Год назад президент Буш начал войну в Ираке, поставив перед страной амбиционную задачу - добиться перемен на Ближнем Востоке и за его пределами.

Вторжение в Ирак и его оккупация, как предсказывали официальные лица в администрации Буша, повлекут за собой незначительные финансовые расходы и улучшат жизнь иракцев. Американцев будут приветствовать как освободителей, а свержение Саддама Хусейна будет способствовать торжеству мира и демократии на всем Ближнем Востоке.

Но развитие событий, по большей части, не пошло по этому сценарию. По некоторым оценкам, в жизни иракцев произошли изменения к лучшему, благодаря вливаниям американского и иностранного капитала. Администрация явно недооценила, во сколько обойдется оккупация, и умиротворение Ирака оказалось не таким уж простым, как ей казалось, делом, а оккупантов ждал не столь теплый прием. И хотя мир и демократия в какой то степени утвердились в региона, по предварительным оценкам, военная акция США вызвала обратный эффект.

Сразу бросается в глаза, что на фоне послевоенной реальности явно не оправдались довоенные ожидания обнаружить в Ираке оружие массового уничтожения. В то время, как именно это служило главным оправданием войны в Ираке, администрация делала упор на том, что вторжение не будет сопряжено с особыми сложностями, а выгоды могут быть значительными. Хотя сопоставлять ожидания и результаты непросто, совершенно очевидно, что администрация допустила избыток оптимизма, полагаясь на не очень дальновидные оценки и беседы с ограниченным кругом иракских эмигрантов.

Официальные лица из Белого дома, предпочитающие пропускать мимо ушей просьбы сообщить информацию на этот счет, признают, что финансовые расходы оказались большими, чем ожидалось, и выражают удовлетворение прогрессом в направлении демократии, безопасности и процветания в Ираке.

Буш, который в своем выступлении сегодня подытожит успехи прошлого года, раскрыл их в виде тезисов, выступая вчера в Кентукки перед военнослужащими, только что вернувшимися из Ирака. 'Год назад Ирак управлялся прихотью одного человека, - сказал Буш. - Сегодня в Ираке введен новый временный закон, который гарантирует основные права для всех: свободу вероисповедания, участие в тайном голосовании и равенство перед законом'. Иракцы, сказал он, 'строят сильную и свободную страну, и Америка гордится, что она рядом с ними'.

23 апреля 2003 года глава Агентства США по международному развитию (АМР) Эндрю Натсиос (Andrew S. Natsios) в телевизионном интервью сообщил, во сколько обойдется американским налогоплательщикам восстановление Ирака. 'Американская часть составит 1,7 миллиарда долларов, - сказал он. - Мы не планируем затрачивать больше этой суммы'.

Однако расходы могут оказаться на порядки выше. Администрация, которая через пять месяцев после заявления Натсиоса затребовала у конгресса еще 20 миллиардов долларов на восстановление Ирака, признала, что общая сумма расходов на эти цели составит только в нынешнем году 75 миллиардов долларов.

Как сообщило АМР, транскрипт этого интервью был снят с интернет-сайта агентства, 'чтобы отразить нынешние оценки расходов на восстановление Ирака'. Ранее указанная сумма в размере 1,7 миллиарда долларов отражала наиболее оптимальные оценки, имевшиеся на то время и основанные на неполной информации о ситуации в Ираке'.

Натсиос был далеко не единственным, кто давал заниженные цифры. В конце марта 2003 года департамент бюджетного управления Белого дома в своем докладе указывал, что 'Ираку не потребуется оказывать помощь длительное время'. В феврале 2003 года заместитель министра обороны США Пол Вулфовиц (Paul D. Wolfowitz) опроверг сообщения о том, что финансисты Пентагона оценили расходы на восстановление Ирака в сумме от 60 до 95 миллиардов долларов в течение первого года, что в ретроспективе оказывается сравнительно точной оценкой. В своем выступлении в конгрессе 27 марта 2003 года Вулфовиц отметил, что Ирак 'действительно и сравнительно скоро сможет финансировать свое восстановление'. По сути дела администрация уже запросила на эти цели свыше 150 миллиардов долларов.

В своих прошлогодних прогнозах администрация Буша также недооценила размах сопротивления, с которым США столкнутся в Ираке. 'Я убежден, что нас будут приветствовать как освободителей', - заявил в интервью 16 марта 2003 года вице-президент Чейни (Cheney).

Министр обороны Дональд Рамсфельд и его заместитель Вулфовиц высмеивали утверждения, что для проведения операции в Ираке потребуется несколько сотен тысяч американских войск. В феврале 2003 года Вулфовиц предсказывал, что 'война продлится шесть дней, может быть шесть недель, но никак не шесть месяцев'.

Захват Ирака действительно осуществлялся быстро. Это дало основания Бушу заявить 1 мая прошлого года, что 'главные военные операции' завершены, и провозгласить 'победу' в 'битве за Ирак'.

Но эти бравурные декларации были опровергнуты сопротивлением иракцев, сломить которое оказалось значительно труднее. Вашингтон не рассчитывал на размах, возможности и стойкость сопротивления после окончания боевых действий - а по существу на то, что иракцы повернут оружие против своих освободителей. По состоянию на 18 марта в Ираке погибли 574 американских военнослужащих и еще 100 военнослужащих других стран - участниц коалиции. По некоторым оценкам, в боях было убито 6400 иракских солдат, и ежедневно продолжают гибнуть мирные иракские жители во время вооруженных столкновений.

