По заявлению представителей американских властей, США полагают, что самый недавний случай перемещения российских тактических ядерных ракет малой дальности на базы, расположенные в непосредственной близости к странам-союзникам Североатлантического альянса, был зафиксирован весной текущего года. Из-за этого у Конгресса стало еще больше вопросов, касающихся выполнения российской стороной старых обещаний, накануне возможного голосования по новому Договору  СНВ.

Представители американских властей говорят, что передислокация боеголовок на базы, расположенные на границах со странами-союзниками НАТО, противоречит обещаниям вывести тактические ядерные вооружения из приграничных районов и сократить их количество, которые Москва дала в 1991 году. США давно выказывали беспокойство по поводу недостаточной прозрачности России в вопросах, связанных с ее арсеналом тактических ядерных вооружений, объем которого, как полагают, во много раз превышает американский.

Перемещение Россией тактического оружия наземного базирования совпало с развертыванием американских и натовских установок противоракетной обороны в граничащих с Россией странах. Москва давно уже расценивает укрепление американских ПРО в Европе как  вызов российской военной мощи, что подчеркивает укоренившееся недоверие между американскими и российскими вооруженными силами, которое сохраняется, несмотря на потепление отношений между политическим руководством этих стран.

Со стороны Кремля незамедлительной реакции на эти заявления не последовало.

Критически настроенные сенаторы-республиканцы утверждают, что президент Барак Обама совершил ошибку, когда согласился на подписание нового Договора СНВ с Россией, оставив нерешенными вопросы, касающиеся тактических ядерных вооружений Москвы. Новый договор предусматривает ограничение объема российских и американских действующих стратегических ядерных вооружений  до 1550 единиц для каждой из сторон. При этом объем тактических вооружений,  меньших по размеру и предназначенных для использования на поле боя, договором не регулируется.

Высокопоставленные представители администрации говорят, что новый Договор СНВ, как и большинство предыдущих соглашений о контроле над вооружениями, затрагивает только вопросы, касающиеся стратегического ядерного оружия. Администрация добавляет, что начало переговоров между Вашингтоном и Москвой о подписании юридически обязательного соглашения об ограничении количества тактических боеголовок в Европе, выполнение которого поддается проверке, возможно лишь после ратификации нового Договора СНВ.

Размещение российских тактических ядерных вооружений вблизи стран Балтии и Восточной Европы встревожило руководителей государств-членов НАТО, граничащих с Россией. Они видят в этом потенциальную опасность, даже превышающую ту, что таят в себе стратегические ядерные вооружения. Эксперты по контролю над вооружениями говорят, что тактическое оружие легче поддается маскировке и более уязвимо для краж.

Министр иностранных дел Литвы Аудронюс Ажубалис (Audronius Azubalis) заявил, что в текущем месяце он поднял вопрос о вооружениях перед госсекретарем Хиллари Клинтон и высокопоставленными сотрудниками министерства обороны в Вашингтоне.

«Конечно же, будучи членом НАТО, кто-то может сказать: «Не стоит волноваться». Но когда живешь по соседству, ты всегда должен проявлять большую осмотрительность», — сказал Ажубалис. Он добавил, что представители американского руководства «выразили беспокойство, но им также мало что известно» о том, где находится оружие и каковы условия его содержания.

При этом комитеты Конгресса получили в свое распоряжение засекреченные данные американской разведки о перемещении тактического ядерного оружия на российские приграничные базы.
Во время сентябрьских слушаний по ратификации нового Договора СНВ сенатор-республиканец от штата Айдахо Джим Риш (Jim Risch), упоминал о «вселяющих беспокойство» разведданных, касающихся России. Не уточнив, о чем именно идет речь, он добавил, что эта информация «напрямую затрагивает» прения по поводу контроля над вооружениями. На это председатель сенатского комитета по иностранным делам, сенатор-демократ от штата Массачусетс Джон Керри (John Kerry), возразил, что эти данные без детальной проработки не оказывают никакого прямого «влияния» на вопрос о ратификации договора СНВ.

Вице-председатель сенатского комитета по разведке, сенатор-республиканец от штата Миссури Кристофер Бонд (Christopher Bond), отказался комментировать ситуацию с тактическими ядерными боеголовками напрямую, но сказал, что русским нельзя доверять в вопросах выполнения обещаний, касающихся контроля над вооружениями. «Из отчетов, опубликованных Госдепартаментом, нам известно, что русские отступали от выполнения всех других подписанных ими соглашений — об СНВ, о химическом [биологическом] оружии, об открытом воздушном пространстве», — сказал он.

