Политика администрации Обамы в Ираке пребывает в хаотичном состоянии. Через семь месяцев после всеобщих выборов в Ираке Соединенные Штаты публично отказались поддерживать какую-либо из сторон в спорах о том, кто будет премьер-министром. Тем не менее, в частном порядке США поддерживают кандидатуру Нури аль-Малики.

США оказали огромное дипломатическое давление на арабских соседей Ирака, чтобы заставить их переизбрать Малики на новый срок. Большинство отказались. Первоначально США поддерживали Малики, чтобы блок ас-Садра не получил долю власти. Однако это привело к неожиданным обратным результатам, так как садристы являются единственной группой, кроме созданной Малики коалиции шиитских партий, которая его поддерживает.

Одним из тревожных следствий дипломатии США стало то, что она усилила роль Ирана в Ираке, поскольку аль-Малики является предпочтительным кандидатом Ирана на пост премьер-министра. Таким образом, в тот момент, когда США ведет глобальную кампанию по изоляции Ирана вследствие его ядерной программы, они также укрепляют региональные позиций Ирана.

Американо-иранский спор не ограничивается ядерной проблемой. Американские усилия по возобновлению израильско-палестинских мирных переговоров столкнулись с непоколебимым противодействием со стороны Ирана, который поддерживает свою 30-летнюю политику против любых усилий по содействию установлению мира в регионе. Иран оказывает существенное влияние на государственные и негосударственные субъекты, поддержка которых необходима для любого долгосрочного мира на Ближнем Востоке.

Первая среди них – это Сирия. Ирак после выборов стал очевидной отправной точкой для США для вбивания клина между Ираном и Сирией. В то время как Иран продвигает религиозные шиитские партии в Ираке, интересы Сирии там склоняются к светскому национализму, представленному коалицией бывшего премьер-министра Айяд Аллави, которая фактически победила Малики на парламентских выборах, состоявшихся ранее в этом году. В действительности, Сирия поддерживала Аллави последние семь лет. Тем не менее, в результате интенсивного дипломатического давления США и Ирана в пользу Малики, Сирия, по-видимому, соответственно изменила свою поддержку.

Влияние этой американской оплошности уже проявилось, что придало смелости президенту Ирана Махмуду Ахмадинежаду, и он совершил свой провокационный визит в Ливан, во время которого состоялось публичное выступление на подконтрольной Хезболле территории вблизи северной границы Израиля.

Страны Персидского залива, особенно Саудовская Аравия, до сих пор сопротивлялись давлению США оказать поддержку Малики. Они не могут забыть, что Малики был ответственным лицом во время этнической чистки багдадских мусульман-суннитов. Они считают Иран ‑ и, таким образом, близость Малики к нему ‑ экзистенциальной угрозой. Кувейт, Саудовская Аравия и, в особенности, Бахрейн воспринимают Иран как провокатора волнений среди проживающего там шиитского населения.

Политическая элита Ирака сопротивлялась желанию Малики переизбраться на второй срок по двум причинам. Во-первых, они устали от возобновленных попыток Ирана дестабилизировать Ирак. Силы безопасности недавно перехватили террористов-смертников на пути в иракский Курдистан из Ирана, которые, как считают курдские лидеры, поддерживались и тренировались иранской разведкой.

Во-вторых, пребывание Малики у власти вызывает беспокойство у тех, кто верит в демократию и мирный переход власти. Он создал силы безопасности – и некоторые их подразделения, как сообщалось, действовали в качестве «эскадронов смерти» ‑ которые ему непосредственно подотчетны, таким образом минуя конституционную цепочку подчинения. Он также заменил профессиональную армию и сотрудников служб безопасности близкими друзьями.

В марте прошлого года, когда пошли слухи, что он проигрывал голосование, Малики начал говорить, что безопасность страны окажется под угрозой, если он проиграет, подчеркивая свой вклад в поддержание порядка. Когда же он действительно проиграл, он потребовал пересчета голосов, но не как кандидат, а как главнокомандующий. Тот факт, что аль-Малики, несмотря на свою должность, не был в состоянии обеспечить себе второй срок спустя семь месяцев после выборов, свидетельствует о широкой оппозиции его переизбранию среди политического класса Ирака.

Есть только один способ объяснить решение администрации США оказать такое дипломатическое давление в пользу фаворита Ирана в Ираке: обещание Обамы во время его президентской избирательной кампании уйти из Ирака в течение своего первого срока.

В этом Обама следует примеру президента Джорджа Буша младшего, который позволил американской избирательной повестке дня, а не американским – не говоря уже об иракских ‑ национальным интересам диктовать политику в Ираке. Администрация Буша настояла, чтобы Ирак достиг различных «контрольных точек» ‑ выборов, к которым страна не была готова, а также полного формирования конституции в течение шести недель, если указать две из них ‑ просто чтобы создать видимость существенных достижений в преддверии президентских выборов 2004 года или промежуточных выборов 2006 года.

Подобным образом администрация Обамы пытается протолкнуть то, что она воспринимает как простой путь к новому правительству в Ираке ‑ даже если оно будет про-иранским ‑ не потому, что это находится в национальных интересах США, но чтобы оно могло идти к достижению результатов быстрее в преддверии предвыборной президентской кампании.

Сейчас политика администрации в Ираке укрепляет Иран на региональном уровне за счет арабских союзников Америки, подрывая собственные усилия Америки по установлению мира на Ближнем Востоке и ослабляя зарождающуюся демократию в Ираке. Трудно себе представить худшие результаты для интересов национальной безопасности США в этом жизненно важном регионе.

Фейсал Амин Расул аль-Истрабади, директор Центра изучения Ближнего Востока при Университете Индианы, занимал должность заместителя постоянного представителя Ирака в ООН в 2004-2007 гг. и был одним из основных разработчиков проекта временной Конституции страны 2004 г.