Я пишу эти строки от всего своего изболевшегося сердца. Как только мог, я откладывал работу над этой статьей.

В еврейской традиции распространена достаточно избитая фраза: 'Второй Храм был разрушен из-за беспричинной ненависти'. Речь идет об осаде римскими легионами Иерусалима в 70 году нашей эры. Пока солдаты Тита держали город в кольце, население стало голодать, и между защитниками начались стычки, они убивали и сжигали друг друга в борьбе за последние крохи остававшегося зерна.

Нечто похожее происходит сегодня и на палестинских территориях. В то время как оккупационные власти расширяют свою осаду и проводят 'селективные убийства', среди самих палестинцев также началась борьба: боевики стреляют друг в друга, лидеры различных партий и политических движений становятся мишенями на смертельной охоте, штаб-квартиры соперничающих организаций сжигаются.

Руководящие оккупацией генералы, израильские политики и аналитики радуются этим событиям или, прищелкивая языком, назидательно поговаривают: 'Разве мы не говорили об этом? Палестинцы не могут сами управлять своими территориями, нам не с кем вести переговоры, не с кем сотрудничать для установления мира. Как только они останутся одни - воцарится анархия'. Сегодня от многих израильтян можно услышать греческое слово 'хаос', произносимое ими на американский манер.

Помня о том, что нынешняя обстановка в Секторе Газа стала, в первую очередь, следствием проводимой правительством Шарона (Sharon) политики, все это напоминает ситуацию с сыном, сначала убившим своих родителей, а потом взывающим к судье: 'Будьте милосердны, я ведь сирота!'.

Парадоксально, но, похоже, что различные палестинские политические группировки вместе со всеми своими сторонниками действительно верят обещанию Шарона покинуть Сектор Газа. И сегодня на этих территориях сложилась ситуация, которую можно назвать дракой за шкуру еще неубитого медведя. Все говорят о 'реформах' - это слово очень нравится американцам - хотя в действительности идет борьба за власть и установление своего контроля. И теперь возглавляемое Мохаммедом Даланом (Muhammad Dalan) движение пытается занять в Секторе Газа наиболее выгодные позиции еще до вывода войск Шарона. Сторонники израильского премьера открыто высказываются в поддержку этой группировки. Американцы поддерживают Далана, чтобы доставить удовольствие Шарону, а египтяне поддерживают Далана, чтобы порадовать американцев.

Соперничающая с Даланом группировка поддерживает Муссу Арафата (Mussa Arafat), которого его родственник Ясир Арафат (Yasser Arafat) назначил главой аппарата безопасности. Вероятно, это было не самое популярное назначение, но находящийся в отдаленной Рамалле лидер Палестинской Автономии назначил на указанную должность человека, пользующегося его полным доверием, чтобы получить защиту от самой большой в его представлении опасности: возможности изоляции Сектора Газа от Западного берега реки Иордан и превращения этой территории в своего рода автономный Бантустан, находящийся под американо-египетско-израильским контролем. Именно так выглядит ситуация при поверхностном взгляде на нее. Однако у нее есть и многочисленные глубинные причины, уходящие корнями в экзистенциальное противоречие нынешней Палестины.

С одной стороны, палестинская война за освобождение еще очень далека от своего завершения. Она находится в самом своем расцвете. Можно даже сказать, что самое существование палестинцев - и как целой нации, и как отдельных индивидуумов - никогда не находилась под такой угрозой, как сегодня. С другой стороны, Западный берег реки Иордан и Сектор Газа стали своего рода микро-государствами, требующими своего государственного управления: структуры безопасности, экономики, образовательной системы, органов правосудия, процветания и так далее.

Сложившаяся в Секторе Газа сюрреалистическая ситуация отражает это противоречие: в то время как Мусса Арафат, Мохаммед Далан и прочие лидеры 'Фатах' ведут борьбу за установление своего контроля в Палестинской Автономии, боевики 'Танзима', 'ХАМАС' и сторонники джихада оказывают ожесточенное сопротивление оккупационными силами.

Лидером палестинского движения за независимость считается Ясир Арафат. И среди палестинцев никто не обсуждает этого факта: он единственный человек, способный сохранить единство палестинского народа. Это единственный политик, занимающий серьезные стратегические позиции географического и функционального характера среди палестинского народа. Он обладает всеми необходимыми атрибутами для того, чтобы в нынешней ситуации оставаться лидером: неоспоримым личным авторитетом, физическим мужеством, способностью принимать решения и талантом маневрировать. Палестинцы зовут его 'Отцом народа' и сравнивают с Джорджем Вашингтоном (George Washington), Давидом Бен-Гурионом (David Ben-Gurion) и Нельсоном Манделой (Nelson Mandela).

Критика в адрес Арафата раздается в основном из кругов интеллектуальной и политической элиты и основывается на обеспокоенности его деятельностью в качестве главы 'микро-государства'. В отличие от израильского премьер-министра Арафат не подозревается в персональной коррупции. Он обвиняется в основном в том, что Палестинская Автономия подобно многим другим арабским государствам страдает концентрацией власти в одних руках, размножением служб безопасности, коррупцией, а также хроническим и неуместным влиянием могущественных семейных кланов.

Как недавно сказал мне один из членов палестинского парламента: 'Арафат возглавляет национальную борьбу, и в этом мы его поддерживаем. Но он упускает из-под контроля порядок внутри автономии, и против этого мы и выступаем'.

И, тем не менее, Шарон борется против Арафата не потому, что хочет подтолкнуть его к передаче власти в другие руки и не потому, что в Палестине существует семь различных органов безопасности (в Соединенных Штатах насчитывается 15 разведывательных агентств, четыре военные службы и бессчетное количество полицейских организаций). Шарон борется с Арафатом, потому что его устранение приведет к дезинтеграции палестинского народа, что, в свою очередь, освободит путь для проведения этнической чистки. Арафат прекрасно осознает подобную опасность, и в сравнении с ней все прочие недуги Палестинской Автономии кажутся ему второстепенными.

Стратегия, которой придерживается Шарон и его генералы, проста и жестока: для уничтожения Палестинской Автономии они делают все, чтобы превратить жизнь на оккупированных территориях в ад, разобщить палестинское общество и вызвать массовую эмиграцию тех, кто останется в живых. И происходит это не одним махом, как в 1948 году: идет медленный, растянутый и постоянно поддерживаемый процесс.

Вплоть до настоящего времени, подобная стратегия успеха не имела. Несмотря на нечеловеческие условия существования, палестинскому обществу удавалось справляться с такими проблемами, и это кажется поразительным. События последних недель были восприняты Шароном и командующими его армии как знак раскола. Думаю, они ошибаются, и палестинское общество сможет выбраться из этой пропасти. Вполне оправдано надеяться, что узник 'Мукаты', выводивший свой народ из стольких критических ситуаций, сумеет сделать это вновь. Я совершенно искренне надеюсь на подобный исход событий, потому как Арафат единственный человек, который может заключить с нами мир. И мы не узнаем этого мира до тех пор, пока наши соседи не придут к нему.