Автор является профессором управления и политики в Университете имени Джорджа Мейсона

2 июня 2004 года. Игорь Иванов сыграл ключевую роль в том, чтобы убедить трех диктаторов, сербского Милошевича (Milosevic), грузинского Шеварднадзе и аджарского Абашидзе, отказаться от власти и освободить место для демократического правительства. Кое-кто утверждает, что Иванов при этом действовал вопреки российским национальным интересам. Однако это просто неправда. В каждом из этих случаев Иванов способствовал продвижению интересов России.

Милошевич и Абашидзе оба были пророссийски настроенными, но оба становились все более непопулярными. Шеварднадзе, разумеется, даже не был пророссийски настроенным, но он тоже стал непопулярным. Во всех трех случаях сильные демократические движения стремились изгнать этих непопулярных лидеров. Москва, безусловно, выиграла от поддержки этих демократических преобразований больше, чем если бы она стала им сопротивляться.

Если бы Москва стала помогать авторитарным лидерам удержаться во власти, несмотря на растущую в народе оппозицию, результатом стал бы рост антироссийских настроений в этих обществах. Если бы эти диктаторы все-таки были свергнуты, несмотря на оказываемую им Россией поддержку, Москва, скорее всего, потеряла бы в этих странах всякое влияние. Но, если бы помощь Москвы позволила им удержать власть, сама Россия могла бы оказаться в гуще гражданской войны. Иванова следует похвалить за то, что он помог России избежать обеих вышеназванных альтернатив во всех трех ситуациях.

И хотя все три вышеописанных случая рисуются как поражение для России, что в действительности она потеряла? Демократическая Сербия не отказалась от давней дружбы с Россией в пользу Америки. Связи Белграда с Вашингтоном улучшились, но Сербия имеет с Россией куда более тесные отношения, чем с Соединенными Штатами.

Что еще более драматично, "революция роз" в Грузии осенью прошлого года привела к падению авторитарного правителя, у которого с Москвой были плохие отношения, и к выдвижению демократического лидера, который изо всех сил старается улучшить российско-грузинские отношения. Его роль в убеждении Абашидзе покинуть Аджарию - что далеко не является потерей для России - обеспечила новые побудительные мотивы для Саакашвили ценить хорошие отношения с Москвой. Роль Иванова в сглаживании неровностей при переходе к демократии в обоих вышеприведенных случаях способствовала достижению позитивных для российской внешней политики результатов.

К сожалению, в России существует тенденция думать, что все, что хорошо для Вашингтона, должно автоматически быть плохим для Москвы. В действительности, однако, международные отношения не обязательно являются игрой с нулевой суммой. Улучшившиеся сербо-американские отношения никак не повредили интересам России в Сербии. И для России лучше демократическая Грузия, поддерживающая тесные связи и с Вашингтоном, и с Москвой, нежели разоренная гражданской войной Грузия, стабилизировать которую Москве не станет помогать Вашингтон, как и в случае с Чечней.

То, что пошло на пользу Москве в Сербии и Грузии, пошло бы ей на пользу также в других бывших советских республиках. Россия, безусловно, выиграла бы больше, если бы в других бывших советских республиках появились стабильные демократические режимы, которые стали бы стремиться к добрым отношениям одновременно с Москвой и с Вашингтоном, чем сегодня, когда в этих странах правят авторитарные режимы, которые уязвимы как от последовательно развивающихся кризисов в каждой из стран, так и от исламского фундаментализма в ряде среднеазиатских стран. Дипломатия Иванова, однако, может лишь способствовать демократическим преобразованиям там, где есть сильные демократические движения, готовые отобрать власть у нерешительных диктаторов - критически важный ингредиент, которого нет в столь многих бывших советских республиках.

Невозможно заранее сказать, сумеет ли Иванов и/или новый министр иностранных дел Сергей Лавров облегчить переход к демократии где-то еще на территории бывшего Советского Союза. Но давайте не будем заблуждаться: если он на это способен, это послужит истинным интересам России и ни в коей мере не навредит ей.