Кристофер Джордж (Christopher George) и его брат-близнец Джеффри открыли свою первую клинику лечения боли в торговых рядах на окраине Форт-Лаудердейла в 2008 году. В клинике было всего два кабинета и несколько врачей. Записываться на прием к ним заранее было необязательно.

 

Тот год был удачным для клиник, которые помогали людям справиться с их болью. Экономика находилась в состоянии кризиса. Рынок недвижимости был в упадке. Люди лишались жилья, своего бизнеса, сбережений и работы и искали способ справиться со своим бедственным положением. Братья Джордж открыли экуменическую клинику. Их доктора были готовы лечить любую человеческую боль – будь то боль в спине, фибромиалгия, зубная боль, рак, депрессия, развод, скука, психическое расстройство, безработица, замещение тазобедренного сустава или абстинентный синдром.

 

Практически все, кто приходил на прием врачей их клиники, покидали их стены с одинаковыми назначениями: рецептом на месячный курс мощных опиоидов. Чаще всего это были маленькие, синие таблетки – непатентованный оксикодона гидрохлорид с быстрым высвобождением -  которые все называли «роксис». Клиенты в большинстве случаев оставались довольны и возвращались в клинику снова.

 

Близнецы Джордж, которым сейчас 31 год, выросли во Флориде в семье предпринимателя. Их отец Джон Джордж был владельцем Majestic Custom Homes, компании по строительству элитного жилья, которая разорилась в период финансового кризиса. В то время как компания их отца рушилась на глазах, дело близнецов процветало. Каждая последующая из четырех их клиник - American Pain, Executive Pain, Hallandale Pain и East Coast Pain – была больше предыдущей. Кристофер вложил деньги в две аптеки. Братья брали по 50 долларов за направление на обследование ЯМР в мобильном медицинском пункте, расположенном на парковке рядом со стрип-клубом. Джеффри купил огромный грузовик, ламборджини и несколько лодок. На улицах висели растяжки с рекламой их клиник. Они взяли на работу свою мать.

 

Оксикодон и гидрокодон – это опиаты, которые входят в список контролируемых лекарственных средств. Их активные вещества являются производными опиумного мака. Каждый год в декабре Администрация по контролю за применением законов о наркотиках (Drug Enforcement Administration, DEA) объявляет, какое количество этих контролируемых веществ может быть произведено в стране в следующем году. На 2012 год DEA установила квоту на оксикодон в размере 98 миллионов грамм или 108 тонн, а на гидрокодон – в размере 59 миллионов грамм или 65 тонн. Тысячи компаний принимают участие в том многоступенчатом процессе, в результате которого производные опия, выращенного в Индии, Турции и Австралии, превращаются в десятки различных непатентованных и патентованных наркотических препаратов, которые продаются людям по рецептам на всей территории США. В этой отрасли можно заработать огромное состояние. По данным организации IMS Health, в 2011 году общий объем продаж рецептурных болеутоляющих составил 9 миллиардов долларов.

 

Опиаты не только приносят прибыль, они еще вызывают зависимость и представляют опасность для здоровья. Они могут подавлять дыхание. Если принять их слишком много или смешать их с другими видами наркотических веществ, например с алкоголем, то можно совсем перестать дышать. По данным Центра по контролю и профилактике заболеваний, 14,8 тысяч американцев умерли от передозировки опиатами в 2008 году – это число превышает количество смертей от передозировки кокаином или героином.

 

Большинство опиатов входят в Список II, который подлежит нормативным ограничениям со стороны государства и федеральных агентств. Но эти нормативные акты не всегда понятны. Продайте слишком много, слишком быстро, со слишком навязчивой рекламой и слишком неосторожно, и покров социальной приемлемости будет сорван. Такое разоблачение может оказаться весьма опасным. Те, кто пересекают иногда довольно туманную черту, разделяющую легальную и нелегальную продажу лекарственных средств, зачастую сталкиваются с тем, что федеральные агенты лишают их лицензии, конфискуют их товар и арестовывают их в ходе резонансных операций с готическими кодовыми названиями: например, недавно были проведены операции под названиями Snake Oil, Pill Nation и Juice Doctor 2.

