Разве не могут арабы, несмотря на все их экономические и дипломатические возможности, одновременно заниматься разрешением двух наиболее сложных и жизненно важных для них кризисов, которые могут в дальнесрочной перспективе определить арабские позиции (чтобы не сказать само существование арабов) в системе однополярного мира?

Тот, кто наблюдает за ежедневными действиями армии Шарона на оккупированной земле Палестины, чинящей убийства и разрушения в городах и лагерях беженцев, тогда как арабы хранят молчание по этому поводу, занятые противодействием американским требованиям о проведении демократической реформы, не может не прийти к выводу, что оккупация Ирака дала политические результаты: она отвела взоры арабской дипломатии от решения палестинской проблемы.

Мы не утверждаем при этом, что целью оккупации Ирака была ориентация арабской дипломатии на 'второстепенную' проблему, оставив на периферии ее внимания главную проблему — Палестину.

Мы далеки от того, чтобы рассматривать отношение Запада к арабским проблемам в качестве 'теории заговора', но нельзя не заметить, что палестинская проблема превратилась во второстепенную американо-израильскую проблему: Шарон не встречает возражений при изложении своего плана решения проблемы президенту США Джорджу Бушу, а Буш, в свою очередь, без колебаний принимает его от имени всех арабов, и палестинцев, в частности.

Мы не станем утверждать, что Вашингтон провел необъявленные консультации с некоторыми арабскими столицами относительно плана Шарона. Однако обычная дипломатическая логика должна предполагать участие бы хотя бы одной палестинской стороны в подготовке заявления Буша.

Предложение Буша и Шарона о частичном решении палестинской проблемы, выработанное без участия арабской стороны, на первый взгляд кажется естественным следствием позиции Шарона, отвергающего любое признание палестинского участия, даже, если это будет участие демократически избранных руководителей, а также отвергающего согласие Джорджа Буша на такое участие. В то же время это является историческим свидетельством отказа любой палестинской группировки или партии, или движения уступить хотя бы пядь родной земли. Факт выработки такого предложения Шароном и Бушем единолично также говорит о том, что право палестинского народа на самоопределение стало заложником американо-израильского торга, и ни одна арабская сторона не имеет права обжаловать его 'демократичность'. А как быть с тем, что оно противоречит международному праву?

Примерно год назад, несмотря на то, что главой администрации Палестинской автономии оставался Ясир Арафат, президент США вел себя как будто бы он стал самоназначенным распорядителем всего палестинского дела и, соответственно, стороной, которая определяет, на какие 'уступки' может пойти Ариэль Шарон и сколько ему необходимо земли для создания государства 'бантустанов'.

Если мы коснемся 'замечаний' Джорджа Буша по поводу плана Шарона о частичной эвакуации из Газы и Западного берега и упоминания о 'Палестинской родине', то эта 'Родина' сводится к трем 'бантустанам' на Западном берегу: один — в районе Дженин- Наблус, другой — в районе Вифлеем — Хеврон, третий — в районе Рамаллаха.

После того, как Буш выразил свое восхищение планом Шарона и удивление по поводу 'недостаточного' внимания мирового сообщества к плану односторонней израильской эвакуации из Сектора Газы, арабы не могут дальше игнорировать 'заботу' США о судьбе Палестины. Особенно учитывая, что двусторонняя сделка Буш — Шарон, которую преподносят как лучшее, что можно предложить палестинцам, отличается от 'заботы' по распространения демократии среди арабских режимов. 'Забота' о палестинцах отражает патологическую ненависть США и Израиля к Ясиру Арафату.

Поэтому, чтобы 'решение' палестинской проблемы не осталось за Джорджем Бушем и Ариэлем Шароном, арабам настоятельно необходимо определиться с приоритетами и призвать общеарабский саммит начать с рассмотрения американской 'заботы' о судьбе палестинцев, прежде чем рассматривать американскую 'заботу' о насаждении демократии в арабском мире.