Все знают Джорджа Сороса. Он – квинтэссенция инвестора – человек, которому по-прежнему принадлежит рекорд по получению максимальной прибыли за один биржевой день. Он заработал миллиард долларов, поставив в «черную среду» 1992 года против британского фунта стерлингов, когда британская валюта обесценилась на 20% менее, чем за 24 часа, и была вынуждена выйти из курсового механизма ЕС. Неудивительно, что британцы называют его со смесью благоговения и раздражения «человек, обанкротивший Банк Англии».

Сорос никогда не играет по-мелкому. Помимо игры на рынках, он вложил миллиарды долларов своих собственных денег в продвижение политических свобод в Восточной Европе и другие благие дела. Он поставил против Белого дома Джорджа Буша-младшего, и до сих пор вызывает у американских правых и неоконсерваторов жгучую ненависть. Поэтому сейчас, накануне очередного Всемирного экономического форума в швейцарском Давосе, где соберутся Сорос и другие крупнейшие игроки мировой экономики, интересно узнать, на что же ставит один из крупнейших экономических спекулянтов мира?

Читайте также: Борьба политических классов в Америке

Ни на что. Впервые за свою шестидесятилетнюю карьеру 81-летний Сорос признает, что не уверен в том, что делать дальше. «Очень сложно понять, как можно не ошибиться, учитывая ущерб, нанесенный в годы бума», - говорит Сорос. Он отказывается обсуждать портфель своих инвестиций, чтобы никто не подумал, что он преуменьшает ценность каких-то компаний, чтобы получить прибыль. Но люди, которые знают его хорошо, говорит, что он пропагандирует долгосрочные инвестиции в солидные компании, предпочитает избегать золота, которое он называет «идеальным пузырем», и считает, что деньги нужно держать в виде наличных.

Он даже не делает то, чего все ожидают от человека, способного сходу определить ослабевшую валюту, - не играет на понижение евро, или даже доллара США. Как раз наоборот. Он поддерживает ослабевшее евро, публично призывая европейских лидеров сделать все необходимое для гарантии его выживания. «Евро должно выжить, потому что альтернатива – развал – приведет к коллапсу, который ни Европа, ни мир не могут себе позволить». Он вложил около 2 миллиардов долларов в европейские облигации, в основном итальянские, купив их у ведущей операции торговыми бумагами компании MF Global Holdings Ltd., которой управлял бывший глава банка Goldman Sachs Джон Корзайн (John Corzine) и которая заявила о банкротстве в прошлом октябре.



Так неужели великий спекулянт, играющий на понижение, дал слабину? Ну, в общем, да. Сидя в своем офисе на 33-м этаже, на Седьмой авеню Нью-Йорка, готовясь к поездке в Давос, он больше обеспокоен выживанием, чем богатством. «В такие времена, как сейчас, самое важное – выживание», - говорит он из-за своих очков, делающих его похожим на сову, и смахивая со лба седые волосы. По его мнению, дело не только в том, чтобы защитить свои активы. С его точки зрения, мир столкнулся с одним с одним из самых опасных периодов современной истории – периодом «зла». Европа противостоит скатыванию в хаос и конфликты. Америке он предсказывает беспорядки на улицах, которые приведут к жестокому подавлению, которое резко ограничит гражданские свободы. Мировая экономическая система вообще может развалиться.

«Я здесь не для того, чтобы ободрить вас. Ситуация – одна из самых серьезных и трудных в моей карьере, - рассказывает он журналу Newsweek. – Мы столкнулись с чрезвычайно сложным периодом, который во многом сравним с 1930-ми годами, с Великой депрессией. Мы столкнулись с общим режимом экономии в развитом мире, что угрожает нам десятилетием застоя, а то и чем-нибудь похуже. По самому оптимистичному варианту развития событий у нас будет дефляционная среда. Наихудшим вариантом развития события станет коллапс финансовой системы».

Предупреждение Сороса основано как на его собственной выдающейся биографии, так и на его интуиции относительно рыночных бумов и спадов. «Я пережил гораздо более опасную, грозившую мне лично ситуацию, так что мои слова и эмоциональны, и рациональны», - признает он. Соросу было всего 13, когда нацисты вторглись и оккупировали его родную Венгрию в марте 1944 года. Всего за восемь недель, почти полмиллиона венгерских евреев были депортированы, многие в Освенцим. Он видел трупы евреев и помогавших их христиан, висевшие с разбитыми черепами на фонарных столбах. Он выжил, благодаря своему отцу Тивадару, которому удалось обеспечить свою семью фальшивыми документами. Позже он наблюдал, как силы русских изгнали нацистов, и на смену фашизму пришла новая тоталитарная идеология, коммунизм. Когда в ходе послевоенной советской оккупации жить стало тяжелее, Соросу удалось эмигрировать, сначала в Лондон, а потом – в Нью-Йорк.