 

Весной 2010 года братья Джордж стали мишенью операции Oxy Alley. По сообщениям прокуратуры, местная и федеральная полиция провели обыски их компаний, конфисковали опиаты, захватили миллионы долларов, включая сейфы, набитые наличными, на чердаке дома их матери. В августе 2011 года Министерство юстиции предъявило официальное обвинение, в котором было пять пунктов - начиная с мошенничества и заканчивая хранением контролируемых веществ с целью их распространения – 32 участникам процесса, включая 13 докторов и одного оптового торговца, работавших на клиники братьев Джордж. С 2008 по 2010 год, по данным федеральных агентств, близнецы Джордж были крупнейшими нелегальными распространителями оксикодона в США.

 

«Значение этого дела заключается в том, что мы уничтожили крупнейшую в стране криминальную организацию, занимавшуюся незаконным распространением болеутоляющих средств, - заявил Джон Джиллис (John Gillies), специальный агент и глава отделения ФБР в Майами. - До сегодняшнего дня все попытки остановить распространение наркотиков сводились к борьбе с отдельными наркозависимыми людьми. Сегодня мы смогли добраться до источника и перекрыть поставки».

 

Осенью 2011 года Джеффри Джордж признал себя виновным по одному пункту обвинения – участие в преступном сговоре – это обвинение со стороны федеральных властей, по которому члены организации могут понести ответственность за преступления, совершенные в интересах организации. Сейчас он отбывает наказание сроком в 15 с половиной лет. В настоящий момент он также ожидает вынесения судебного приговора по другому уголовному делу, в рамках которого он признал себя виновным в совершении убийства второй степени после того, как пациент его клиники умер от передозировки. Адвокат Джеффри отказался комментировать это дело. Кристофер Джордж признал себя виновным по одному пункту обвинения – также в участии в преступном сговоре. В настоящее время он отбывает тюремное наказание сроком в 17 с половиной лет. Мать близнецов Денис Хэггерти признала себя виновной в преступном сговоре с целью совершения мошенничества с использованием электронных средств сообщения и сейчас отбывает тюремное наказание сроком в 30 месяцев.

 

На всех уровнях отрасли по производству опиатов ее участники зачастую уклоняются от разговоров, касающихся их роли в цепи поставок. Тем не менее, 17 мая Кристофер Джордж впервые согласился дать интервью под запись.

 

«Меня спрашивают, почему я не ушел из бизнеса, когда заработал все эти деньги, - сказал он во время телефонного интервью из тюрьмы в Атланте. - Множество юристов говорили мне, что у меня все в порядке. Я действительно не предполагал, что у меня могут возникнуть проблемы из-за этого. Мы открыли два офиса в Джорджии. Я открывал офисы в Миссури и Техасе. Я расширял бизнес». 

 

По его словам, он никогда не рассматривал возможность оставить свой бизнес. «Люди никогда внезапно не прекращают делать что-то, что у них действительно хорошо получается, - говорит Джордж. - Мне нравилась моя работа. Мне нравилось рисковать».

 

Чтобы проворачивать большие объемы рецептурных болеутоляющих препаратов в Америке, вам необходимы люди, которые будут выписывать рецепты. Вам нужны врачи. По словам Джорджа, найти врачей, чтобы продавать наркотики, очень легко. Он нашел своих врачей, просто разместив объявление на Craigslist. На пике успеха, когда их компания была крупнейшей в стране организацией по распространению наркотиков в США, на близнецов Джордж работали примерно десяток врачей.

 

По словам Джорджа, ни один врач, с которым он проводил собеседование, не отказался от предложения работы. Несмотря на то, что он всегда был моложе, чем те врачи, с которыми он проводил собеседования – тогда ему еще не исполнилось 30 лет – Джордж производил на них впечатление профессионала. «У меня был такой большой офис. Произвести впечатление было легко, - говорит Джордж. - Они приходили не в захудалую клинику. Часы приема были удобными. Зарплата была хорошей».

