попытки «перезагрузить» отношения с Россией.

«СНВ был стержнем, на котором в значительной мере держалась "перезагрузка", — считает заведующая кафедрой русистики в Джорджтаунском университете Анджела Стент (Angela E. Stent). — Окажет ли это воздействие на готовность России помогать нам в Иране или Афганистане, и если окажет, то какой?»

Критики говорили, что подобные тревоги необоснованны, а администрация Обамы слишком активно пытается задобрить Москву ценой национальной безопасности США.

Аналитик из консервативного фонда «Наследие» (Heritage Foundation) Бейкер Спринг (Baker Spring) считает, что Кайл лишь пытается добиться адекватного ухода за атомным проектом страны.

«Не вижу, почему Белый дом должен называть это обструкционизмом, — сказал Спринг. — Похоже, что они идут на попятный, хотя раньше признавали необходимость совершенствовать ядерно-оружейный комплекс».

Если вопрос будет передан в Сенат в его новом составе, то до начала его рассмотрения могут пройти месяцы, а шансы на принятие будут еще более призрачными, учитывая, сколько дополнительных мест республиканцы получили на ноябрьских выборах.

По условиям договора должно быть возобновлено взаимное инспектирование объектов, а обеим странам запрещается иметь более 1550 стратегических боеголовок и 700 пусковых устройств. В администрации надеялись, что за этим договором можно будет заключить еще один, даже более амбициозный, чем этот, и ограничить количество тактических ядерных вооружений, а также неразвернутых стратегических. Также была надежда вернуть к жизни так и не ратифицированный договор о полном запрете ядерных испытаний. Предполагался и новый договор, по которому запрещалось бы производство расщепляющихся веществ.

Договор СНВ в опасности, но во вторник администрация объявила, что надеется на одобрение альянсом НАТО (хотя бы концептуальное) системы противоракетной обороны в Европе, предназначенной преимущественно для отражения атаки со стороны Ирана, хотя лидеры альянса не будут называть конкретных стран, от которых хотят защищаться.

На этой неделе Обама отправится на саммит НАТО в Лиссабон, и представитель США в НАТО Иво Далдер (Ivo Daalder) сказал журналистам, что одним из важнейших вопросов будет готовность альянса защищаться «от баллистических ракет, приближающихся к территории НАТО»; по его словам, «лидеры альянса, как ожидается, ответят на этот вопрос положительно».

Но Турция сопротивляется, боясь вызвать возмущение Ирана. В декларации, которая прозвучит в выходные, не будет уточняться, какую форму примет система противоракетной обороны; не будет говориться и о будущем тактических ядерных вооружений, до сих пор остающихся в Европе.

В написании статьи приняли участие Марк Ландлер (Mark Landler) и Дэвид Сэейнджер (David E. Sanger) в Вашингтоне, а также Клиффорд Леви (Clifford J. Levy) в Москве

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.