Никогда прежде нефть не становилась настолько явно легковоспламеняющимся веществом: и все по причине политики и войны. Август, начавшийся со скачка цен на нефть, все также продолжает играть на повышение. И, если состоявшийся неделю назад в Венесуэле референдум принес победу Чавесу (Chavez) и несколько ослабил напряженность идущего процесса, то вновь обострившаяся ситуация в Эн-Наджафе с лихвой плеснула масла в огонь, и ситуация стала намного хуже прежней.

Ответом сторонников Моктады аль-Садра (Muqtada al Sadr) на осаду священного для всех шиитов города стал саботаж нефтяного производства в стране, сопровождающийся взрывами нефтепроводов, нефтедобывающих сооружений и угрозами поджога самих нефтяных скважин. Сложившаяся ситуация неминуемо отразилась на ценах мирового нефтяного рынка.

Именно таким образом действующий якобы независимо мятежный аятолла (аль-Систани не отмежевывается от него) хочет привлечь симпатии на свою сторону в борьбе против англо-американской коалиции, которая перед лицом всего индустриального мира и общественного мнения становится косвенно виновна в повышении цен на баррель. И ситуацию нельзя будет считать решенной - ни в каком смысле - до тех пор, пока окончательно не будет развязан наджафский узел. Его наличие является условием спекулятивной динамики роста цен на нефть. Наличие дешевой валюты по всему миру и взбудораженный из-за нефти биржевой рынок будут способствовать непреклонному увеличению цен.

Технических факторов нынешней тенденции роста цен - например, возникновения крупного азиатского рынка потребителей - недостаточно для объяснения идущего процесса, существенную роль в котором играют такие политические и военные моменты, как осада иракского Эн-Наджафа, дело ЮКОСа (Путин играет в нефтяные шахматы с ценами так же, как это может делать Чавес) и нигерийский недуг. Именно политика - продолжаемая либо нет иными средствами - заставляет взлетать цены на баррель, и превращает нынешнее лето в нефтяное.