 

Недостаток престижа братья Джордж компенсировали размером заработной платы. В обвинительном акте Джорджа сказано, что доктора его клиник получали фиксированную сумму за каждый выписанный рецепт на опиаты – обычно от 75 до 100 долларов. Чтобы максимально увеличить эффективность их работы, докторам выдавались уже отпечатанные рецепты, которые они могли быстро выдавать. По словам Джорджа, в клинике American Pain доктора обычно принимали до 100 пациентов в день. При такой занятости врач мог зарабатывать примерно 37,5 тысяч долларов в неделю или 1,95 миллиона в год.

 

Именно врач посоветовал Джорджу заняться этим бизнесом. В то время он и его брат владели компанией, занимавшейся гормонозаместительной терапией, и продавали стероиды по интернету. В этот период братья познакомились с врачом, который объяснил им, что болеутоляющие - это гораздо более масштабный рынок, и дал им советы относительно того, как начать бизнес в этой области. Этот врач позже скончался в результате автомобильной аварии за границей, однако он оставил братьям Джордж прибыльную модель бизнеса. По данным прокуратуры, в клиниках лечения боли братьев Джордж за два года их существования было продано 20 миллионов таблеток оксикодона, что принесло им 40 миллионов долларов прибыли.

 

Одним из врачей, которых Джордж взял к себе на работу, был пластический хирург Партик Грэхем. На одной из аудиозаписей телефонных разговоров Джордж и доктор Грэхем обсуждают компенсационные выплаты сотрудникам. «Делая это, вы можете заработать гораздо больше денег, чем занимаясь пластической хирургией», - сказал доктор Грэхем, согласно судебным документам. В октябре 2011 года 64-летний доктор Грэхем признал себя виновным в участии в преступном сговоре в целью отмывания денег. В настоящее время он отбывает тюремное наказание сроком в четыре года. Его адвокат отказался прокомментировать ситуацию.

 

Обычно Джордж брал 200 долларов за первичный прием и 150 долларов за повторный. По его словам, плата за консультации составляла почти половину его выручки в клиниках лечения боли. Оставшаяся часть выручки получалась в результате покупки опиатов по оптовой цене и последующей их перепродажи с розничной надбавкой. В большинстве штатов после того, как врач выписывает рецепт на болеутоляющие препараты, пациент отправляется с ним в аптеку. В 2008 году во Флориде, где Джордж начинал свое дело, все было не так.

 

С самого начала Джордж хотел торговать болеутоляющими препаратами непосредственно в своих клиниках, однако ему нужен был кто-то, кто продавал бы ему эти лекарственные средства. Из-за правовых рисков, связанных с продажей больших объемов опиатов, многие предприниматели этой области чаще всего держат в секрете информацию о своих поставщиках, особенно в разговорах с незнакомыми людьми. Сначала Джордж попытался наладить контакт с крупными поставщиками фармацевтической продукции, такими как Cardinal Health (CAH), AmerisourceBergen (ABC) и McKesson (MCK). Но вскоре он понял, что это тупик. По его словам, ведущие дистрибьюторы ставят слишком много условий. Джордж рассказал об одном примере, когда они отказались отгрузить ему заказ, который на 100% состоял из контролируемых веществ. По его словам, по крайней мере, половину заказа должны были составлять другие препараты. У Джорджа не было иного выхода, кроме как перепродавать, скажем, аспирин. Это существенно снижает потенциальную прибыль. «С ними было трудно иметь дело, - говорит Джордж. - Я пытался. Это было слишком мучительно».

 

В конце концов, после долгих поисков в интернете Джордж обнаружил список компаний во Флориде, у которых были регистрационные номера DEA. В этом списке не было указано, кто из них был оптовиками, а кто розничными торговцами. И Джордж дал задание своему сотруднику обзвонить все компании и выяснить, продают ли они контролируемые препараты медицинским клиникам, и если продают, то на каких условиях. Вскоре Джордж выделил для себя несколько потенциальных региональных дилеров. По словам Джорджа, с этого момента дела пошли удивительно легко. «Все что мне нужно было сделать, когда я начал свой бизнес, это позвонить оптовику, сказать ему, что у меня есть медицинская клиника, и прислать по факсу номер медицинской лицензии врача, - рассказывает Джордж. - Затем я просто говорил им, что мне нужно, и они отправляли мне нужные лекарства. Они не знали, кто я. Они не разговаривали с врачом. Я мог быть просто человеком, укравшим данные какого-то врача. Это никого не заботило».