Представители американских властей говорят, что пересмотр Обамой принципов противоракетной обороны, наряду с потеплением его личных отношений с российским президентом Дмитрием Медведевым, способствовали укреплению сотрудничества в ключевых областях — от изоляции Ирана до открытия новых наземных путей в Афганистан.

Но,  как дали понять американские дипломатические телеграммы, опубликованные на WikiLeaks в прошлые выходные, недоверие закралось слишком глубоко. В телеграмме, датированной февралем, приводится  цитата из разговора министра обороны США Роберта Гейтса (Robert Gates) с представителем французских властей, в которой Гейтс заявляет, что в России установилась «олигархия, управляемая секретными службами», несмотря на  то, что «президент Медведев обладает более прагматичным видением России». Представитель Гейтса от комментариев отказался.

Двое высокопоставленных сотрудников администрации Обамы не стали отрицать того, что проблема тактических боеголовок всплывала в неофициальных беседах с законодателями, отметив при этом, что заявления 1991 года, известные как Президентские ядерные инициативы, не были юридически обязательными ни для одной из сторон, и проверить их выполнение было затруднительно.

Представители администрации говорят, что американская и российская стороны планируют перейти к обсуждению вопросов, связанных с тактическим ядерным оружием, а также с неразвернутыми стратегическими боеголовками, сразу же после того, как новый Договор СНВ вступит в силу. «Если мы не ратифицируем договор СНВ, мы не сможем приступить к переговорам по поводу тактического ядерного оружия», — сказал один из сотрудников администрации.

Министр иностранных дел Польши, Радослав Сикорский (Radosław Sikorski), назвал договор СНВ «неизбежным шагом» на пути к соглашению о сокращении тактических арсеналов.
Правительства западных стран говорят, что российские вооруженные силы видят в своем устаревающем тактическом ядерном арсенале средство компенсации ослабленной обычной военной мощи российской армии, а также возможность застраховать себя от расширения американских систем противоракетной обороны и от растущего могущества Китая.

Представители американских властей указывают на шаги, которые в течение последних двух десятилетий Россия предприняла для выполнения своих  обязательств в области контроля над вооружениями — в их числе сокращение количества складов ядерного оружия, которых раньше было несколько сотен, до 50. Но чиновники не верят в то, что Россия в полном объеме выполнила свои обещания по уничтожению и передислокации тактического ядерного оружия, данные в рамках  Президентских ядерных инициатив 1991 года.

По оценкам США, за последние несколько лет Россия несколько раз увеличивала объем развернутых тактических ядерных вооружений на границах стран-союзников НАТО. В качестве примера можно привести Калининград — российский анклав, втиснутый между Польшей и Литвой. В телеграмме Госдепартамента, датированной апрелем 2009 года, говорится о том, что Россия предостерегла  в ответ на укрепление американской системы ПРО в Европе предпринять контрмеры, в числе которых размещение «ракет» в Калининграде.

Представители американского руководства полагают, что в последний раз Россия проводила передислокацию тактического ядерного оружия в конце весны. В конце мая, американский зенитно-ракетный комплекс Patriot был развернут на севере Польши, в непосредственной близости к Калининграду, что вызвало волну общественных протестов, исходящих из Москвы.

Некоторые госчиновники заявили, что подобные перемещения вызывают беспокойство, но пытались преуменьшить угрозу. Американские власти утверждают, что российские ядерные боеголовки хранятся отдельно от систем запуска.

По данным Ассоциации сторонников контроля над вооружениями (Arms Control Association) осенью 1991 году в распоряжении США имелось приблизительно 5 тысяч единиц тактического ядерного оружия, развернутого за границей, большая часть которого была приписана к НАТО. В рамках Президентских ядерных инициатив США уничтожили порядка 3 тысяч единиц оружия. На сегодняшний день у США, как полагают, имеется примерно 1,1 тысяча тактических ядерных боеголовок, из которых около 480 единиц — это ядерные бомбы свободного падения, хранящиеся в шести странах Европы.

Количество советского тактического ядерного оружия по состоянию на осень 1991 года — как раз накануне падения Советского Союза — по разным оценкам, варьировалось в диапазоне от 12 тысяч единиц до почти 21,7 тысяч единиц. На конференции, состоявшейся в мае 2005 года, Москва заявила, что ее тактический ядерный арсенал «был сокращен в четыре раза по сравнению с тем, которым владел Советский Союз в 1991 году» и был «сконцентрирован на складах, расположенных в центре страны».

В текущем месяце посол России в НАТО Дмитрий Рогозин в очередной раз повторил, что Россия не намерена перемещать все свое тактическое ядерное оружие за Урал, пока США не уберут свое тактическое оружие из Европы.

В написании статьи принимал участие Стивен Фидлер (Stephen Fidler).