Интересно было бы знать, почему нас удивляет их расизм, их жестокость, их хладнокровная бесчувственность к арабам? Эти американские солдаты из старой тюрьмы Абу-Грейб, эти британские военные в Басре были выходцами - как это обычно и случается - из провинций и районов, где расизм традиционно цветет буйным цветом: из Теннеси или Ланкашира, например. Итак, посмотрим. Сколько из наших 'ребят' прежде сами сидели в тюрьме? Сколько среди них сторонников Британской национальной партии? Мусульмане, арабы, 'носители тюрбанов', 'оборванцы', 'террористы', 'воплощение Зла'. . . , нам предоставляется великолепная возможность проследить за тем, как рушатся правила семантики. Добавьте к этой картине пагубное и расистское словоблудие сотен голливудских фильмов, в которых арабы изображены как похотливые, грубые, засаленные и не вызывающие доверия люди. Солдаты, кстати, являются большими поклонниками кино, а потому нет ничего удивительного в том, что мы становимся свидетелями сцен, когда самые отбросы наших солдат мочатся на голову заключенному иракцу, или где американец с садистскими наклонностями заставляет другого иракца, на голову которому натянут мешок, а руки привязаны к проводам, стоять на коробке.

Посмотрите на снимок этой девушки-солдата, которая в самый разгар гротескной оргии в тюрьме Абу-Грейб с тщеславием напроказничавшей школьницы показывает на гениталии еще одного иракского заключенного, а в это время несколько британских винтовок направлены в голову другого арестанта. Возможно мы пытаемся подобными примерами сексуального садизма добиться одной безумной цели: хоть каким-то образом компенсировать всю нашу ложь в отношении арабского мира - силы и оплота воинов пустыни, гарема и полигамии!

Но даже при нынешних обстоятельствах мы продолжаем показывать по телевидению отвратительный фильм 'Ашанти', в котором жену английского врача похищают арабские работорговцы и где жители Востока изображены исключительно как педерасты, извращенцы, насильники, лгуны и воры. Главные роли исполняют - помилуй нас Господь! - Майкл Кейн (Michael Caine), Омар Шариф (Omar Sharif) и Питер Устинов (Peter Ustinov). Съемки фильма частично проходили в Израиле. В действительности, сегодня мы изображаем арабов так, как нацисты в свое время изображали евреев. Отличие заключается лишь в том, что арабы ведут честную игру. В том же, что касается потенциальных террористов - будь то мужчины или женщины - необходимо сломить их сопротивление, 'загнать в рамки', унижать, оскорблять, пытать, бить. Всем известно, что израильтяне специалисты по пыткам, которые проводятся в Русском подворье Иерусалимской тюрьмы. А сегодня мы используем их в старой тюрьме Саддама в предместье Багдада и в прежних владениях самого злобного фашиста и тирана химической войны, грозного и жестокого Али (Ali), прозванного 'Химик'. Стоит напомнить, что именно здесь летом прошлого года британские солдаты забили до смерти иракского подростка.

А что же офицеры? Или лейтенанты, капитаны и командующие ланкаширского полка Ее Величества Королевы не знают, что их подчиненные до смерти затоптали иракского подростка, служившего в одной из гостиниц? 'The Independent on Sunday' стал первым изданием, в январе этого года известившим о судьбе иракского подростка и подтвердившим эту информацию документальными свидетельствами. Или сотрудники ЦРУ из Абу-Грейба не знали, что Иван, 'Чип' (Cheap), Фредерик (Frederick) и Линди Ингланд (Lynddie England) - эти двое американских солдат с фотографий, опубликованных на прошлой неделе - самым непристойным образом глумились над своими заключенными?

Естественно они знали об этом. Последний раз, когда я втречался с бригадным генералом Дженис Карпински (Janice Karpinski), командующей 800-ой бригадой военной полиции в Ираке, она сообщила, что во время посещения центра заключения в Гуантанамо, она не заметила никаких отступлений от нормы. Какой же я глупец! Еще тогда я должен был в глубине души понять, что в Ираке что-то с треском провалилось. . .

Вспоминаю, как в Басре, перед самым визитом британского премьер-министра Тони Блэра (Tony Blair), я посетил пресс-секретариат британских вооруженных сил в этом городе, чтобы поинтересоваться подробностями смерти 26-летнего сторонника партии БААС Мусы (Mousa). Близкие погибшего показали мне документы, согласно которым Муса погиб от полученных ударов во время задержания, и само командование британской армии предложило родным молодого человека выплатить компенсацию при условии, что они не станут вести судебного разбирательства в отношении тех солдат, которые участвовали в зверском избиении.