 

Вскоре Джордж узнал об одной из особенностей опиатного рынка. В большинстве сделок чем больше вы покупаете, тем меньше вы платите за единицу товара. На рынке опиатов, ситуация обратная. Чем больше вы заказываете опиатов, тем больше вы платите за каждую таблетку. «В отличие от обычного рынка, здесь все обстоит иначе», - говорит Джордж. Так происходит, потому что чем больше товара оптовик соглашается отправить таким покупателям как Джордж, тем больше вероятность того, что DEA начнет проверку его деятельности. В результате, оптовикам приходится быть очень осторожными, когда к ним приходят новые клиенты. 

 

Операции по борьбе с распространением опиатов зачастую начинаются с подачи оптовых компаний. 29 сентября 2010 года в отдел DEA в Новом Орлеане поступил телефонный звонок от D&H Wholesale Medical в Растоне, штат Луизиана. Согласно материалам судебного дела, представители компании сообщили агентам DEA, что их новый клиент попытался заказать у них 20 тысяч таблеток оксикодона. Этот звонок послужил поводом для начала расследования. Осенью 2011 года агенты DEA провели рейды в десятках компаний, частных домов, клиниках лечения боли и аптеках по всей Атланте и арестовали множество людей по подозрению в причастности к преступному сговору с целью продажи больших объемов оксикодона.

 

Джордж рассказал, что в связи с расширением бизнеса ему приходилось увеличивать объемы покупки опиатов, чтобы удовлетворять спрос на них. В списке его поставщиков было более десятка компаний, начиная от мелких фармацевтических компаний, таких как Medical Arts Pharmacy в Санкт-Петербурге, и заканчивая крупными дистрибьюторами, такими как компания Harvard Drug Group в Ливонии, штат Мичиган, которая входит в десятку крупнейших оптовых поставщиков непатентованных лекарственных средств в стране.

 

Джордж скрывал названия компаний-поставщиков от сотен других клиник лечения боли, которые постоянно появлялись во Флориде. По словам Джорджа, причиной того, что ему удавалось работать с такими объемами опиатов, было то, что он смог заключить больше сделок с большим количеством поставщиков, чем его конкуренты. «Я очень старался заключать сделки с оптовиками и держать их названия в секрете, - говорит Джордж. - Именно поэтому мы могли покупать намного больше таблеток, чем другие клиники лечения боли. Мы гораздо усерднее работали над тем, чтобы узнать, кто продает эти препараты».

 

Когда весной 2010 года полиция устроила рейды в American Pain и остальных клиниках братьев Джордж, несколько оптовых компаний столкнулись с массой неприятностей в связи с тем, что они продавали контролируемые препараты Джорджу. Среди обвиняемых был Стивен Гудман (Steven Goodman), владелец компании Medical Arts. В 2012 году Гудман признал себя виновным в участии в преступном сговоре. В настоящее время он ожидает вынесения приговора. Его адвокат отказался прокомментировать ситуацию.

 

15 июня 2010 года DEA лишила Harvard Drug лицензии на продажу контролируемых препаратов на основании того, что компания поставила под угрозу общественную безопасность, продавая оксикодон клиникам лечения боли в Техасе и Флориде, в том числе American Pain и Executive Pain. В ответ на это Harvard Drug, пытаясь найти средство правовой защиты, подала иск против Министерства юстиций. В жалобе Harvard Drug говорилось, что в компании уже действует «система выявления подозрительных заказов», созданная с целью отслеживать заказы на контролируемые вещества, и что компания направляет в DEA в среднем по пять предупреждений в день. Руководство компании утверждает, что в январе 2010 года – за несколько месяцев до того, как DEA лишила ее лицензии - Harvard Drug связывалась с агентами DEA с целью получить от них конкретные инструкции, касающиеся продаж оксикодона клиникам лечения боли братьев Джордж. В апреле 2011 года на сайте Harvard Drug было опубликовано сообщение о том, что компания достигла соглашения с федеральным правительством, разрешив все разногласия с DEA. Harvard Drug не признала себя виновной в совершении какого-либо правонарушения и согласилась заплатить 8 миллионов долларов штрафа. Исполнительный директор Терри Хаас (Terry Haas), который пришел в компанию Harvard Drug в январе 2011 года, утверждает, что компания прекратила продавать оксикодон в США.

