Годы совсем недавней советской оккупации живы в воспоминаниях народов Восточной Европы и у многих из них вызывают сегодня лишь отторжение.

Новая северная и восточная граница Европейского Союза - от Балтийского моря и до Венгрии - покрыта следами от ран своего прошлого. Куда бы вы ни поехали, невозможно не заметить отголосков оккупаций, войн, депортаций, холокоста, которые живы не только в коллективном сознании живущих на этой территории народов, но и в культурном и социальном наследии - в воздвигнутых и разрушенных монументах.

Годы совсем недавней советской оккупации живы в воспоминаниях и вызывают сегодня отторжение. На центральной площади Банска Быстрица - старинного немецкого шахтерского городка в Словацких Рудных горах - еще вчера я видел, как несколько рабочих восстанавливали мраморный обелиск, воздвигнутый в честь советских солдат, погибших в этом местности во время второй мировой войны.

Ночью его разрушили какие-то молодые вандалы, которым не понравилось, что на памятнике был золоченый барельеф с серпом и молотом, а на самой верхушке обелиска установлена красная звезда. Все детство этой молодежи прошло при советской оккупации (Бархатная революция 1989 года положила конец социалистическому режиму, а четыре годя спустя Чехия и Словакия решили отделиться друг от друга). И потому между представителями нового поколения крайне распространена идея, что навязанный Москвой коммунизм затормозил развитие страны, в подтверждение чего рассказываются тысячи раз слышанные истории о преследованиях и депортациях.

На празднике, проводившемся в соседнем с Банска Быстрица шахтерском поселке Спанья Долина - не имеющем никакого, несмотря на свое название, отношения к Испании - мне довелось познакомиться с преподавателем института лесной и деревообрабатывающей промышленности, - Словакия занимает третье место в Европе по производству древесины - изучавшим экономику в Мадридском Университете и ежегодно отдыхающим в Испании на море. Я рассказал ему о случае с обелиском и при этом удивился, что к советским солдатам, которые в середине сороковых годов помогли Словакии избавиться от немецко-фашистской оккупации, относятся так же, как и к советской власти, которая позднее сама оккупировала бывшую Чехословакию и уничтожала либо депортировала диссидентов.

'Не удивляйтесь, - ответил мой собеседник, - должно пройти еще много лет, прежде, чем забудется прошлое. Советские символы все еще мешают людям и, несмотря на хорошие отношения нашей страны с Путиным, происшествия, подобные случившемуся в Банска Быстрица, неизбежны. Наша страна богата минеральными ископаемыми, здесь хорошо развито сельское хозяйство, мы - среднеразвитая в индустриальном плане страна, но при этом не занимаем должного места. Сегодня, после вступления в ЕС, на нашей начавшей подниматься экономике сказывается нефтяной кризис, 15% населения не имеет работы. И мы все убеждены, что продолжавшееся столько времени советское присутствие нанесло удар не только по нашей независимости, но и на многие годы затормозило развитие нашей экономики'.

На всей территории от Таллинна до Кракова, от Будапешта до Праги - повсюду - можно наблюдать эту 'десоветизацию' символов, хотя звезды, серп и молот по-прежнему встречаются на шпилях университетов, официальных зданий, учреждениях культуры и на. . . кладбищах. Памятники, поставленные в честь советских солдат, погибших в борьбе с немецко-фашистскими оккупантами, сохранились не только в Банска Быстрица, но и в любой из бывших соцстран - Польше, Литве, Латвии, Эстонии, Словакии, Чехии, Венгрии. Но советскую власть здесь считают олицетворением зла, она вызывает почти такие же тягостные воспоминания, как и гитлеровская оккупация, и тысячи памятников со звездами, серпами и молотами уже были уничтожены.

В соответствии с теорией маятника в большинстве этих стран к власти приходят правые партии, а вот ряды некогда могущественных коммунистов существенно поредели. Некоторые деятели прежнего режима поспешили перебежать на другую сторону и сегодня их можно встретить и среди социал-демократов, и среди центристов, и среди правых.

Те же колебания маятника приводят к тому, что в обществе бывших соцстран зарождается чрезмерное восхищение всем тем, что заносится ветрами, дующими с 'другой стороны'. Мир капитализма и Соединенные Штаты являются для многих антитезой понятий 'советизация' и 'Россия', примером для подражания, землей обетованной. Подтверждением тому можно считать очереди поляков, жаждущих получить американскую визу, засилье музыки, кино и рекламы янки.

Для того чтобы убедиться в подобном засилье американской культуры, нет ничего лучше путешествия на машине от польско-германской границы, пролегающей вдоль Одера до Эстонии, и дальше от столицы этого государства - Таллинна - через Латвию, Литву, Польшу, Словакию и Чехию в Венгрию. Во время всего путешествия вы практически не услышите музыки населяющих эти территории народов; 90% всех музыкальных программ - в Чехии и Венгрии в несколько меньшей степени - посвящены британским и американским группам. . . двадцати-тридцатилетней давности.

Тот преподаватель из Спанья Долина говорит, что подобное засилье всего американского, а, кроме того, и искушение новым образом жизни, не имеющим никакого отношения к словацкой культуре и традициям, вызывают беспокойство. 'Было бы крайне печально, - говорит он, - если бы от тоталитарной коллективизации мы перешли к жестокому и настолько же тоталитарному капитализму. Соединенные Штаты мне нравятся, они мне симпатичны, но мне совершенно не нравится их правительство, и все что сегодня творится - это уже чересчур. К счастью интеллектуалы страны реагируют на происходящее. Тем не менее, люди критично настроены в отношении Европейского Союза'.

Появляется реакция на происходящие изменения интеллектуалов и деятелей искусства балтийских стран, где снимается кино и ставятся спектакли, режиссеры которых пытаются проанализировать историю своей страны, уделяя наибольшее внимание периоду советского правления и получению независимости. Подобная тенденция много раньше начала проявляться в Венгрии и Чехии, а затем в Польше и Словении.

С другой стороны непросто объяснить раздающуюся в этих странах бывшего соцлагеря критику в адрес объединенной Европы. Подобные настроения среди молодежи, вполне возможно, объясняются недоверием к политикам, с легкостью меняющим свои идеологические пристрастия, и той незначительной поддержкой, которую Западная Европа оказала этим странам в освобождении от советского режима. Соединенные Штаты же действительно им помогли. Люди преклонного возраста в основном все же европеисты, хотя иногда и скрывают это. И так поступали все мы, когда старались получить побольше молока от Брюссельской коровы.