На следующей неделе произойдет событие, не характерное для современной истории: вступит в силу Киотский Протокол о глобальных климатических изменениях, причем вступит без участия в нем Соединенных Штатов. Поезд глобальной политики отправится со станции, а США даже не вскочили на его подножку, не говоря уже о том, чтобы играть в этом поезде роль кондуктора.

Все 25 стран-членов Евросоюза ратифицировали Киотское соглашение, создав принципиально новую систему купли-продажи права на выброс так называемых 'парниковых газов', или двуокиси углерода, которые, по общему мнению, являются причиной планетарного потепления. В соответствии с этой системой Британия, осуществляющая большой объем выбросов СО2 в атмосферу, может покупать квоты на выброс, скажем, у Норвегии, где уровень загрязнения низок. Система торговли квотами на выбросы углекислого газа в целом облегчит Европейскому Союзу достижение цели снижения с 2008 года выбросов СО2 до уровня на 8 процентов ниже объемов 1990 года. Она также станет стимулом для замены в странах Восточной Европы устаревшего, отравляющего атмосферу оборудования заводов и фабрик.

Так случилось, что решающим в подписании этого договора 21-го века оказался голос сонной, коррумпированной матушки России. Решение российского парламента о ратификации Киотского Протокола в октябре прошлого года стало гарантией того, что договор вступит в силу, несмотря на выход из него администрации Буша в 2001 году. Соглашение это ратифицировано более чем в 140 государствах.

Возможно, Киотский Протокол является самым ярким примером расхождения политических траекторий администрации Буша и большей части союзников и торговых партнеров США. Администрация решила отказаться от подписания этого договора еще в первые месяцы пребывания у власти, заявив о том, что киотские требования к США о снижении на 7 процентов выбросов парниковых газов обошлись бы Америке в 5 миллионов рабочих мест и в миллиарды долларов потерь.

Часть критических замечаний к договору со стороны администрации имеет под собой основания, особенно заявление о несовершенстве Киотского Протокола, не предусматривающего ограничения по выбросам для развивающихся стран, к которым относится и Китай. Однако своим высокомерным отношением к данному договору американская администрация вышла из процесса, который мог бы принести гораздо лучший результат. Может быть, она считала, что без поддержки со стороны Соединенных Штатов Киотский Протокол зачахнет и тихо умрет. Если так, то она просчиталась.

Официальная позиция администрации Буша состоит в том, что вопрос о климатических изменениях достаточно сложен и требует дополнительного изучения. Однако значительная часть ученых, представляющих само американское правительство, убеждена, что проблема реально существует и усугубляется. Агентство по защите окружающей среды разделяет оценки Национальной академии наук США, которая говорит, что за последнее столетие температура поверхности поднялась на 1 градус по Фаренгейту.

На официальном веб-сайте Агентства по защите окружающей среды появилось предупреждение, от которого стынет кровь в жилах: 'Глобальное увеличение температуры может привести к подъему уровня моря, а также изменить объемы выпадающих осадков и другие климатические условия. Изменения в климате регионов способны изменить леса, объем собираемых урожаев зерновых, водоснабжение... Существующие пастбищные земли могут превратиться в пустыню, а черты ряда наших национальных парков могут полностью и навсегда измениться'. И тем не менее, администрация ничего не делает, кроме изучения имеющихся данных.

Фигура международного масштаба, возглавляющая движение обеспокоенных климатическими изменениями, это не кто иной, как лучший зарубежный друг Джорджа Буша, британский премьер-министр Тони Блэр. В своей речи на Всемирном экономическом форуме в Давосе он, казалось, напрямую обращался к американской администрации. 'Будет справедливо, если мы скажем, что представленные доказательства все еще оспариваются, - заявил он, - но будет несправедливо говорить, что о наличии доказательств нависшей опасности не говорят ясно и убедительно многочисленные, совершенно независимые и авторитетные голоса. Они составляют большинство. Большинство не всегда право, но оно заслуживает того, чтобы к нему прислушивались'.

Блэр настолько же принципиален и настойчив в вопросе о климатических изменениях, насколько принципиален и настойчив он был в вопросе об Ираке. И это окажет определенное давление на Буша. Премьер-министр будет в июле этого года в ходе очередного саммита принимать в шотландском 'Гленэйглсе' Большую Восьмерку. Похоже, что на этой встрече он намерен добиться прогресса в деле климатических изменений. Безусловно, Буш осознает, что он перед Блэром в долгу, и саммит Большой Восьмерки может дать администрации возможность слезть с забора и отказаться от позиции стороннего наблюдателя.

По мере того, как международный киотский поезд набирает скорость, он постепенно потянет за собой и Соединенные Штаты Америки, независимо от того, что решит Буш. Два столпа республиканской 'контр-администрации', сенаторы Джон Маккейн и Чак Хейгель, намерены на следующей неделе внести на рассмотрение законопроект, связанный с климатическими изменениями. Тем временем, защитники окружающей среды из Калифорнии прилагают усилия, чтобы ввести в действие законопроект от 2002 года, который требует снижения выбросов углекислого газа из автомобильных двигателей. Если он пройдет, подобные законы могут быть приняты и в других крупных штатах. И на определенном этапе американские автомобильные компании могут потребовать введения единых федеральных стандартов.

Киотский Протокол - не последнее слово в вопросе климатических изменений. Он имеет недостатки и нуждается в совершенствовании. Но он показывает, что политическое и экономическое поле глобализации оказываются во взаимной связи. В киотском поезде путешествует 140 стран, а это критическая масса, требующая от крупных мировых компаний приспособиться к глобальному рынку торговли квотами на выбросы. Америка может волочить ноги позади остальных, однако оказывается, что она не способна помешать остальным действовать.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.