Авторы являются руководителями проекта Брукингского института, посвященного Совету национальной безопасности США

Сейчас очень много пишут об успехах Рональда Рейгана (Ronald Reagan) в экономике, политике и международных отношениях. Однако не менее важным является то, как он реагировал на свои ошибки. Так, реакция Рейгана на его крупнейшую ошибку - скандал "Иран-Контрас" - может послужить важным уроком для сегодняшней политики.

На протяжении первых шести лет президентства Рейгана внешнеполитическая деятельность его администрации выглядела практически так же, как она выглядит сегодня. Государственный секретарь и министр обороны проводили противоречащие друг другу политические линии, их министерства больше враждовали друг с другом, чем сотрудничали. Президент часто позволял разногласиям прорываться наружу. Советник по национальной безопасности (за шесть лет у Рейгана их было четыре) либо был не в состоянии добиться согласованности в политике, либо не был уполномочен на это президентом.

Из-за разногласий в Вашингтоне иногда случались провалы заграницей. Самой крупной катастрофой был скандал "Иран-контрас", в котором подполковник Оливер Норт (Oliver North), сотрудник Совета национальной безопасности, координировал продажу оружия Ирану, якобы для того, чтобы добиться освобождения американских заложников, а затем направил вырученные средства мятежникам, стремящимся свергнуть никарагуанское правительство. Когда в ноябре 1986 года стало известно об этих незаконных операциях, за один месяц рейтинг Рейгана упал так, как никогда не падал ни у одного из американских президентов - с 67 до 46 процентов.

Однако затем рейтинг вернулся на прежний уровень. Президент назначил комиссию, состоящую из людей, чья честность не вызывала сомнений, и поручил им выяснить, что произошло. Он приказал своей администрации полностью сотрудничать с комиссией, и дал два больших интервью. Через три месяца комиссия опубликовала полные резкой критики результаты расследования, а также порекомендовала восстановить роль Совета национальной безопасности как эффективного координатора внешней политики. Рейган принял на себя всю ответственность за скандал, а также немедленно начал претворять в жизнь предложения комиссии.

При Франке Карлуччи (Frank Carlucci) и его преемнике на посту советника по национальной безопасности Колине Пауэлле (Colin Powell) был восстановлен штат служащих Совета, а также была прояснена его роль. Было восстановлено сотрудничество между ведомствами. Таким образом была заложена организационная основа политического триумфа последних лет президентства Рейгана. Когда он покидал свой пост, его популярность и доверие к нему были восстановлены.

Важную роль в этом сыграло восстановление механизма внешней политики, давшего такой катастрофический сбой. Центральное место в процессе восстановления занимал сильный Совет национальной безопасности. А советник по национальной безопасности был уполномочен президентом регулировать разногласия, возникающие между государственным департаментом и министерством обороны. Это послужило примером того, как нужно руководить политикой в сфере национальной безопасности, для всех последующих администраций - исключая нынешнюю.

Процесс принятия внешнеполитических решений в администрации Джорджа Буша (George Bush) сейчас больше похож на тот, который существовал до скандала "Иран-контрас", чем на тот, который возник позже. Как и Рейган, президент Буш не смог назначить и наделить полномочиями сильный состав Совета национальной безопасности, который мог бы урегулировать те серьезные разногласия, которые существуют в администрации. Он сделал своим ближайшим советником по внешней политике Кондолизу Райс (Condoleezza Rice), однако он, судя по всему, не возложил на нее обязанность установления дисциплины среди других его непослушных советников. В любом случае, она этого не сделала.

В результате внутри нынешней администрации велись такие же ослабляющие ее политические войны, которыми характеризовался начальный этап президентства Рейгана. Одна из самых существенных ошибок заключалась в том, что министерству обороны весной 2003 года было позволено проигнорировать активную подготовку государственного департамента к управлению послевоенным Ираком. О последствиях этого теперь постоянно пишут заголовки газет.

В отличие от Рейгана г-н Буш до сих пор не признал своих ошибок и не внес корректив в процесс принятия внешнеполитических решений. Представьте себе, насколько иной могла бы сегодня быть политика Соединенных Штатов и политическая ситуация, если бы президент Буш последовал бы примеру Рейгана и назначил бы сильную независимую комиссию сразу же после терактов 11 сентября 2001 года или после того, как стало очевидно, что в Ираке не было оружия массового поражения. Худшее уже было бы позади и не мешало бы его борьбе за переизбрание на пост президента.

Какой из всего этого можно извлечь урок? Тот, кто одержит победу на президентских выборах в ноябре 2004 года, должен вернуться к созданной после скандала "Иран-контрас" модели и восстановить эффективный, управляемый Белым домом процесс принятия внешнеполитических решений. Разногласия между высокопоставленными помощниками президента незначительны, более того, они должны приветствоваться. Однако президенту нужен сильный Совет национальной безопасности, возглавляемый человеком, способным донести разногласия до президента - чтобы он урегулировал их своим решением - и прекратить на этом борьбу в администрации. Президент должен поддерживать своего советника по национальной безопасности в выполнении им этих обязанностей.

В эти дни, когда мы вспоминаем о Рональде Рейгане, на память приходят солнечные, счастливые времена. Они кажутся очень далекими от проблем ведущейся сегодня "войны с террором" и глобального кризиса доверия к американской политике. Однако Рейган в свое время ответил на возникший кризис таким образом, что и он сам и страна стали сильнее. Возможно, сегодняшнему руководству следует поступить так же.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.