25 февраля 2005 года. Вчера в заснеженной Братиславе Джорджу Бушу-младшему (George W. Bush) был оказан более теплый общенародный прием, чем до того в Бельгии и Германии во время его 5-дневного турне по Европе, хотя делать различие в духе Дональда Рамсфелда (Donald Rumsfeld) между "старой" и "новой" частями континента сегодня строго запрещено в выступлениях официальных лиц США, что стало частью проводимого президентом США после Ирака, во второй президентский срок "наступления путем очарования". Словаки в большом числе вышли на улицы приветствовать его и, по меньшей мере, на поверхности, дух дружбы воцарился также, когда он встретился с человеком, которого называет своим "другом", Владимиром Путиным. Однако общая обстановка встречи была более прохладной, чем во время их первого саммита в Словении в июне 2001 года, когда г-н Буш, как всем известно, заглянул глубоко в глаза г-на Путина, сумел познать его душу и нашел, что ему можно доверять.

В некоторых отношениях все еще возможно сохранять иллюзию, что эти "два лидера великих стран" (Буш) равны: важны их согласие как по вопросам ядерной безопасности, так и по вопросу попытки России вступить во Всемирную торговую организацию (ВТО). Однако в первом случае эта необходимость продиктована постсоветскими проблемами контроля над устаревающими ядерными боеприпасами и материалами, а также страхом, что они могут попасть в руки террористов, но не опасностью взаимного гарантированного уничтожения (mutually assured destruction, MAD) в духе "холодной войны".

Меньше было сказано о бедственном положении со свободой при правлении г-на Путина, несмотря на то, что г-н Буш ранее на этой неделе в Брюсселе предупреждал, что Россия "должна подтвердить свою приверженность демократии и главенству закона". Однако он все же высказал свою "озабоченность" в связи с "главенством закона, с защитой меньшинств и свободы средств массовой информации (СМИ), а также с жизнеспособной политической оппозицией", хотя сразу же отдал дань уважения "громадному прогрессу и поразительной трансформации", которые имели место после краха Советского Союза. Он отметил также - и это явно больше российская, нежели американская точка зрения - что демократия содержит общемировые принципы и в то же время отражает "культуру и обычаи" страны. Это трудно назвать острой критикой, но все-таки это лучше, чем ничего.

Под общим заголовком "сползание к авторитаризму" критики России указывают на правовую вендетту против нефтяного гиганта "ЮКОС" и на другие акции, которые позволяют предположить более острый интерес к восстановлению сильного контроля государства над экономикой, чем к проведению либерализации. Далее есть еще тревожная концентрация политической власти в Кремле, прекращение общенародных выборов провинциальных губернаторов и продолжающиеся нападки на независимые СМИ. Г-н Путин заверил, что возврата к "авторитаризму" не будет, однако предостерег, что "демократия" не есть "анархия". Помимо этих, других обещаний не было.

Ничто из вышесказанного не согласуется с резким упором г-на Буша на демократию, успехи которой он провозглашает в Ираке, в Афганистане, в Палестине и на Украине, где прежние режимы были заменены с помощью американских военных мускулов в первых двух случаях и с помощью западной помощи "народной власти" - в других случаях. Никто не забыл также о неуклюжей антидемократической роли России накануне Оранжевой революции в Киеве, о ее продолжающемся военном присутствии в Грузии и в Молдавии, а также о ее общем напористом стиле в отношениях с прибалтийскими странами, которые теперь, слава Богу, находятся в составе Европейского союза (ЕС).

Высокая оценка Америкой российской помощи в "войне с террором" - господствующая тема их отношений после 11 сентября 2001 года - стала более сухой, поскольку многократно возросли призывы влиятельных кругов Вашингтона к жестким шагам с целью воспрепятствовать отходу России от демократических норм. Возможно, несколько снизили общую напряженность отношений вчерашние заверения, что г-н Путин теперь согласен с г-ном Бушем: ни Ирану, ни Северной Корее не следует разрешать создавать ядерное оружие.

Слова г-на Буша обязательно будут внимательно изучаться в остальной Европе. ЕС мало что способен предъявить в качестве доказательства пользы от своего хваленого "стратегического партнерства" с Москвой, которое мешает ему откровенно высказаться по поводу жесткой стратегии г-на Путина в Чечне. Это все послужило напоминанием о том, что какой бы огромной, отличной и трудной ни была Россия, нельзя допускать, чтобы она избегла критики.