Эта неделя была американскими горками для промышленности и энергетики. С одной стороны у нас ситуация в Ливии, где западные державы в результате политических усилий по уничтожению режима Каддафи отрезали страну от мировых энергетических рынков. С другой стороны мы наблюдаем последствия землетрясения в Японии, которое серьезно повлияло на целый ряд рынков, начиная от энергетики и заканчивая автопромом и телекоммуникациями.

Давайте начнем с Ливии. На пике Ливия ежедневно экспортировала порядка одного миллиона шестисот тысяч баррелей нефти и нефтепродуктов, по большей части это была малосернистая, легкая нефть. Это тип нефти, которую не так прости найти в другом месте. И хотя во время протестов и столкновений, которые последовали за ними, небольшая струйка нефти все-таки выходила из страны благодаря людям, которые пошли на риск и отправились в зону конфликта, теперь, когда американские, французские, британские, датские и другие войска по сути устанавливают военную блокаду страны, поставки прекратились вообще. И таким будет положение дел в ближайшем обозримом будущем.

Европейцы открыто заявили, что первостепенной целью операции в Ливии является свержение правительства Каддафи, так что пока этого не будет сделано, или пока они не потерпят значительного поражения, легко предположить, что ливийская энергия будет вне доступности в течение как минимум следующих нескольких месяцев. Однако есть и один положительный аспект. На настоящий момент нет признаков того, что кто-либо, на какой-либо из сторон этого конфликта хоть немного заинтересован в подрыве текущей инфраструктуры. Так что хотя нехватка нефти является главным вопросом на повестке дня и цены выросли, до тех пор, пока мы не видим поднимающихся от пустыни черных столбов масляного дыма, конфликт не представляет собой битву выжженной земли, какую мы наблюдали в Кувейте в 1991 году. Однако понятно, что сейчас все это очень не во время - в смысле состояния мировой экономики.

В Японии произошло крупное землетрясение, которое привело к потере порядка десятков гигаватт выработки ядерной энергии. Это вынудило японцев прибегнуть к резервным мощностям их нефти, природного газа и других видов производства энергии. Это приведет к усилению спроса примерно на полмиллиона баррелей в день, так что - порядка миллиона шестисот тысяч потерянной ливийской нефти и рост спроса в Японии примерно на полмиллиона.

Тем не менее, реальные последствия для мировой экономики связаны напрямую не столько с энергией, сколько с подземными ударами в Японии. Население Японии проживает не на тонкой прибрежной полосе, как в некоторых странах, и не на широком плоском пространстве. Вместо этого оно изолированно располагается в рядке маленьких прибрежных анклавов, из которых токийский, несомненно, самый большой. Это означает, что каждый анклав для своих практических нужд использует свою энергосистему, и связи между различными системами являются чрезвычайно слабыми. Токио не может достаточно эффективно импортировать энергию из районов к западу и к югу от себя. У них есть значительные резервные возможности, и они сейчас к ним прибегают.

Однако уже сейчас, спустя две недели после землетрясения, этого просто не достаточно, чтобы вернуть страну на функционирование в режиме полной мощности. Токио и окрестности в условиях нормального пикового потребления нуждаются примерно в 45 гигаватт энергетической мощности. Сейчас они получают лишь порядка 33 гигаватт. Так что району грозят продолжительные веерные отключения, возможно до конца апреля или даже начала мая.

Это означает, что один из самых динамичных в мире экономических регионов окажется как минимум частично в режиме офлайн, и хотя некоторое производство, определенно, может снова начать функционировать - вероятно, даже большая часть, - некоторые, более сложные, виды электронных операций просто не могут проводиться до тех пор, пока на заводах не будет обеспечено бесперебойное энергообеспечение каждый день.

 Тяжело обеспечить нечто вроде системы снабжения энергией, которая сильно зависит от компьютеров и электроники и которая так или иначе не завязана на Токио и его окрестностях. Сокращение производства, или может быть даже приостановление производства в ряде отраслей, определенно будет иметь глобальные последствия для автомобилестроительной отрасли, телекоммуникаций и компьютерной отрасли, и наверняка не только для них.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.