Сегодня, в тех редких случаях, когда вашингтонские политические лидеры обращают взгляд на Восточную Азию, они видят в основном два потенциальных очага конфликтов - Северную Корею и Тайваньский пролив. Но, сосредоточиваясь на этих явных и актуальных угрозах, они упускают из внимания другой сигнал тревоги, в потенциале не менее опасный для стабильности в регионе - о разрастании нового националистического конфликта между двумя крупнейшими державами Восточной Азии, Китаем и Японией.

Несмотря на то, что в экономическом плане взаимосвязь двух стран постоянно растет, столкновение между Китаем и Японией проявляется по целому ряду вопросов - от территориальных споров и борьбы за природные ресурсы до своего рода гонки вооружений. Эта тенденция тревожит вдвойне, ведь она возникла после многолетних тщетных попыток отложить в сторону горькие воспоминания о японской агрессии против Китая и других азиатских стран в двадцатом столетии, и попытаться общими усилиями обеспечить будущее процветание в регионе. Возможно, не будет таким уж преувеличением сказать, что от того, как два азиатских гиганта уладят свои разногласия, и какую роль сыграют в этом процессе Соединенные Штаты, зависит, по выражению китайской партийной газеты 'Жэнминь Жибао', 'будущее Восточной Азии и даже всего мира'.

Открытые проявления враждебности со стороны китайских футбольных болельщиков в отношении японской команды в ходе финального матча на Кубок Азии, состоявшегося в августе в Пекине, позволяют предположить, что надежды на примирение, возможно, были чересчур оптимистичными. Отвратительная сцена, когда китайские болельщики скандировали 'Убей! Убей! Убей!' в адрес победившей японской команды, а затем забросали ее автобус бутылками из-под минеральной воды, стала лишь последним из серии недавних антияпонских проявлений.

В августе 2003 г. один китайский рабочий погиб и десятки жителей провинции Хэйлунцзян пострадали в результате случайного обнаружения емкостей с отравляющим газом, брошенных японскими войсками во время второй мировой войны. Хотя Токио и принес извинения, первоначально предложенная им компенсация оказалась настолько мала, что это вызвало гневное осуждение как со стороны самих пострадавших и их родственников, так и со стороны высокопоставленных китайских чиновников.

Чуть позже, в сентябре, разразилась кампания в СМИ в связи с 'массовой оргией', устроенной японскими рабочими, чья фирма наняла 'компаньонок', чтобы развлечь их во время совместного отдыха на юге Китая. Вид множества мгновенно образовавшихся 'парочек', ожидавших лифта в вестибюле отеля, возмутил китайских отдыхающих, а сообщения об этом в новостях вызвали вспышку ярости по всей стране - электронные доски объявлений в интернете заполнили тысячи гневных антияпонских посланий.

Еще через месяц антияпонские демонстрации произошли на улицах Сиани. Это случилось после университетского фестиваля, где трое японских студентов, учившихся в Сиани по обмену, показали слегка неприличный скетч, воспринятый как издевательство над китайцами. В течение нескольких дней по городу бродили толпы молодых китайцев, крича 'Убирайтесь домой, японские свиньи!' и громя японские рестораны, так что властям пришлось задержать и вывезти из Сиани всех японских студентов ради их собственной безопасности.

Хотя дипломатические отношения между Японией и Китаем были восстановлены еще в 1972 г., вскоре после знаменитого визита президента Никсона в Пекин, 'открывшего' двери Китая для Запада, они никогда не отличались гармоничностью. Резкий сбой произошел в середине 1990х гг., когда министерство образования Японии одобрило учебник истории для средней школы, где, по мнению Китая и других азиатских стран, обелялись зверства, совершенные японскими войсками против их жителей в 1930х - 1940х гг. Бывший председатель КНР Цзян Цзимин, сохранивший личные воспоминания о японских зверствах в годы второй мировой войны, не только позаботился о том, чтобы о них знали китайские дети, но и не упускал случая напомнить гостям из Японии, чтобы те не забывали 'историю'. В ходе визита в Японию в 1998 г., он, к ужасу принимающей стороны, при первой же возможности повторял это наставление.

Преемник Цзяна Ху Цзинтао, ставший два года назад первым представителем послевоенного поколения, возглавившим Китай, явно стремился улучшить отношения с Токио. В 2002 г., когда он вместе с премьером Вэнем Цзябао предпринимал новые дипломатические шаги, обозреватель 'Жэнминь Жибао' Ма Личэн опубликовал статью, ставшую ныне знаменитой, выражая восхищение тем, что Япония добилась процветания мирным путем и утверждая, что склонность правительства к разжиганию антияпонских настроений не принесла Китаю никаких позитивных результатов.

Однако этот зондаж, как и другие 'пробные шары', запущенные Пекином, не принесли результата из-за действий экстравагантного премьер-министра Японии Дзюнъитиро Коидзуми. Несмотря на возражения Китая, Коидзуми, занявший пост премьера в апреле 2001 г., ежегодно совершает паломничество в Ясукуни - синтоистский храм в память о японцах, погибших во время второй мировой войны, в том числе 14 высших военных руководителей, осужденных и казненных в качестве главных военных преступников. В прошлом году, после его второго визита в Ясукуни, Пекин аннулировал посланное Коидзуми приглашение на торжества по случаю двадцатипятилетия договора о мире и дружбе, и с тех пор он остается для Китая 'персоной нон грата'.

