Администрация Обамы исчерпала все аргументы в попытках убедить сенаторов-республиканцев проголосовать за ратификацию договора о сокращении ядерных вооружений с Россией: это хороший договор; это умеренный и ограниченный договор; он даст США возможность возобновить инспекции российских арсеналов; это необходимый шаг к подписанию более важных соглашений о контроле вооружений в будущем.

Но поскольку консервативные сенаторы уперлись, представители администрации заговорили в более угрожающей тональности, рисуя мрачные картины возможных последствий, которые будут неизбежны, если не ратифицировать новый СНВ. Возникнут препятствия на пути ядерной безопасности; слова США обесценятся; русские засомневаются в целесообразности улучшения отношений с Западом; ослабнет и их готовность к сотрудничеству по другим вопросам, таким как Иран и Северная Корея.

В последние дни в их аргументации появился еще один довод: у нас есть обязательства перед нашим любимым российским руководителем президентом Дмитрием Медведевым.

«Президент Медведев прилагает все возможные усилия для продвижения России в правильном направлении, - сказал президент Обама неделю тому назад, выступая на саммите НАТО в Лиссабоне. – Важно, чтобы мы, заключив со своим партнером такой договор, не оставили его в подвешенном состоянии».

Вице-президент Джо Байден, выступая в Вашингтоне, высказался на сей счет еще более прямо и откровенно, как он всегда делает. Медведев, заявил он, это ключевой российский лидер, выступающий за «перезагрузку» отношений с Соединенными Штатами. Это не премьер-министр Владимир Путин, который относится к нашим взаимоотношениям более скептически. Поэтому в наших интересах поддержать Медведева и укрепить его позиции.

«Я действительно полагаю, что здесь есть элемент [политической] игры, - заявил недавно Байден мне и еще десятку обозревателей. – Медведев все поставил на эту идею перезагрузки. Но кто знает, что сделал бы Путин? У меня такое мнение, что он бы на это не пошел».

Сигнал, подаваемый сенаторам-обструкционистам, понятен: если вы, несмотря на все достоинства договора, не ратифицируете его ради Обамы (а вы, очевидно, не сделаете этого), то ратифицируйте его ради Дмитрия – ведь он наш лучший друг в Кремле.

Но в такой аргументации присутствуют проблемы.

Хотя формально высший пост в стране занимает Медведев (он же по должности отвечает за внешнюю политику), каждый наблюдающий за Россией обозреватель знает, что настоящий босс это Путин, и что он снова займет президентское кресло, как только российская конституция позволит ему это сделать в 2012 году.

Действительно ли Путин и Медведев проводят разную в своей основе политику: Путин идет курсом авторитарного национализма, а Медведев выступает за прозападную модернизацию? Это не ясно. Некоторые специалисты полагают, что различия вполне реальны, и что если бы Медведев находился у власти без Путина на заднем плане, он бы намного больше сблизил Россию с Западом. Другие же считают, что различия заключаются в основном в форме, но не в содержании. Однако никто не утверждает, что Медведев смог бы привести Россию к ее нынешнему сближению с Соединенными Штатами без участия Путина.

Специалист по России Димитрий Саймс (Dimitri K. Simes) из вашингтонского Центра Никсона (Nixon Center) отмечает, что и Путин, и Медведев стремятся получить иностранные инвестиции для модернизации российской экономики. Самое важное изменение, утверждает он, заключается не в усилении Медведева, а в снижении нефтяных доходов России, поскольку этот факт подрезал Путину крылья.

Так или иначе, Медведеву вовсе не пойдет на пользу то, что его начнут изображать вашингтонским пуделем.

«Если мы создадим впечатление, что создаем альянс с Медведевым против Путина, это не пойдет на пользу политическому будущему Медведева, - предупреждает Саймс. – Белому дому следует умерить свой энтузиазм в отношении Медведева».

Главный эксперт Белого дома по России Майкл Макфол (Michael McFaul) по-настоящему пытается избежать попадания в эту ловушку. «Мы не проводим политику поддержки одного человека в ущерб другому, - заявил Макфол в этом году. – В России один президент. Мы ведем дела с ним… Мы не видим различий в политике премьер-министра Путина и президента Медведева».

Но Обама, Байден и их помощники не могут противиться искушению и называют свои отношения с Медведевым чем-то особенным. Похоже, политикам нравится идея о том, что своими успехами дипломатия обязана их особым подходам в личных взаимоотношениях. Возможно, они сами себе начинают казаться великими государственными деятелями, а не просто инструментами реализации самых важных геополитических задач своей страны.

Еще недавно критики высмеивали бывшего президента Джорджа Буша за то, что он многое поставил на свои личные взаимоотношения  с Путиным. После их первой встречи Буш заявил, что он «взглянул этому человеку в глаза» и «ощутил его душу». Сенатор Джон Маккейн позднее посмеялся над президентом, заявив, что когда он взглянул в глаза Путину, то «увидел там три буквы – КГБ». Президент Франклин Рузвельт был уверен в том, что ему удастся очаровать советского диктатора Иосифа Сталина; Рональд Рейган и Джордж Буш-старший делали все, чтобы укрепить позиции Михаила Горбачева; Билл Клинтон тратил массу времени и усилий, пытаясь задобрить изменчивого предшественника Путина Бориса Ельцина.

Обама и Медведев часто говорят о своих хороших рабочих взаимоотношениях и о том уважении, которое они испытывают к профессионализму друг друга. Оба они юристы, и им, похоже, нравится договариваться по пунктам, шаг за шагом. Так они и делают – во время телефонных разговоров, во время бесед, которые длятся по полтора часа. Таким образом они решали вопросы, связанные с новым договором СНВ и с июньской резолюцией ООН о введении санкций против Ирана.

Даже Медведев отмечает, что такой характер общения позволяет многого добиваться.

«Безусловно, успех «перезагрузки» с Соединенными Штатами во многом основан на том, что у нас с Обамой хорошие взаимоотношения», - заявил в прошлом месяце российский президент.

По-видимому, Медведев, работающий на Путина с тех пор, как они пришли в мэрию Санкт-Петербурга в 1991 году, вполне может сам о себе позаботиться в вопросах кремлевской политики.

Настоящая проблема Белого дома это не Медведев, а Обама. Его популярность падает, а его партия на промежуточных выборах потерпела полное поражение. Он не в состоянии добиться ратификации в Сенате договора, который поддержал буквально каждый республиканский государственный деятель.

Как отмечает в своем необычно язвительном комментарии российское государственное агентство «РИА Новости», Обама может добиться ратификации, но он также может потерпеть полную неудачу. «В этом случае он может попрощаться с новым СНВ, с «перезагрузкой» и со своей репутацией… . Договор - это его единственный  шанс задним числом заслужить свою Нобелевскую премию мира».

Даже Байден не был столь резок. Но и он говорит почти так же откровенно. Если новый СНВ не будет ратифицирован, предупреждает вице-президент, другие страны, а не только Россия, скажут: «Вы, ребята, не может даже сдержать данные обещания».

«На мой взгляд, это повлияет на то, как смотрят на президента, - заявил Байден. – Ему не позавидуешь». Безусловно, на сей счет вице-президент полностью прав.