Читайте также: В Европе разгорается классовая борьба

Сорос обращается к своему прошлому, чтобы доказать, что мировой экономический кризис не менее значим и непредсказуем, чем конец коммунизма. «Коллапс советской системы был исключительным событием, и сегодня мы в развитом мире переживаем нечто схожее, не осознавая, что происходит». По словам Сороса, эффектное разоблачение кредо эффективных рынков – идеи о том, что рынки рациональны и могут саморегулироваться во избежание катастрофы – «сравнимо с коллапсом марксизма как политической системы. Превалирующая интерпретация оказалась крайне обманчивой. Она предполагает идеальное знание, что очень далеко от действительности. Нам нужно перейти от Века рационализма к Веку подверженности ошибкам, чтобы правильно понимать существующие проблемы».

Он говорит, что понимание – это ключ к происходящему. «Неограниченная конкуренция может заставить людей предпринимать действия, о которых в противном случае они бы пожалели. Трагедия нашей текущей ситуации это непредусмотренные последствия неполного понимания. На самом деле многое зло в мире непреднамеренно. Многие люди в финансовой системе нанесли большой ущерб ненамеренно». Тем не менее, Сорос считает, что Запад с трудом справляется с последствиями зла в финансовом мире точно так же, как бывшие страны Восточного блока с трудом справлялись с последствиями зла в политике. Неужели он действительно говорит, что финансовые асы, стоявшие за нашим экономическим коллапсом, были не только неправы, но и злонамеренны? «Именно так». Вот тебе, Ллойд Бланкфейн, глава банка Goldman Sachs, заявивший в разгар финансового кризиса лондонской газете Sunday Times, что банкиры «делают дело Божье».

Многим сама мысль о Соросе, читающем миру нотации о «зле», кажется, как бы это так сказать, забавной. Как-никак, мы имеем дело с инвестором, который доказал – и получил от нее огромные прибыли – широко высмеиваемую сегодня теорему о том, что рынок (или, в случае с Соросом, один-единственный инвестор) гораздо влиятельнее, чем суверенные правительства. Он обанкротил Банк Англии, уничтожил экономическую репутацию Консервативной партии и уменьшил ценность фунтов в карманах британских потребителей на одну пятую всего за один день. Валютного спекулянта Сороса осуждали как «ненужного, непродуктивного и безнравственного». Бывший премьер-министр Малайзии Махатхир Мохамад как-то назвал его «преступником» и «дебилом».



В США, где правые так и не простили ему агитацию против президента Джорджа У. Буша и «войны с террором», начатой после 11 сентября, которую он описывал как «пагубную», его предсказания уличных бунтов – «они уже начались», говорит он – скорее всего, вызовут новую волну критики с утверждениями о том, что Сорос, как назвал его как-то комментатор Билл О'Райли, это «крайне левый, радикальный бомбист». Критики уже заявляют, что он подливает масла в огонь, финансируя движение Occupy с помощью канадских провокаторов Adbusters, воодушевивших движение. Но это не так, утверждает Сорос.

Пахучая биография Сороса также заставит многих отнестись к его морализаторству с насмешкой. В прошлом году его давняя спутница, 28-летняя Адриана Феррейр подала на него иск в Верховный суд Нью-Йорка, заявив, что он отказался от двух обещаний купить ей квартиру, что послужило причиной ее чрезмерных эмоциональных страданий. Феррейр, бывшая в свое время звездой бразильских «мыльных опер», заявила, что Сорос отдал квартиру, обещанную ей, другой своей подруге. Сорос отмел заявления Феррейры как «незначительные и не имеющие никаких оснований», а также «полные фальшивых обвинений и очевидно являющиеся попыткой выжать деньги».

Еще по теме: Американский средний класс умер жалкой позорной смертью

Несмотря на все, человек, считающий себя сегодня политиком-филантропом, не собирается останавливаться. Получив прибыль от работы нерегулируемых рынков, сегодня он хочет спасти нас от них. Возьмем Европу. Сегодня он убежден, что «если случится беспорядочный коллапс евро, существует опасность возрождения политических конфликтов, столетиями разрывавших Европу на части, - экстремальной формы национализма, являющей себя в виде ксенофобии, недопущения иностранцев и этнических групп. Во времена Гитлера средоточием этого стали евреи. Сегодня это происходит с цыганами, являющимися незначительным меньшинством, и, конечно же, с иммигрантами-мусульманами».

