Перед лицом смертельной угрозы со стороны транснациональных террористических организаций, страны мира должны удвоить усилия по взаимному сотрудничеству. Стоящие на повестке дня задачи - разгром террористических групп и предотвращение терактов - требуют интенсивной координации действий между разведслужбами, правоохранительными органами и военными многих стран. Чтобы в руки террористических групп не попало ядерное оружие, все ядерные державы должны сотрудничать в беспрецедентных доселе масштабах.

Но парадокс ситуации состоит в том, что две страны, больше всего пострадавшие от терактов - Соединенные Штаты и Россия - все больше и больше скатываются к стратегии обособленных действий. Они не желают предпринимать дополнительных усилий, чтобы воспользоваться плодами реального международного сотрудничества.

На мой взгляд, принятая в США стратегическая концепция 'войны с терроризмом' страдает рядом недостатков. Боюсь, она следует в русле изоляционистского курса, характерного для политики Соединенных Штатов после первой мировой войны, а не широкомасштабных международных программ в области обеспечения интересов безопасности США, успешно реализованных после второй мировой войны.

Террористические группировки, представляющие наибольшую угрозу для Соединенных Штатов и России, имеют транснациональный характер - их ячейки располагаются во многих странах. Средства для обучения и деятельности они собирают в разных странах и держат на счетах в международных банках. Они используют спутниковое телевидение в качестве основного средства пропаганды, 'всемирную паутину' - как главное средство связи, а международные авиалинии - как главное средство передвижения. Их попытки заполучить оружие массового уничтожения связаны с поиском наиболее слабых мест в системе безопасности государств, обладающих таким оружием, а успех их партизанских операций зависит от способности заручиться поддержкой сторонников среди более чем миллиарда мусульман по всему миру.

Чтобы успешно справиться с этой угрозой, очевидно, необходимы действия на международном уровне. Однако Соединенные Штаты не используют в полной мере возможностей других стран и международных организаций, чтобы перекрыть 'финансовый кран' террористов на международных банковских счетах, собирать разведданные о планах будущих терактов, проникать в их ячейки, получая возможность упреждать эти теракты, обеспечить эффективную охрану ядерного оружия и расщепляющихся материалов всеми ядерными державами, и, в случае необходимости, проводить операции по подавлению мятежей. Эффективное противодействие террористическим группировкам, безнаказанно действующим, невзирая на национальные границы, требует проведения международной операции при полном сотрудничестве союзников и партнеров США в Европе и Азии.

Нельзя сказать, что это 'задание невыполнимо'. В 1993 г. Соединенным Штатам удалось привлечь всех бывших участников Варшавского договора к участию, совместно с НАТО, в программе 'Партнерство ради мира', и сотрудничать в проведении миротворческих операций. В 1994 г., Соединенные Штаты, при полном содействии российской стороны, сумели заключить соглашение о вывозе всех запасов ядерного оружия из Узбекистана, Беларуси и Казахстана, и существенному улучшению системы безопасности ядерного оружия в самой России. В 1995 г. Соединенным Штатам удалось добиться соглашения о передаче НАТО ответственности за миротворческую операцию в Боснии, где обстановка в то время считалась столь же опасной и характеризовалась такой же религиозной и межэтнической враждой, как в сегодняшнем Ираке, и заручиться участием десятков стран, не входивших в НАТО - кстати, включая и Россию - в этой операции.

Чтобы добиться сотрудничества со стороны России, необходимо учитывать российскую точку зрения, и, по мере возможности, идти ей навстречу. На посту министра обороны США мне пришлось провести четыре встречи с моим российским коллегой, прежде чем я понял, каким образом следует организовать систему командования в Боснии, чтобы она была приемлема и для россиян, и для НАТО.

Урок, который можно извлечь из приведенного примера - а он сохраняет актуальность и сегодня - лучше всего сформулировал Уинстон Черчилль, заметивший как-то в годы второй мировой войны: 'Проблема с союзниками заключается в том, что у них порой возникают собственные идеи'. Но, рассуждая на эту тему, он добавил: 'Хуже, чем вести войну совместно с союзниками, может быть только одно - пытаться вести ее вообще без союзников'.

Какие уроки мы можем сегодня извлечь из этих слов Черчилля? Если бы администрация Буша лучше осознавала, какими опасностями чреват постконфликтный этап, она приложила бы больше усилий, чтобы заручиться поддержкой других стран еще до вторжения в Ирак. В любом случае, после окончания войны ей следовало бы обратиться к ним и попытаться достичь договоренности, обеспечивающей их помощь в ходе восстановительного этапа.

Вместо этого администрация заняла позицию, согласно которой страны, не поддержавшие США во время войны, не будут участвовать в восстановлении Ирака. Проблему только усугубил тот факт, что Соединенные Штаты не стремились заручиться и реальной поддержкой Организации Объединенных Наций. Сегодня, в связи с трудностями, возникшими при обеспечении безопасности в Ираке, администрация обратилась к ООН, прося ее взять на себя основную роль в политическом переустройстве Ирака, но по-прежнему отказывается от эффективного сотрудничества с руководством Франции, Германии и России.

Но если Соединенные Штаты допустили ошибку, полагая, что обойдутся в Ираке без более масштабной поддержки международного сообщества, то и российское руководство ошибочно сочло, что обойдется без аналогичной поддержки в перестройке системы управления страной после распада СССР. Администрация Путина справедливо полагала, что сумеет осуществить поворот в развитии российской экономики без существенной помощи других стран, а ее борьба с терроризмом будет наиболее эффективной без вмешательства извне. Кроме того, она очевидно полагала, что повышение уровня демократии в стране вступит в противоречие с укреплением властных рычагов, необходимым для оздоровления экономики и успешного ведения войны против террора. Так что сегодня мы наблюдаем Россию, где за последние пять лет ежегодный экономический рост достигал внушительных 7%, но продвижение к либеральной демократии не только приостановилось, но и обернулось вспять. В долгосрочной перспективе это 'отступление' обернется серьезнейшими негативными последствиями для российской экономики и российского народа, и, несомненно, подобный курс приведет к ухудшению отношений России с Соединенными Штатами и Европейским союзом.

Обе администрации - Путина и Буша - явно решили, что смогут добиться своих целей без широкой международной поддержки. Обе они ошиблись в расчетах. Но эти ошибки еще не поздно исправить, и я всей душой надеюсь, что руководство обеих стран именно так и поступит. Важнейшим шагом на этом пути стало бы возобновление сотрудничества между Соединенными Штатами и Россией.

Уильям Дж. Перри, занимавший в 1994-1997 гг. пост министра обороны США, в настоящее время является членом правления Фонда Карнеги за мир во всем мире (Carnegie Endowment for International Peace). Его комментарий для 'Moscow Times' - четвертая из серии статей, приуроченных к 10-й годовщине создания Московского центра Карнеги.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.