Однако мне довелось столкнуться лишь с какими-то намеками и полнейшей неспособностью предоставить информацию, касающуюся описанных событий. Мне было лишь предложено позвонить в Лондон, в министерство обороны. У меня сложилось впечатление, что сотрудник пресс-службы британского контингента в Ираке отнесся с некоторым подозрением и тревогой к моей просьбе. Мне не довелось услышать ни единого соболезнования в адрес родных забитого до смерти иракца.

Возвращаясь к событиям сентября прошлого года, вспоминаю, как та самая генерал Карпински, сопровождавшая группу из нескольких журналистов при посещении тюрьму Абу-Грейб, с удовольствием продемонстрировала нам старую камеру пыток. Прежде сюда отправляли на смерть оппозиционеров Саддама (Saddam), а совсем недавно Фредерик, Ингланд и их сообщники поставили на коробку иракского заключенного с мешком на голове и привязали к его рукам провода, якобы находившиеся под напряжением.

Генерал Карпински продемонстрировала нам эшафот и виселицу и прямо у нас на глазах с неким высокомерием опустила рычаг, открывший спрятанный в полу люк. Следом она предложила нам прочесть последние слова заключенных, которые те выводили в коридоре смерти, ожидая момента, когда на их голову обрушится весь гнев Саддама. И все же посещение тюрьмы прошло не совсем по разработанному генералом Карпински плану.

Вряд ли можно было сказать, что расследования по делам заключенных в тюрьме Абу-Грейб проводились в установленном порядке, кроме того, никто из представителей командования не признавался в нападениях на тюремный комплекс, управляемый теперь американцами. До тех пор, пока мною не был задан соответствующий вопрос, никто не говорил о том, что в августе прошлого года, когда в тюрьме находилось уже 8000 иракских заключенных, во время нападения на тюрьму погибло шесть арестантов. 'Похоже, - заметила генерал, - задержанные иракцы решили, что мы используем их в качестве прикрытия'. В то время иракские мятежники нападали на тюрьму Абу-Грейб четыре раза в неделю, сегодня это происходит дважды за ночь.

При объяснении обстоятельств августовского нападения представители американской армии путались в именах заключенных или даже называли имена тех, кто вообще не значился в списках. Генерал Рикардо Санчес (Ricardo Sanchez) впоследствии полностью опроверг информацию, полученную мною от Карпински? Получается, что Карпински все это придумала? Или же генерал Санчес не говорил нам правду? Перед нами весьма показательный и поучительный пример той культуры, в которой иракцы - а особенно иракские заключенные - не являются носителями тех же прав, что и мы, западные люди. И именно по этой причине, как мне кажется, оккупационные власти регулярно предоставляют нам статистику потерь среди западных граждан, нисколько не заботясь о том, чтобы назвать хотя бы приблизительное число потерь среди иракцев, защита и помощь которым на них возложена.

Всего лишь несколько недель назад на одной из багдадских улиц я разговаривал с молодым американским солдатом. Он раздавал конфеты детям и произносил на арабском 'шукран', что значит 'спасибо'. 'Вы знаете арабский', - наивно спросил я. В ответ солдат улыбнулся и сказал: 'Я знаю, как их оскорбить'. Этим все было сказано.

Мы все являемся жертвами нашей высокопарной морали. . . 'Они' - арабы, мусульмане, 'носители тюрбанов', 'оборванцы', 'террористы' - существа низкого происхождения, в их среде царят приземленные представления о морали. . . Это люди, которых можно и должно оскорблять. Их надлежит 'освободить', чтобы 'дать' им демократию. Мы же - братство избранных - оставим за собой правосудие и правильность выбора. Мы десантники, военная полиция, полк Ее Величества Королевы или любого другого, кого вам будет угодно: как бы то ни было, мы - на стороне Добра. 'Они' - на стороне Зла. А, следовательно, говоря кратко, мы не можем совершать плохих поступков.

Так, по крайней мере, казалось до тех пор, пока эти постыдные снимки не показали, что расистская ненависть и предрассудки составляют наше историческое наследие.

Прежде мы называли Саддама 'иракским Гитлером'. Но не был ли Гитлер одним из 'нас', человеком Запада, гражданином общества, принадлежащего 'нашей' культуре? Если он смог убить шесть миллионов евреев - а он это действительно сделал - откуда взялось удивление, что 'мы' можем относиться к иракцам как к животным? На прошлой неделе все увидели фотографии, подтверждающие, что мы можем.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.