Американский президент Джордж У. Буш встретился вчера в Братиславе (Словакия) со своим российским коллегой Владимиром Путиным. Таким образом, президент Соединенных Штатов завершил свое четырехдневное турне по Европе, в ходе которого он сделал попытку преодолеть разногласия с некоторыми своими союзниками по поводу войны в Ираке 2003 года.

После трехчасовых переговоров в Братиславе Джордж У. Буш перешел к обзору различных тем, по которым у него только что состоялся 'конструктивный' диалог с кремлевским лидером. Он повторил это слово семь раз во время своего короткого вступления. 'У меня была очень важная и конструктивная дискуссия с моим другом Владимиром', - не уставал повторять американский президент. Он с удовлетворением отметил совпадение их взглядов по поводу необходимости помешать Ирану и Северной Корее получить ядерное оружие, но главный вопрос выглядит расплывчато. Сегодня Москва должна объявить о продаже ядерного топлива Тегерану. Ни слова не было сказано о Сирии, если не считать упоминания соглашения об ограничении продаж противовоздушных ракетно-пусковых систем, как раз тех, которые Москва намерена поставлять в Дамаск.

'В интересах Соединенных Штатов, чтобы Россия по-прежнему была сильным и жизнеспособным партнером',- как эхо раздавались слова главы Белого Дома. Стараясь не обидеть своего стратегического партнера, Буш тщательно подбирал выражения, говоря о своем беспокойстве по поводу отступления от свобод в России: 'В течение 15 лет наблюдался колоссальный прогресс. Это нелегкая задача. Я разделяю озабоченность конструктивно и по-дружески'.

Но этого было недостаточно, чтобы избежать тщательно подготовленной русскими ловушки. В ответ на вопросы американских журналистов о состоянии демократии в России последовали вопросы российских журналистов о состоянии демократии в США. Вместо того чтобы услышать, как Путин будет объяснять собственную роль на Украине, расчленение нефтяного гиганта 'ЮКОС' или концентрацию власти в России, Джорджу Бушу пришлось оправдываться по поводу плохого обращения с заключенными иракцами в Абу-Грейб и угрозе ареста для журналистов, стремящихся защитить свои источники информации.

Американский президент выкрутился: 'Я счастлив услышать, что Вы удовлетворены состоянием российских СМИ', - сказал он не без иронии. Однако Владимир Путин был готов примчаться ему на помощь: 'Я бы хотел оказать поддержку моему американскому другу, - сказал он, не смутившись. - Демократия - это не анархия'. И привел в пример королевство Нидерланды, чтобы показать, что не все демократии похожи. Джордж У. Буш вынужден был довольствоваться похожим на заклинание заявлением о перспективах демократии: 'Это наш окончательный выбор, поворота назад не будет, заявил российский президент. - Гарантия - это не давление извне, а выбор народа России'. Что касается средств, Путин считает, что руки у него развязаны. Старые советские приемы, заключающиеся в том, чтобы оборачивать аргументы противника против него же самого, используя его собственные слова.

Месяц назад, в своей инаугурационной речи американский президент представил демократию в качестве основного критерия 'хороших отношений с Соединенными Штатами'. В начале недели в Брюсселе он особо призвал европейцев 'поставить демократические реформы во главу угла их диалога с Россией' и предложил Москве 'вернуться к своим обязательствам, направленным на демократию и правовое государство'. Вчера Буш вынужден был поставить вопрос о жалобах бывших советских сателлитов, от Украины до Грузии и стран Балтии на вмешательство Москвы. Но на итоговой пресс-конференции об этом не было сказано ни слова.

До встречи в Братиславе Белый Дом преступил к 'изменению' своей политики в отношении Москвы. Администрация пришла к выводу, что отношения Буш-Путин 'очень уязвимы', и необходимо придерживаться двойного подхода, одновременно согласованного и требовательного.

Отсюда и подписанные вчера соглашения о сотрудничестве, позволяющие сохранять иллюзию. Но и судя по тону, да и в основе, волюнтаризм натолкнулся на реальное охлаждение. 'Это сложные отношения, - признает Стив Хэдли, заместитель помощника президента по национальной безопасности. - Однако русские должны понять, что в XXI веке сильная Россия может возникнуть только благодаря демократическим структурам'.