На нижнем этаже одного из коммерческих центров в Таллинне команда из четырех человек исполняет хип-хоп в окружении подбадривающей их компании пятнадцатилетних девчонок. Этот 'квартет' участвует в рекламной кампании, устроенной в торговом центре известной косметической фирмой из Нью-Йорка, которая здесь же предлагает всем желающим сделать бесплатный макияж. Ребята исполняют довольно экзотическую версию стинговской 'English man in New York', с легкостью переложив английский текст на свой родной язык (что довольно сложно было бы себе представить в Испании). И объясняется это тем, что молодежь крупных эстонских городов с поразительной легкостью обучается новым языкам. В действительности подобная способность приспосабливаться к иностранным новшествам относится не только к изучению языков, но распространяется и на стиль жизни и всевозможные технические нововведения.

Лишь так можно понять поразительные изменения, произошедшие в наиболее крупных эстонских городах после получения в 1991 году столь желанной независимости от Советского Союза. Сегодня столица Эстонии Таллинн гораздо больше похожа на своего западного соседа Хельсинки, чем на Москву, на которую до сих пор погладывают с опаской. Вхождение в состав ЕС позволит закрепить разрыв с прежде всемогущим Кремлем, к которому эта балтийская республика потеряла уважение: в марте правительство Эстонии потребовало от двух российских дипломатов покинуть пределы страны.

В то время как советское влияние все меньше заметно в городских центрах республики, пожилые жители Эстонии и население сельской местности не сумели приспособиться к этой экспресс-революции. 'Различное отношение к вступлению в ЕС очень заметно: пожилые люди совсем иначе относятся к переменам, с гораздо меньшим интересом', - говорит Микко Лагерспета, возглавляющий департамент социологии эстонского гуманитарного центра.

Но вне крупных предприятий Таллинна или университетского города Тарту по-прежнему предстоит еще много работы: 'Жители деревень очень скептично относятся к изменениям, тем не менее, именно они, вне всякого сомнения, получат наибольшую выгоду от них. После обретения независимости Эстония, в первую очередь, занялась укреплением обслуживающего сектора, не уделяя никакого внимания сельскому хозяйству. В стране не существует никакой активной сельскохозяйственной политики, а вступление в Европейский Союз непременно заставит принять ее и улучшить. Большая часть экономической помощи будет направлена именно в сельские районы', - убежден Лагерспета.

Скептицизм жителей сельских районов вполне объясним: распад Советского Союза позволил закрыть одну из самых печальных страниц истории (лишь в период между 1945 и 1949 гг. более 60000 эстонцев были убиты или депортированы в Сибирь), но, кроме того, привел и к непрекращающемуся росту безработицы среди сельского населения, что в свою очередь неизбежно привело к подрыву авторитета политического сектора и принимаемых им решений (в том числе и о вступлении в ЕС). Несмотря на все указанные трудности, упомянутый эстонский социолог полагает, что шаг, который страна должна сделать 1 мая, был 'неизбежен'. Особенно после того, как 'его сделали Финляндия и Швеция - наши основные экономические партнеры. Более 70% коммерческих сделок Эстония заключает со странами-членами ЕС'.

Мнение жителей Таллинна и окружающих деревень подтверждает точку зрения эксперта. Желание молодых вступить в новую Европу становится еще очевиднее после разговора с четырьмя ребятами, выступавшими в коммерческом центре. Craig, Lowry, Ince и Semi из группы Soul Militia нисколько не сомневаются: 'Теперь все станет лучше. Будет больше работы, можно будет попытаться реализовать себе в других странах, а экономика станет расти'. Тем не менее, до свободного перемещения рабочих рук Эстонии придется подождать еще года два. Подобный испытательный срок эстонцам совсем не нравится: 'Вряд ли эстонцы настолько сумасшедшие, чтобы уезжать далеко от дома и искать там работу, но отнимать у них эту возможность - несправедливо', - протестует Lowry.

Скептицизм

В маленьком городке Тамсалу, в сотне километров от эстонской столицы, никакой эйфории в связи с приближающимися изменениями не ощущается. Ольга, живущая со своим сыном Ваней, жалуется, что 'они (политики) всегда что-нибудь обещают, а затем ничего не выполняют из обещанного. Мы все думали, что теперь дела пойдут лучше, но здесь практически нет работы. Нам говорят, что мы будем независимы, и тут же хотят уничтожить все то, чего мы добились'. Один из лозунгов кампании против вступления Эстонии в ЕС звучал так: 'От одного союза (советского) к другому'.

Лагерспета оправдывает подобное недоверие: 'Политические партии страны очень похожи одна на другую. И, поскольку никаких реальных альтернатив не существует, люди думают, что какие бы решения не принимались, все останется по-прежнему. Люди боятся, что вернется все плохое'. По мнению этого социолога, 'ЕС принесет нам необходимое разнообразие мнений. Вступление в Европу позволит Эстонии еще больше отдалиться от прошлого в СССР'.