Недавние теракты в России можно во многих отношениях назвать беспрецедентными. Но у российско-чеченского конфликта есть важный общий элемент с событиями в других регионах, где, по множеству причин, в основном негативного характера, мощные немусульманские общества властвуют над мусульманами. Чечня, Ирак, Газа - везде оккупанты оказались в безвыходном положении.

По опыту двадцатого столетия мы знаем, что массовые националистические восстания против иноземных правителей почти всегда заканчиваются победой, какую бы цену ни пришлось за нее заплатить. Двадцать первый век изменил эту парадигму, добавив к ней исламский экстремизм, в особенности такое явление, как террористы-смертники, наносящие удары по 'оккупантам' далеко за пределами географической территории ислама - в Москве, Нью-Йорке, Беершебе, Андалузии.

Россияне уже двести лет пытаются усмирить Чечню. Теперь чеченцы, на стороне которых сражаются местные и иностранные исламисты, проводят жестокие контратаки в глубине России. Бойня в бесланской школе, жертвами которой стали не менее 338 человек, произошла всего через три дня после гибели 10 человек в результате теракта, совершенного смертницей у московской станции метро, и через десять дней после того, как одновременный взрыв двух пассажирских самолетов унес жизни еще 89 человек.

Ситуация в Чечне безнадежна: если президент Владимир Путин решит продолжать борьбу, это может привести к нескончаемому кровопролитию и дальнейшему разложению вооруженных сил. Если же он выведет войска и предоставит Чечне независимость, его сочтут слабым лидером - особенно если учесть, какими варварскими методами Россия последние десять лет пытается подавить восстание - а российскому потенциалу сдерживания будет нанесен серьезный ущерб.

В потенциале это может побудить к восстанию другие мусульманские народы в составе Российской Федерации. Как недвусмысленно дал понять г-н Путин в своем обращении после катастрофы в Беслане, реальной причиной этой бойни он считает восприятие России как слабого государства. Подобно многим оккупантам прошлого, попадавшим в трудное положение, г-н Путин цепляется за иллюзорное убеждение - если силовые методы не срабатывают, нужно просто наращивать применение силы. Он все еще не понимает, что военного решения конфликта не существует.

В Ираке президент Джордж У. Буш также поставил свою страну в безвыходное положение. Присутствие американцев в этой стране, которое, как признает сенатор Джон Маккейн (John McCain) может затянуться на несколько десятилетий, вызывает растущее вооруженное противодействие арабов, а подлинная демократизация Ирака уже не представляется реалистичной целью.

Если Вашингтон 'прочтет надпись на стене' и спешно выведет войска, созданное им правительство будет не в состоянии защитить себя. Кроме того, этот шаг вдохновит исламских радикалов в арабском мире и послужит сигналом об ослаблении способности США к сдерживанию не только для 'Аль-Каиды', но и для террористов, которых поддерживают Иран и Сирия. И все же, чем дольше Соединенные Штаты остаются в Багдаде, тем сильнее они подрывают легитимность созданного ими довольно сомнительного режима, и тем больше потенциальных террористов принимает участие в боевых действиях.

После бесланской бойни премьер-министр Израиля Ариэль Шарон с готовностью предположил, что теперь 'мы' - Израиль, Россия, Соединенные Штаты, и Запад - объединились в борьбе против исламистских террористических движений. Он игнорирует многочисленные различия между Палестиной, где исламский экстремизм - лишь один из аспектов территориального спора между двумя национальными движениями, и Чечней или Ираком. Даже г-н Буш, не склонный вникать в нюансы, говорит о необходимости создания дееспособного палестинского государства и прекращения строительства новых израильских поселений.

И все же г-н Шарон, независимо от того, осознает ли он все нюансы ситуации, возможно, указывает г-ну Путину и г-ну Бушу, каким должен быть хотя бы первый шаг по выходу из безнадежного положения: сократить потери, построив мощное заграждение, и уйти со спорной территории, постоянно держа наготове 'большую дубинку'.

Конечно, и после размежевания израильтяне будет нести ответственность за ситуацию в Газе, пока ее границы на суше, море и воздухе не будут открыты, а Израиль не приступит к реализации аналогичных мер на Западном берегу. Однако подавляющее большинство израильтян поддерживает предложенный г-ном Шароном план, поскольку считают его единственным способом начать процесс выхода из безнадежной ситуации - с точки зрения политики, безопасности, и, главное, демографии - сложившейся на палестинских территориях.

Исламские и иные экстремисты могут оставаться по ту сторону заграждения. Они не перестанут быть террористами, и военного решения проблемы по-прежнему не будет. Но, прекратив оккупацию палестинских земель, Израиль приобретет больше возможностей оставаться самим собой и защищать себя.

Что касается г-на Путина, то для него аналогичная стратегия состоит в том, чтобы 'огородить' Чечню и изолировать ее от страны, а не пытаться интегрировать в состав России. Это означает отказ от любых намерений создать там 'умеренное' правительство. Речь идет о том, чтобы защитить Россию, отказавшись от оккупации Чечни.

Однако выйти из безнадежного положения в Ираке будет куда труднее. Последствия внезапного вывода американских войск для региона - опасность распада самого Ирака и дестабилизации обстановки в соседних странах - выглядят пугающе. Но Вашингтону следует хотя бы серьезно изучить альтернативные варианты ухода из Ирака в достаточно короткие сроки.

Отправной точкой для того анализа должно стать осознание задним числом, что Соединенные Штаты опрометчиво вовлекли себя в безнадежную ситуацию, и что, совершив эту роковую ошибку, г-н Буш должен был вывести оттуда войска сразу же после поимки Саддама Хусейна - единственной сколько-нибудь легитимной причины самого вторжения в Ирак.

Г-н Буш может воспользоваться моментом, чтобы объявить о новой стратегии, построенной по принципу 'бей и беги': Соединенные Штаты будут физически устранять зарубежных лидеров, угрожающих народам своих стран и безопасности США, но они не имеют намерения преобразовывать сами эти страны. При необходимости они даже будут снова вторгаться на их территорию - но оккупировать ее не станут.

Йосси Альфер - бывший директор Центра стратегических исследований имени Йаффе (Jaffee Centre for Strategic Studies) и главный советник премьер-министра Эхуда Барака, занимает пост одного из редакторов интернет-проекта в области израильско-палестинского диалога bitterlemons.org