'Коалиция не смогла обеспечить порядок и безопасность в неспокойных районах Ирака', - к такому выводу пришел Совет по международным отношениям, возглавляемый бывшим министром энергетики и обороны Джеймсом Шлезингером (James R. Schlesinger) и бывшим представителем США в ООН Томасом Пикерингом (Thomas R. Pickering).

Как отмечается в подготовленном ими докладе 'Ирак: год спустя', 'отсутствие безопасности создало обстановку страха в Ираке, замедлило активность частного сектора экономики, формирование здоровых сил в гражданском обществе и создает значительные трудности в повседневной жизни иракцев'.

По утверждению аналитиков, иракцы, возлагавшие большие надежды на то, что США обеспечат их безопасность, разочаровались.

'Минуло 11 месяцев после падения Багдада, но, к сожалению, США все еще не оправдали ожиданий, что они обеспечат безопасность и функционирование государственных структур, - отметил Кеннет Поллак (Kenneth Pollack), сотрудник Совета национальной безопасности при администрации Клинтона и при нынешней администрации Буша. - Сейчас иракцы убеждены, что мы либо не можем, либо не хотим навести порядок'.

Согласно опросу, проведенному на этой неделе телеканалом 'Эй-Би-Си ньюз', 42 процента иракцев и 33 процента иракцев-арабов считают, что война принесла освобождение их стране, а 41 процент первых и 48 процентов вторых убеждены, что война унизила Ирак. Кроме того, с присутствием в стране иностранных войск не согласны 51 процент иракцев.

Предположение администрации, что вторжение в Ирак будет способствовать улучшению жизни людей, оказалось наиболее близким к истине. Выступая 17 марта прошлого года, Буш обещал 'помочь в строительстве нового свободного и процветающего Ирака'. Несколькими днями позже государственный секретарь Колин Пауэлл (Colin L. Powell) заверял: 'Мы покажем иракцам, что значит жить лучше. Мы обратим внимание на ту часть населения, которая . . . годами терпела неимоверные лишения, и они скоро начнут жить намного лучше'.

Как подчеркивают аналитики, благодаря оказанию массированной иностранной помощи, дан старт важным преобразованиям в иракском обществе, изнуренном годами экономических санкций, расточительством режима Хусейна в ущерб общественным интересам.

В Багдаде и других крупных городах значительно активизировалась экономическая деятельность, как никогда раньше со времени войны в Персидском заливе повысился жизненный уровень, постоянно растут доходы страны от нефтедобычи. 'Впечатляет то, - и это в большей степени благодаря иракцам, чем нам, - что экономическая активность набирает темпы. В стране идет накопление средств - это очевидно. Люди трудятся', - отмечает Генри Баркей (Henri Barkey), бывший эксперт госдепартамента по Ираку, а ныне руководитель отдела международных отношений университета Лихай.

Это подтверждается и опросом телеканала 'Эй-Би-Си ньюз'. Как полагают 56 процентов иракцев, дела у них идут лучше, чем до войны, а 71 процент респондентов убеждены, что в следующем году будет еще лучше.

Предсказания администрации, что свержение Хусейна приведет к торжеству демократии и положит конек терроризму, пока не оправдались. Прогресс, тем не менее, наметился. Ливия, например, отказалась от своей программы создания ядерного оружия. И хотя администрация часто предсказывала, что устранение Хусейна выведет из тупика отношения Израиля с палестинцами, противостояние между ними только усилилось.

Опрос, проведенный независимым Исследовательским центром Пью, показал, что в мусульманских странах скептически относятся к тому, что устранение Хусейна сделает Ближний Восток более демократическим.

В октябре прошлого года президент говорил: 'Демократия в Ираке победит. И эта победа разнесет весть от Дамаска до Тегерана, что свобода - это будущее всех стран'.

Но в иракской демократии не все пошло гладко. С самого начала в администрации возникли разногласия по поводу послевоенных планов в Ираке. Пентагон решительно отверг планы госдепартамента сформировать правительство сразу после устранения Хусейна и начал с нуля, и от этого, по мнению аналитиков, США никак не могут оправиться.

'Поскольку у нас не было ничего конкретного, что могло бы функционировать сразу на следующий день, образовался вакуум', - отметил Баркей. Хаос на начальном этапе заставил администрацию изменить курс. План провести общенациональную конференцию для избрания временного правительства наподобие того, как это было сделано в Афганистане, был отвергнут. Вместо этого было предложено назначить Иракский совет по управлению страной в составе 25 членов в основном из преданных Вашингтону изгнанников и диссидентов.

Оба переходных плана, составленных Соединенными Штатами и их союзниками по коалиции, были отвергнуты верховным аятоллой Али Систани (Ali Sistani), шиитским религиозным деятелем, о котором ничего не знали до начала войны. Примерно за четыре месяца, оставшихся до окончания американской оккупации, так и не существует какого-нибудь плана создания правительства.

'Проблемы, стоящие перед американской политикой в послевоенном Ираке с учетом геополитических ставок, угроза этнического конфликта и вооруженного сопротивления, политические сложности управления легальной оккупацией были гораздо больше тех, с которыми пришлось столкнуться американским официальным кругам ранее - в Гаити, на Балканах и Восточном Тиморе', - подчеркивается в докладе Совета по иностранным делам.

Все же есть надежда, что демократия восторжествует. 'Иракцы ведут свободные и жаркие дебаты по поводу своего общего политического будущего, и принятие Переходного административного закона демонстрирует значительный успех как политики США, так и прогресс для народа Ирака', - говорится в заключении докладе.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.