 

Между тем недавние судебные процессы показывают, что фармацевтические оптовые компании продолжают страдать от того, что они называют двойственностью деятельности DEA. В феврале  агентство DEA лишило компанию Cardinal Health лицензии на отправку контролируемых веществ с ее базы в Лейкленде, штат Флорида, обвиняя ее в том, что компания ставит под угрозу здоровье населения, продавая такое количество оксикодона двум аптекам CVS Caremark в Сэнфорде, штат Флорида, которым можно было бы обеспечить население города, в восемь раз превышающее население Сэнфорда. Это произошло всего через несколько лет после окончания разбирательств Cardinal Health с DEA, когда в 2008 году компания уплатила 34 миллиона штрафа, так и не признав своей ответственности. На этот раз Cardinal Health сразу же подала иск против федерального агентства в попытке добиться судебной защиты.

 

Юристы из Ассоциации управления здравоохранением (Healthcare Distribution Management Association, HDMA) – торговой группы оптовых компаний – представили записку по делу в защиту компании Cardinal, где говорится, что система контроля деятельности оптовиков несовершенна и что DEA «не смогла предоставить четкие инструкции» оптовым компаниям.

 

В мае Cardinal Health договорилась с DEA, согласившись приостановить поставки контролируемых веществ с базы во Флориде на два года. Тем временем туман, окружающий распространение опиатов, сохраняется, и эта неопределенность позволяет таким продавцам на рынке как братья Джордж постепенно накапливать огромные количества оксикодона, приобретая его небольшими партиями у различных поставщиков, каждый из которых не догадывается о том, что делают другие. В отсутствие централизованной базы данных  продаж контролируемых веществ некоторые дистрибьюторы, такие как Harvard Drug, решили, что больше не имеет смысла идти на риск и оставаться на этом рынке.

 

Специальный агент DEA Гэри Боггс (Gary Boggs) говорит, что за последние годы DEA передавало в суд те дела, участниками которых были оптовики, сознательно продававшие огромные партии контролируемых веществ клиентам, по существу нарушавшим предписания DEA. «Заявление HDMA о том, что так или иначе DEA не предоставляет поставщикам необходимой информации, заведомо ложно, - говорит Боггс. - Это дымовая завеса. Это шаг отчаяния».

 

Джордж тоже считает, что его незаслуженно наказали из-за недостатков нормативных предписаний. Когда Джордж занялся этим бизнесом, Флорида была одним из 15 штатов в стране, где не существовало программы предписаний и контроля (PMP). Позже такую программу ввели. По данным организации Alliance of States with Prescription Monitoring Programs, в 48 штатах законодательство разрешает принятие РМР, а в 41 штате подобные программы уже действуют. Такие базы данных обычно создаются, чтобы розничный продавец мог ввести имя пациента и проверить, покупал ли этот человек рецептурные болеутоляющие в других клиниках или аптеках.

 

По словам Джорджа, в отсутствии системы в масштабах штата нельзя привлекать его или его сотрудников к ответственности за неспособность различать между честными пациентами и отчаянными покупателями, которые ходят от одного доктора к другому, накапливая запасы болеутоляющих, чтобы потом перепродать их на улицах. Джордж также сказал, что он не понимает, как можно привлекать его к уголовной ответственности, тогда как большинство оптовиков, у которых он приобретал лекарства, избежали уголовного преследования. «Я не понимаю, почему меня называют виновным, а их нет, - говорит Джордж. - Я отбываю 18-летний срок, а они даже не арестованы».

 

По данным IMS Health, на рынке США существует 92 препарата на основе оксикодона и еще 218 препаратов, в состав которых входит гидрокодон. И лишь немногие из них запатентованы. По словам Джорджа, он и его брат избегали покупать патентованные опиаты. Однажды он по ошибке заказал у дистрибьютора Percocet – зарегистрированный патентованный опиат, хотя он хотел заказать непатентованный Endocet. Он также избегал таких препаратов как OxyContin, Opana ER или Vicodin, которые вообще принадлежат к параллельному миру, где у пациентов есть медицинская страховка, врачи озабочены этической стороной выписывания лекарств, некоммерческие организации защищают права врачей выписывать опиаты пациентам с хронической болью, а сердитые сенаторы время от времени высказывают свое неодобрение.

