Сравнения могут надоесть, а аналогии быть коварными, но от них никуда не денешься. Важно то, какие выбрать. Обсуждая войну в Ираке, часто проводят параллели с Вьетнамом. Однако более удачная аналогия - Суэцкий кризис 1956 года.

Диктатор ближневосточного государства вызывает гнев двух ведущих западных держав. Угроза, которую он представляет, сильно преувеличивается, его сравнивают с Гитлером. Две державы решают от него избавиться. И делают это, не посоветовавшись с основными западными союзниками, что приводит к расколу между бывшими близкими друзьями. Приобретает значение одобрение или неодобрение ООН, так же, как и вопрос упреждающего применения силы.

План атаки включает использование ложных улик. Выполнение плана вопиюще некомпетентно. Общественная поддержка операции изначально сильна, но постепенно сходит на нет. Заканчивается эпизод тем, что два ведущих западных актера оказываются в неприятном положении, а их международная репутация серьезно подмочена.

Конечно, аналогии никогда не бывают абсолютно точными. Британии и Франции не удалось сместить Гамаля Абделя Нассера (Gamal Abdel Nasser), тогда как США покончили с правлением Саддама Хусейна, и это большой плюс. С другой стороны, во время Суэцкого кризиса особого кровопролития не было, а операция в Ираке стоила тысячи жизней.

Каково будет окончательное соотношение сходств и различий, пока неясно. Суэц привел к отставке британского премьер-министра. Уничтожит ли Ирак Джорджа Буша и Тони Блэра - еще неизвестно.

1950-е были более честным временем, и Вестминстерское соглашение все еще соблюдалось (если министр был серьезно несогласен с политикой правительства, он уходил в отставку). Одним из тех, кто подал в отставку из-за Суэца был Энтони Наттинг (Anthony Nutting), министр иностранных дел, отвечающий за Ближний Восток. Позже он написал об этих событиях книгу 'Бесконечный урок' (No End of a Lesson). Хорошее название, ведь Британия действительно кое-чему научилась и узнала несколько горьких истин.

Так, британцам стало ясно, что хотя они тратят не менее 8% ВВП на оборону и призывают в армию 700 тысяч человек, после Второй мировой войны они уже не могут претендовать на статус одной из стран 'Большой тройки'. Вскоре после этого призыв на военную службу в стране был отменен, и через десять лет Британия уже не пыталась даже создать видимость стратегического присутствия к 'востоку от Суэца'.

Вторую часть урока озвучил генерал Чарльз Кейтли (Charles Keightly), командовавший англо-французскими войсками во время операции: 'На самом деле достичь цели нам помешали действия США. Нужно любой ценой предотвратить возможность повторения ситуации с США'.

Все последующие британские лидеры принимали этот вывод, иногда даже в ущерб традиционной политике Великобритании, которая старалась создать и поддерживать противовес любому возможному гегемону. (Разумеется, французы извлекли из Суэца другой урок - никогда не полагаться на Америку.)

Однако несмотря на сходства, у двух примеров есть и одно фундаментальное различие. Британская операция 1956 года была результатом недостаточной власти, а американскую 2003-2004 гг. породила излишняя власть и проистекающее из нее высокомерие.

Ошибки, вызванные слабостью, легче обнаружить и исправить. Как только слабость становится явной, она не оставляет выбора и заставляет быстро подкорректировать амбиции во избежание катастрофы. Когда же что-то идет не так у очень сильных, всегда есть соблазн обвинить во всем не безрассудство и непрактичность собственных целей, а осуществление политики или недостаточную решимость и поддержку, продемонстрированные другими, или обычное невезение. Гегемонов не легко научить изменять амбиции. Более вероятно, что урок, который они извлекут из неудачи, будет необходимость в следующий раз преследовать те же амбиции более старательно и эффективно.

Заметнее всего будет политический ущерб, нанесенный иракской операцией второму поколению неоконсерваторов, как в администрации Буша, так и не входящих в нее. Ведь именно благодаря их влиянию 'война с террором' за несколько месяцев превратилась в стремление переделать весь мир по образу и подобию Америки. Превосходные полемики и находчивые тактики, они не могли привести ни одного разумного довода, а потому были стратегически безрассудны - довольно молодые еще мужчины, спешно пытающиеся применением военной силы добиться за год того, на что ушло бы как минимум поколение терпеливой и многосторонней работы.

Эти неоконсерваторы выйдут из иракского эпизода политически ослабленными. Но импульс, который они представляли - распространение демократических и либеральных ценностей Америки по всему миру - не умрет. Ведь они были не его создателями, а средством выражения. Убеждение в том, что США суждено стать примером и вдохновением для всего мира укоренилось глубоко и старо, как сама страна. Так или иначе, оно вряд ли рассеется, пока Америка находится в зените власти.

Суэцкий кризис вынудил Великобританию перестать притворяться мировой державой. Ирак должен бы научить США тому, что даже воля настоящей мировой державы не восторжествует, если ее осуществлять без самообладания, терпения, готовности к компромиссу и уважения к мнению других важных участников. Если только эта держава не выступает в согласии с другими странами. Настоящий успех террористов заключается в том, что Америке стало гораздо сложнее принять этот факт.

Оуэн Хэррис - писатель и бывший редактор журнала 'The National Interest', старший научный сотрудник Центра независимых исследований в Сиднее.