Перспективы 2005 года. Международное домино.

Специальный советник Французского института международных отношений (IFRI) Доминик Муази (Dominique Moisi) рассуждает о приоритетах американской дипломатии в начале второго президентского срока Джорджа Буша.

В чем может заключаться смысл назначения в Госдепартамент США Кондолизы Райс на заре второго президентского срока Джорджа У. Буша?

Это назначение определяет возврат к тому, что во времена Вьетнамской войны называли имперским правлением. Вдохновение исходит из Белого Дома, и в принятии решений наблюдается сильная централизация. Более чем когда-либо президент определяет внешнюю политику. Тем не менее, имеется и новый элемент: в тот момент, когда возникло ощущение, что Россия снова 'советизируется', во главе американской дипломатии становится эксперт по СССР. У нее внезапно появляется способ мышления, категории, свойственные ее первоначальной специальности.

Не повлияет ли частичное возвращение к образу действий советской эпохи в России на внешнюю политику Соединенных Штатов? И не изменит ли существующее положение тот факт, что во властных структурах в Вашингтоне в настоящее время находится специалист по СССР? Не означают ли выборы на Украине, что Буш и Путин, союзники с 2001 года, надолго отвернутся друг от друга?

С 2001 по 2004 год Россия рассматривалась Вашингтоном как помощник в решении проблем, так как она стала верным союзником в борьбе с терроризмом. Начиная со второй половины 2004 года, Москва становится проблемой. Вот уже три месяца у Вашингтона такое ощущение, что после трагедии в Беслане Путин утратил контроль. Заходит ли речь о выборах в Грузии или на Украине, возникает мысль о том, что он 'в стороне от руля', что ситуация ему не подвластна. Вот он и выказывает смесь слабости и суровости, что очень напоминает советскую систему.

Эти перемены в России могут вновь придать глянец трансатлантическим отношениям?

В вашингтонском мировосприятии Европа по-прежнему просматривается слабо. Американцы считают, что напрасно оттолкнули своих союзников, и что кое-где они в них все-таки нуждаются: в Ираке, Иране или в палестино-израильском конфликте.

По каким признакам Вы это определяете?

Например, по проводимой в отношении Германии политике. Если исходить из формулировки Кондолизы Райс 2003 года: 'простить Россию, игнорировать Германию, наказать Францию', то сегодня ее надо переделать так: 'пренебречь Россией, обняться с Германией, игнорировать Францию'. У Соединенных Штатов имеется совершенно явное стремление помириться с Берлином. С мыслью о том, что Лондон не может быть единственной точкой опоры в Европе, и что у Германии есть возможность влияния на путинскую Россию. В Париже строят иллюзии по поводу того, что мы находимся в стадии окончательной нормализации отношений с Вашингтоном. Франция - это обманный трюк в играх Вашингтона и Берлина.

Не мешает ли Соединенным Штатам ситуация в Ираке разрабатывать альтернативную стратегию в отношении Ирана, где потребовалось бы посредничество Германии, Франции и Великобритании?

В настоящий момент американское пари насчет демократии в Ираке - абстракция. Но можно попытаться сделать ставку на идею поддержать иракскую власть после выборов, проведенных в более или менее корректных условиях. Что касается Ирана, то тут существует несовместимость между американской и европейской позицией. Для Вашингтона неприемлемо, чтобы Иран стал ядерной державой, даже если придется прибегнуть к силе, чтобы этому помешать. А для европейцев неприемлемо использование военной силы. В ближайшие шесть месяцев данный вопрос будет наиболее показательным и наиболее острым.

Говоря о будущем, что меня поражает, в связи с цунами в Азии, это интернационализация американской дипломатии. Со своей 'гуманитарной коалицией' американцы утверждаются как тихоокеанская держава. Остается только подключить Индию, сделав ее привилегированным союзником в регионе, и это послужит предупреждением Китаю. Это означает, что Соединенные Штаты являются альтернативой для стран региона. Вчера они победили 'империю зла', сегодня они стремятся показать, что могут быть империей добра.

Может ли стать еще одним вопросом дня палестино-израильский конфликт?

Если быть оптимистом, то да, но, в конечном счете, все зависит от местных действующих лиц. Палестинцы, как и израильтяне, выдохлись. Готовы ли они к значительным жертвам? Арафат не был палестинским Манделой. Сможет ли Шарон стать израильским Де Клерком?

Беседу провела Сесиль Шамбро (Cecile Chambraud)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.