 

Братья Джордж заняли нишу на рынке, где клиенты не слишком требовательны. Они покупали и продавали непатентованные препараты. Их клиенты платили наличными. В их клиниках врачи выписывали рецепты примерно на 180 таблеток болеутоляющего в дозировке 30 мг по 2 доллара за штуку плюс несколько препаратов для лечения тревожных расстройств, таких как алпразолам. По словам Джорджа, оптовики обычно продавали ему роксис в среднем по 70 центов за штуку. Таким образом, доход с каждой таблетки составлял примерно 1,3 доллара или 235 долларов с каждого выписанного рецепта. С другой стороны, говорит Джордж, за патентованные препараты оптовики просили по 3 доллара за штуку. «Никто не покупает патентованные препараты, - говорит Джордж. - Особенно когда дело доходит до оксикодона. Я даже не знаю, кому принадлежит бренд Roxicodone».

 

Вместо этого, по словам Джорджа, он продавал примерно полдюжины разновидностей непатентованных препаратов на основе оксикодона гидрохлорида, включая такие препараты, как «A/215», чьим производством занимается Actavis Group, транснациональная компания по изготовлению непатентованных лекарственных средств со штаб-квартирой в Цуге, Швейцария; «V-4812», чьим производством занимается фармацевтическая компания Qualitest из Хантсвилля, штат Алабама, которую в 2010 году купила Endo Pharmaceuticals; «К-9», разработанный частной компанией KVK-Tech, расположенной в Ньютоне, штат Пенсильвания. В целом, он продавал все, что мог приобрести у оптовиков максимальными партиями. Самой распространенной формой опиатов, которые они продавали, были маленькие синие таблетки, маркированные как «М/30». Джордж подозревает, что клиентам они нравились больше всего, потому что их легче всего можно было измельчить, смешать с водой и ввести в вену.

 

Производством М/30 занимается фармацевтическая компания Mallinckrodt, основанная в штате Миссури еще в 19 веке. Mallinckrodt сейчас является частью дублинской компании Covidien - мирового производителя товаров для здоровья - ежегодный доход которой составляет примерно 11,5 миллиарда долларов. Согласно информации на официальном сайте компании, Mallinckrodt в настоящее время занимает девятое место в списке производителей непатентованных лекарственных средств в США, на ее долю ежегодно приходится 90 миллионов выписанных рецептов. Вице-президент компании Mallinckrodt Стивен Литтлджон (Stephen Littlejohn) в своем электронном письме сообщает, что компании принадлежит менее 20% рынка оксикодона и что «мы считаем, что сокращение числа случаев злоупотребления, нецелевого использования и чрезмерного употребления мощных болеутоляющих средств необходимо, чтобы гарантировать адекватное лечение боли и доступ к этому лечению для пациентов, действительно страдающих хроническими болями».

 

Возможно, в Америке многие люди нуждаются в рецептурных болеутоляющих средствах, однако рекламу все же не стоит сбрасывать со счетов, говорит Джордж. Когда он начинал свой бизнес в этой области, никто не знал о том, что происходило в его клинике лечения боли, расположенной в торговых рядах. Джордж поместил рекламу в желтых страницах. Он опубликовал рекламные объявления в местной еженедельной газете New Times Broward-Palm Beach, где они располагались рядом с рекламой стрип-клубов и эскорт-услуг. «В конце концов, все клиники лечения боли помещают рекламу именно там, - говорит Джордж. - Все знают, что если вы хотите найти такую клинику, вам просто нужно поискать объявления в газете».

 

Джордж, однако, не пренебрегал и электронными источниками информации. Он разместил поисковую рекламу в Google. Он также нанял специалиста по поисковой оптимизации, чтобы сайты его клиник появлялись на верхушке страницы в Google каждый раз, когда люди вводили в строку поиска запросы, касающиеся болеутоляющих препаратов во Флориде, клиник лечения боли, врачей, специализирующихся на лечении боли, или рецептов на лекарственные средства. Джордж также разместил рекламные плакаты на обочинах дорог. «Я был первым в этой области, у кого появились рекламные щиты», - говорит Джордж.

