В начале лета президенту Грузии Михаилу Саакашвили удалось привести к повиновению один из самовольно отделившихся регионов, практически не прибегая к насилию. Теперь, судя по всему, он готов применить силу, чтобы вернуть под контроль Тбилиси самозванные 'независимые' республики - Абхазию и Южную Осетию.

Гамбит Саакашвили чреват серьезными опасностями. Бряцая сегодня оружием, он может спровоцировать новую вспышку межэтнического конфликта и поставить под вопрос достижения и надежды, связанные с 'революцией роз'.

Уже несколько недель между Грузией и ее непокорными провинциями - Абхазией и Южной Осетией тлеет 'конфликт малой интенсивности'. На их границах, где и так неспокойно, сосредоточиваются войска, а затем столь же неожиданно отводятся назад. Беспорядочная стрельба и артобстрелы, которыми обмениваются стороны под покровом ночи, стали нормой. На прошлой неделе, за несколько часов до начала поездки в США для встречи с американским руководством, Саакашвили предупредил, что грузинские войска могут открыть огонь по кораблям с российскими туристами, посещающими черноморское побережье Абхазии, назвав эту республику 'зоной войны'. Один из российских парламентариев, прибывший в регион в составе официальной делегации, был обстрелян - считается, что огонь вели формирования, поддерживаемые грузинскими властями.

Угроза применения силы заставила Абхазию и Южную Осетию еще теснее сблизиться с единственным реальным покровителем - Россией. Воинственная риторика Саакашвили и его утверждения, что российские войска не способны обеспечить безопасность в регионе, судя по всему, являются тактическим приемом, призванным форсировать конфронтацию с Россией в надежде, что новообретенный союзник Грузии - Соединенные Штаты - встанет на ее сторону и поддержит попытки Саакашвили восстановить власть центра над всей территорией страны. Эта рискованная игра легко может закончиться провалом и спровоцировать конфликт, от которого проиграют все.

В 1991 г., после распада СССР, в получившей независимость Грузии также исчезло всякое подобие законности и порядка. После серии кровопролитных гражданских войн и межэтнических конфликтов несколько регионов Грузии, Абхазия, Южная Осетия и Аджария, пользуясь поддержкой и защитой со стороны России, получили максимально широкую автономию - по сути, независимость, за исключением их международного признания в качестве суверенных государств.

Больше десяти лет под пристальным надзором российских миротворческих сил в регионе поддерживалось хрупкое статус-кво. Затем, в конце прошлого года, коррумпированный режим в Тбилиси под руководством бывшего министра иностранных дел СССР Эдуардом Шеварднадзе был свергнут в ходе народного восстания - так называемой 'революции роз' - возглавленного Михаилом Саакашвили. 'Революция роз' Саакашвили не признает статус-кво. Без динамичных перемен 'революция роз' погибнет - а вместе с ней и политические амбиции Саакашвили.

Саакашвили добился кое-каких успехов. Ему удалось обуздать масштабную коррупцию и кумовство, царившие в стране при Шеварднадзе, которые подрывали развитие экономики и легитимность государственной власти. Подобно Шеварднадзе, Саакашвили придерживается во внешней политике ориентации на Запад, прежде всего США, в ущерб огромному соседу Грузии - России - отношения с которой исторически складывались непросто. Кроме того, Грузия надеется, что новый нефтепровод, маршрут которого сознательно проложен в обход России и Ирана, скоро вступит в строй и позволит наполнить пустую государственную казну. Однако ничто из перечисленного не позволяет добиться главной цели 'революции роз' - восстановления территориальной целостности суверенной Грузии.

Слабейшим из трех самовольно отделившихся регионов была Аджария. Она населена этническими грузинами, не имеет общей границы с Россией, и находилась под властью чрезвычайно коррумпированного клана во главе с Асланом Абашидзе. Саакашвили начал в Аджарии 'мирное наступление', подкрепленное прямыми и косвенными угрозами, и без труда убедил жителей региона, что Абашидзе должен уйти. Россия вмешивалась в ситуацию в критические моменты, однако недвусмысленно дала понять, что не заинтересована в противодействии планам Саакашвили. По слухам, отстраненная позиция России в отношении Аджарии обусловливалась четкой договоренностью с Саакашвили, что в Абхазии и Южной Осетии он будет действовать по-другому.

Большинство жителей Абхазии и Южной Осетии не являются грузинами по национальности. Оба региона граничат с Россией и открыто выражают желание войти в состав Российской Федерации. В этих республиках, с их полной свободой действий и неопределенным 'независимым' статусом, да и в России, существуют сильные группировки, заинтересованные в поддержании статус-кво: речь идет об алчности властей обоих регионов и российского миротворческого контингента.

В отсутствие непосредственной угрозы безопасности республик или военного вторжения со стороны центральных властей Грузии, существующее положение вещей многим приносит немалые выгоды. Экономика Абхазии и Южной Осетии во многом основана на контрабанде и другой незаконной деятельности, а российские военные охотно поддерживают этот механизм в 'рабочем состоянии' за процент от барышей.

Абхазия и Южная Осетия более чем счастливы иметь такого защитника, как Россия. У России же, сталкивающейся с аналогичными проблемами на собственных границах и даже внутри страны, вряд ли есть основания соглашаться с программой Саакашвили. Однако, самоуспокоенность одной из сторон этого разрастающегося конфликта и амбиции другой представляют собой готовый рецепт бессмысленной катастрофы.

Саакашвили стремится завершить 'революцию роз' воссоединением страны, пытаясь заменить этим экономические и политические реформы, которые идут медленно, не приносят впечатляющих результатов, и осуществляются в основном в интересах его тбилисского электората. Попытка доказать неспособность России поддерживать мир в Абхазии и Южной Осетии - при том, что на деле он сам изо всех сил старается его подорвать - весьма рискованный политический ход.

Расчеты Саакашвили на то, что его гамбит поддержат своей мощью Соединенные Штаты, также не назовешь хорошо продуманными. У Москвы и Вашингтона есть куда более важные общие задачи в так называемых 'южных задворках' России.

Саакашвили торопится с воссоединением своей расколотой страны, исходя из собственного ощущения национальной гордости, неприятия коррупции и потребностей политического выживания. Однако Соединенные Штаты и Россия, к немалому огорчению многих функционеров нереформированной российской армии и спецслужб, договорились о том, что национальные устремления народов должны отойти на второй план по сравнению с борьбой против международного терроризма. Как бы США ни сочувствовали делу Саакашвили, они вряд ли в состоянии предложить ему нечто большее, чем недвусмысленная публичная поддержка. Россия же не намерена уклоняться от конфликта, спровоцированного самим Саакашвили.

Если Саакшвили хочет воссоединить страну с помощью конфликта, то конфликт он несомненно получит. Но тем самым он рискует подорвать и без того хрупкую стабильность в той части Грузии, которая находится под его контролем, непоправимо запятнать идеалы 'революции роз', и лишиться народной поддержки, которая вознесла его на вершину власти.