Вчера германский канцлер Герхард Шредер попытался закрыть одну из самых кровавых страниц европейской истории, заявив, что немцы испытывают стыд за убийство нацистами сотен тысяч поляков в ходе Варшавского восстания 1944 г.

Склонив голову, германский лидер заявил польским официальным лицам, собравшимся 1 августа на той самой варшавской площади, где 60 лет назад вспыхнуло это восстание, что 'это место - гордость Польши и позор Германии'.

Его короткая речь в ходе эмоциональной церемонии, произнесенная твердым, но бесстрастным тоном, удовлетворила многих, но не всех поляков, вспоминавших 1970 г. - драматический момент, когда, прибыв с визитом в столицу Польши, тогдашний лидер Германии Вилли Брандт безмолвно встал на колени. Так он почтил память евреев, погибших в ходе восстания в Варшавском гетто в 1943 г.

'Мы склоняем головы от стыда за преступления нацистов, - заявил вчера г-н Шредер. - В 1944 г., после подавления восстания, они превратили Варшаву в руины'.

Президент Польши Квасневский, друг германского лидера, с суровым выражением лица слушал речь Шредера: 'Огромное количество поляков - мужчин, женщин и детей - было убито, отправлено в лагеря или угнано в рабство'. Сам факт, что сегодня он выступает в качестве лидера свободной демократической Германии, отметил г-н Шредер, связан с борьбой бойцов сопротивления из Варшавы.

Эти слова возвращали слушателей к теме, ставшей лейтмотивом всех его вчерашних выступлений в связи с шестидесятой годовщиной начала восстания. События 1944 г. , от высадки союзников в Нормандии до покушения германских офицеров на Гитлера 20 июля и Варшавского восстания, знаменовали собой начало освобождения самих немцев от Гитлера и нацистского режима. На встрече с репортерами канцлер отметил, что 'те же чувства испытывает большинство моих соотечественников'.

Поляки ожидали, что канцлер займет жестко негативную позицию в отношении требований о компенсации со стороны немцев, депортированных с территории Польши после второй мировой войны. В Варшаве опасаются, что разговоры об освобождении Германии могут быть связаны с идеей о том, что немцы тоже являлись некими жертвами - испытавшими бедствия, сравнимые по масштабу и в нравственном отношении со страданиями поляков.

Выступая после посещения кладбища, где в семидесяти с лишним братских могилах покоятся 50000 бойцов сопротивления, канцлер заявил: 'Мы, немцы, хорошо знаем, кто начал войну, и кто стал ее первой жертвой'.

Любые требования о компенсации, которые 'переворачивают историю с ног на голову', исключены, заявил он. Правительство Германии будет выступать против любых попыток немецких граждан или организаций заставить Польшу выплатить им компенсацию.

'Подарком' Германии полякам стало главное обещание, сделанное вчера канцлером: 'правительство будет выступать против подобных претензий даже на уровне международных судов и трибуналов'. Другими словами, Берлин не окажет помощи немцам, стремящимся вернуть утраченные после войны дома или собственность.

Хотя вместе с канцлером в церемониях участвовали заместитель премьер-министра Великобритании Джон Прескотт (John Prescott) и госсекретарь США Колин Пауэлл (Colin Powell), речь Шредера имела для поляков особое значение.

Существовали опасения, что вступление Польши в Европейский союз станет прелюдией к новым попыткам депортированных немцев добиться возмещения через суд.

Возлагая цветы к длинной стене, на которой написаны имена некоторых из 200000 поляков, погибших в ходе 63-дневного восстания, германский лидер встретился с небольшой группой польских ветеранов. 'Что мы можем и обязаны сделать - это не дать этим ужасным событиям изгладиться в памяти, и передавать память о них молодому поколению, чтобы они никогда не могли повториться'.

Ветераны вежливо кивали. Войцех Милиц (Wojciech Militz), семидесятивосьмилетний, дважды раненный ветеран, ответил: 'Да. Но мы должны гарантировать, чтобы о восстании говорили только одну правду. Однако, если отношения между нашими странами будут улучшаться, мы будем очень довольны'.

И все же далеко не все ветераны отнеслись к визиту канцлера с энтузиазмом.

'В 1970 г. Вилли Брандт совершил великий поступок, - говорит Франтишек Людвицкий (Franciszek Ludwicki) - в момент восстания ему было 24 года). - А то, что сегодня делает Шредер, ничего не значит - это просто политический акт'.

Ярость, вызванная зверствами немцев в годы войны, судя по всему, постепенно слабеет. Десятки тысяч ветеранов в мундирах - некоторые на костылях, другие в сопровождении бойскаутов - двигаясь от одного мемориала в центре Варшавы к другому, выражали негодование прежде всего в адрес России.

Пока немцы подавляли сопротивление поляков в Варшаве, Красная Армия оставалась на восточном берегу Вислы. Этот шаг был явно обусловлен политическими соображениями: Сталин стремился уничтожить независимую, патриотически настроенную польскую элиту, и фактически позволил немцам сделать 'грязную работу' за него.

Позднее, при коммунистах, бойцы сопротивления из Армии Крайовой подвергались арестам и суду. Полная история Варшавского восстания стала достоянием гласности лишь после крушения коммунистического режима в 1989 г. Если сегодняшняя Германия старается загладить свою вину, принося полякам извинения и откровенно обсуждая совершенные немцами преступления, то в российских школьных учебниках о Варшавском восстании едва упоминается.

Польские обозреватели все больше критикуют Британию, или, по крайней мере, говорят об отсутствии координации между западными союзниками и их очевидной готовности уступить воле Сталина. Несомненно, левые британские обозреватели зачастую весьма критически отзывались о лидерах восстания.

Как писал в 1944 г. Джордж Оруэлл (George Orwell), 'Не пытайтесь вообразить, что можете многие годы служить пропагандистом, облизывая сапоги советскому, или любому другому режиму, а затем внезапно превратиться в порядочного человека.

Создается общее впечатление, будто поляки заслуживают порки, потому что сделали именно то, к чему их годами призывали радиостанции союзников, и будто они не получат, и не заслуживают, никакой помощи извне'.

'Times' тогда исправила эту однобокую картину, попросив Джона Уорда (John Ward), сражавшегося бок о бок с восставшими, отправлять в Лондон регулярные репортажи с места событий.