На этой неделе в Давосе Сорос заявит мировым лидерам, что официальный дефолт Греции в 2012 году «скорее произойдет, чем нет». Он обрушится с критикой на европейских лидеров, которые, похоже, знают лишь, как «делать достаточно для успокоения ситуации, а не для решения проблемы». Если Ангела Меркель или Николя Саркози тешат себя остатками надежд найти спасение за пределами континента, они заблуждаются. «Я недавно посетил Китай, и Китай не придет на выручку Европе», - говорит Сорос. Несмотря на все его беды, Сорос, тем не менее, считает, что евро выживет – хотя и с большим трудом.

Хотя сегодня внимание Сороса, чья новая книга «Финансовые потрясения в Европе и Соединенных Штатах» (Financial Turmoil in Europe and the United States) выйдет в начале февраля, сосредоточено на Европе, разговор быстро переходит к США, где, как он утверждает, лишь углубятся экономические и социальные разногласия. Он симпатизирует движению Occupy, формулирующему широко распространенное разочарование в капитализме, присущее и самому Соросу. У людей «есть причины чувствовать разочарование и раздражение» по поводу стоимости спасения банковской системы, расходы на которое были в основном понесены налогоплательщиками, а не акционерами или владельцами облигаций.

Движение Occupy Wall Street «это зарождающаяся, не имеющая руководства манифестация протеста», но ему еще предстоит разрастись. Оно «поставило на повестку дня вопросы, которые системное левое движение не могло обозначить в течение четверти века». Он берет со стола аналитический обзор, подготовленный политическим блогом ThinkProgress.org, в котором показано, как движение Occupy заставило такие крупные новостные организации как MSNBC, CNN и Fox News обратить внимание на вопрос безработицы. В отчете показано, что за одну июльскую неделю прошлого года слово «долг» было упомянуто на основных новостных телеканалах США более 7000 раз. К октябрю упоминания слова «долг» упали до 398 за неделю, в то время как слово «оккупировать» прозвучало 1278 раз, слова «Уолл-стрит» 2378 раз, а слова «рабочие места» - 2738 раз. Все-таки финансиста нельзя удержать от цитирования показателей.

По мере того, как растет раздражение, беспорядки на улицах американских городов неизбежны. «Да, да, да», - говорит он, и в голосе его почти можно уловить ликование. Реакция на беспорядки может нанести больший ущерб, чем само насилие. «Это станет оправданием для закручивания гаек и использования насильственных тактик для поддержания закона и порядка, что, если довести процесс до крайности, может привести к созданию репрессивной политической системы, общества, где личная свобода гораздо более ограничена, что станет отходом от традиций Соединенных Штатов».

Несмотря на предупреждения о политических беспорядках в США, он не планирует напрямую заниматься политикой. «Я бы предпочел ввязываться в партийную политику. Я ввязался в это лишь потому, что считал, что администрация Буша вводила страну в заблуждение. Я очень надеялся на новое начало с появлением Обамы, и сейчас я несколько разочарован. Я продолжаю поддерживать Демократическую партию, но я прекрасно осознанию ее недостатки». Сорос считает, что у Обамы по-прежнему есть шанс победить на выборах этого года. «Обама может удивить общественность. Главный вопрос, стоящий перед избирателями, состоит в том, не следует ли увеличить налоги для богатых. Обаме не должно составить труда привести нужные доводы».

Если в 2012 году на мировом горизонте и есть какие-то проблески надежды, то, по мнению Сороса, их нужно искать на развивающихся рынках. Движение за демократические реформы, распространившееся по Ближнему Востоку, подъем демократии и экономические рост в Африке, даже реформы в России еще могут вытащить мир из болота. «В то время, как развитой мир находится в глубоком кризисе, будущее развивающегося мира очень позитивно. Стремление людей к открытому обществу очень вдохновляет. Мы видим, как в Африке люди выстраиваются в многочасовые очереди, получив возможность голосовать. Диктаторов свергают. Это все очень обнадеживающе для свободы и роста».

Сорос настаивает на том, что для того, чтобы избежать в 2012 году катаклизмов, нельзя позволить кризисам 2011 года пропасть даром. «В период кризиса невозможное становится возможным. Европейский Союз еще может вернуть себе свой блеск. Я надеюсь, что Соединенные Штаты, как политическое образование, сдадут очень сложный тест и укрепят свои институты». Он также еще не окончательно расстался с надеждой на то, что у глав центробанков и премьер-министров, собирающихся на этой неделе в Давосе, есть все необходимое, чтобы сплотиться и опровергнуть его утверждения. В этом случае собственная неправота его бы очень порадовала.