В условиях столь прохладных взаимоотношений на высшем уровне нет ничего удивительного, что простые японцы и китайцы без стеснения обмениваются оскорблениями, как и в том, что все это серьезным образом отражается на межгосударственных отношениях. Правительства двух стран ведут все более ожесточенный спор из-за группы крошечных островов, расположенных на полпути между Окинавой и Тайванем - японцы называют этот архипелаг Сенкаку, а китайцы - Дзяою. Хотя острова находятся под контролем Японии уже более ста лет, Китай по-прежнему претендует на владение ими. В марте небольшая группа китайских активистов, проскользнув мимо катеров японской береговой охраны, высадилась на крупнейшем острове архипелага. Япония не пошла на конфронтацию, и депортировала нарушителей - но лишь после того, как возле ее посольства в Пекине был сожжен японский флаг.

Позднее, в июне, Китай начал разведку месторождений природного газа в паре миль к западу от границы 'исключительной морской экономической зоны' Японии вблизи островов. Опасаясь, что через пробуренные скважины Китай сможет добывать газ с японской территории, Токио не только выступил с протестом, но и начал собственные геологоразведочные работы у самой восточной границы зоны. Сегодня, по японским данным, Восточно-Китайское море буквально усеяно сторожевыми катерами китайских ВМС и японской береговой охраны, порой вступающими в прямое противостояние.

Кроме того, обе страны борются за доступ к гигантским нефтяным ресурсам Сибири. Пекин хочет, чтобы Россия построила трубопровод стоимостью в 3 миллиарда долларов до китайского города Дайцин, а Япония предлагает профинансировать прокладку нефтепровода стоимостью в 7 миллиардов долларов до порта на Японском море. Президент России Владимир Путин откладывает окончательное решение, вызывая немалое волнение в обеих столицах.

Хотя в войне против терроризма обе страны встали на сторону Соединенных Штатов, этот вопрос также послужил источником напряженности в отношениях между ними. Решение Коидзуми направить эскадру, состоящую из танкеров и эсминцев, для поддержки союзного флота, крейсирующего в водах вблизи Афганистана, а также разместить в Ираке 1000 солдат из вспомогательных подразделений, снискало ему одобрение администрации Буша, но для Пекина прозвучало как сигнал тревоги. Китайское правительство и СМИ постоянно осуждают эту активность Японии как свидетельство возрождения довоенного милитаризма. Нельзя сказать, что утверждения Пекина лишены всяких оснований. Угроза со стороны террористов и обращения американцев за помощью придали легитимность давнему стремлению националистически настроенного политического истэблишмента вернуть Японии статус 'нормального государства' с полноценными вооруженными силами и готовностью их применить.

Коидзуми хочет пересмотреть послевоенную конституцию, согласно которой Япония 'отказывается от войны как суверенного права нации'. Соединенные Штаты, чьи оккупационные власти и разработали эту конституцию, сегодня являются главным сторонником ее изменения, и лидеры обеих крупнейших партий Японии - правящей Либерально-демократической и оппозиционной Демократической - обещают в этом году внести в повестку дня парламента вопрос о соответствующих поправках. Еще десять лет назад на подобные идеи было наложено табу, но после 11 сентября некогда мощные пацифистские круги Японии оказались не в состоянии оказать этим планам серьезное сопротивление.

Кроме того, недавно парламент принял законодательство на случай чрезвычайной ситуации, отменяющее многие ограничения на деятельность военных и позволяющее правительству в подобных случаях урезать гражданские свободы. Мотивируются эти меры борьбой против терроризма и угрозой со стороны Северной Кореи, но за рубежом они вызвали озабоченность.

Газета 'China Daily' писала, что новое законодательство 'подчеркивает переход Японии от оборонительной военной стратегии к наступательной', и назвала эту тенденцию тревожной, 'учитывая отсутствие в Японии самокритичной переоценки ее агрессивных действий в прошлом'.

Конечно, самих китайцев не назовешь 'невинными агнцами' в том, что касается милитаризма. Уже более десяти лет Пекин ежегодно увеличивает военный бюджет на 10% - помимо куда больших внебюджетных сумм, которые он, как считается, тратит на оборону - и содержит трехмиллионные вооруженные силы. Помимо ядерных ракет и все более мощных ВВС, Китай сегодня намерен создать океанский флот - способный действовать за пределами прибрежных вод - и высокотехнологичный арсенал обычных вооружений.

Ссора между Китаем и Японией уже приводит к негативным последствиям для всей Восточной Азии. Десять лет назад в регионе с энтузиазмом обсуждались планы создания экономического блока и единых структур безопасности по типу Европейского союза. Сегодня, когда Токио и Пекин враждуют, мало кто считает эту перспективу реальной.

Циники скажут: подобное соперничество гарантирует, что американское присутствие в регионе по-прежнему будет необходимо в качестве важной стабилизирующей силы - а значит, продолжение ссоры между двумя странами выгодно Вашингтону. Но Соединенные Штаты не могут позволить, чтобы в тот момент, когда их собственные силы настолько напряжены, две крупнейшие восточноазиатские державы вступили в конфронтацию. Хорошая новость заключается в том, что Соединенные Штаты - по исторически обусловленным причинам, и благодаря своему статусу единственной сверхдержавы - обладают уникальной способностью выступить в качестве посредника для примирения враждующих сторон. Плохо другое - поскольку Ирак отнимает у администрации Буша столько времени, она почти не обращает внимание на происходящее. Без активных усилий американцев по возвращению отношений между двумя странами в нормальную колею лидерам Китая и Японии, возможно, будет непросто справиться с ростом национализма в своих странах, бросающим густую тень на их общее будущее.

Аяко Дои - бывший редактор 'Japan Digest'. Она часто выступает со статьями по японской и азиатской тематике.