 

В июне 2011 года губернатор штата Флорида Рик Скотт приехал на конференцию в городе Тампа, чтобы подписать закон НВ7095, созданный с целью ограничить распространение рецептурных опиатов и перекрыть лазейки, которые позволяли «незаконным врачам и аптекам» прописывать чрезмерное количество опиатов под прикрытием законным клиник лечения боли. По словам Скотта, Флориду теперь перестанут в шутку называть «Окси-экспрессом».

 

Ключевой пункт этого закона запрещал докторам непосредственно продавать болеутоляющие средства. А созданная система контроля теперь позволяет проследить, сколько рецептов на опиаты врачи выписывают, а пациенты получают. Их довольно много. По данным IMS Health, в 2011 году было выписано 335 миллионов рецептов на болеутоляющие лекарственные средства.

 

Марк Перес, специальный агент отделения Департамента обеспечения правопорядка во Флориде, говорит, что новые законы в сочетании с деятельностью местных отрядов полиции по борьбе с распространением наркотиков, созданных губернатором и генеральным прокурором в марте 2011 года, помогли существенно сократить масштабы проблемы. Перес сказал: «Нельзя просто арестовывать отдельных людей, не пытаясь обнаружить истоки проблемы – найти поставщиков и врачей, выписывающих и продающих эти наркотики». В 2010 году, по данным DEA, 90 из 100 врачей, которые больше всех продавали оксикодон, жили в штате Флорида. К марту 2011 года их число снизилось до 13 из 100. По словам Переса, за этот же период времени число клиник лечения боли по штату уменьшилось с 800 до 508. За первый год своего существования отряды полиции по борьбе с распространением наркотиков арестовали 34 врача. 

 

По словам Переса, сейчас его беспокоит то, что розничные торговцы переезжают в штаты, где действует более мягкое законодательство и власти уделяют этому вопросу меньше внимания. В недавно опубликованном пресс-релизе DEA, посвященном успеху во Флориде, говорится, что агентство отметило «существенный рост числа врачей, приобретающих оксикодон в Джорджии, Теннеси и Кентукки». В 2013 году в Джорджии будет введена программа по борьбе с распространением наркотиков, подобная той, которая существует во Флориде. Тем временем, по всему штату возникают новые клиники лечения боли, как сообщает Atlanta Journal-Constitution.

 

На недавней общенациональной конференции, посвященной вопросам злоупотребления рецептурными наркотиками, Дейв Аронберг (Dave Aronberg), государственный обвинитель по особо важным делам прокуратуры штата Флориды, отметил, что потенциальные продавцы оксикодона уже выходят на рынок с новыми бизнес-моделями, которые позволяют обойти закон. Клиники лечения боли теперь преобразовываются в «центры здоровья», «центры оказания неотложной помощи» и «клиники по омоложению». 

 

Тем временем, DEA подписала квоту на производство в США 98 миллионов грамм оксикодона в 2012 году – это на 40% больше, чем в 2008 году, когда братья Джордж начали свой бизнес. Боггс из отдела DEA говорит, что квоты устанавливаются с расчетом только на законное применение этих препаратов, и их размер со временем может увеличиваться вследствие появления на рынке новых препаратов или новых лекарственных форм. «Здесь действует принцип сдержек и противовесов, встроенных в систему, которая призвана гарантировать, что люди не просто слепо выписывают и не просто слепо покупают рецептурные препараты», - говорит Боггс.

 

Тем не менее, по словам Джорджа, он сомневается, что его арест – и последующие изменения законодательства штата Флорида – смогут существенно ограничить распространение опиатов. Этот рынок слишком большой, слишком раздробленный, слишком прибыльный, чтобы закрыться. «На самом деле вряд ли можно остановить человека, который хочет получить рецепт на болеутоляющие препараты, - говорит Джордж. - Если вы ограничите доступ к ним, потому что существуют наркоманы, пострадают люди, которые действительно нуждаются в этих лекарствах. Люди умеют лгать. Они могут сказать, что их мучает боль, и вы не сможете доказать обратное. Вы не сможете помешать им достать наркотики».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.