События на двух глобальных рынках, не соответствующих классической модели Адама Смита (Adam Smith) зачастую вызывают потрясения в странах с рыночной экономикой, таких как США. На международном валютном рынке бал правят центральные банки, манипулирующие курсами национальных валют по причинам, явно не связанным с нашим представлением о влиянии естественных экономических факторов. Что же касается нефтяного рынка, то он находится под большим влиянием картеля добывающих стран, преисполненных решимости поддерживать цены на уровне, намного превышающим тот, что сложился бы в условиях свободной конкуренции.

Поэтому, когда Центральный банк Южной Кореи заявил, что не заинтересован наращивать долларовые резервы сверх имеющихся у него 200 миллиардов, а картель ОПЕК взвинтил цены на нефть до уровня выше 50 долларов за баррель, заявив о возможности сокращения добычи, у инвесторов задрожали коленки. Курсы акций и доллара за один день снизились на 1,5%.

Охваченные паникой инвесторы уже прогнозировали повальное 'бегство' от американской валюты. В этом случае комитет по монетарной политике при совете управляющих Федеральной резервной системы были бы вынуждены отказаться от курса на 'дозированное' повышение процентных ставок, и перейти к их ускоренному увеличению. Тогда так называемый 'мыльный пузырь' цен на жилье, позволявший потребителям сохранять уверенность в будущем американской экономики лопнет, потребители забеспокоятся, экономический рост замедлится, прекратится увеличение прибылей, а цены на акции пойдут на спад.

Более того, нефтяной картель планирует снизить добычу, несмотря на рост спроса в связи с холодами в Соединенных Штатах и неистощимым аппетитом Китая на 'черное золото', и сокращение предложения благодаря падению нефтедобычи в России из-за того, что старые приятели Владимира Путина по КГБ берут топливно-энергетическую промышленность под свой контроль.

В результате цены на нефть вырастут еще больше, что, как указывается в последнем ежегодном докладе Совета экономических консультантов при президенте, сыграет роль 'встречного ветра для экономики, поскольку это приведет к повышению затрат на изготовление продукции, что ослабит производственный аспект экономики, и поглотит доходы, которые могли бы пойти на закупку других товаров, что ослабит потребительский аспект экономики'.

Ситуацию усугубляет рост цен не только на нефть, но и на другое сырье, отчасти из-за массированных закупок, которые делает Китай. На прошлой неделе англо-австралийская компания 'Rio Tinto' на целых 72% повысило цены на железную руду, которую она продает концерну 'Nippon Steel', и другие фирмы в этой отрасли с высокой концентрацией производства немедленно последовали ее примеру. Многие инвесторы опасаются, что повышение цен на сырье усугубит инфляционное давление, созданное высокими нефтяными ценами, и это, в сочетании с замедлением экономического роста в США, обернется для Америки новым периодом 'стагфляции', с которой мы не сталкивались с тех пор, как избиратели выставили Джимми Картера (Jimmy Carter) из Белого дома.

В связи с этим весьма вероятным и тревожным сценарием вполне уместно будет задать вопрос, почему тогда экономические советники президента пришли к выводу, что в этом году темпы роста американской экономики составят 3,5% ('выше среднего показателя за длительный период') за счет роста потребления, инвестиций и экспорта.

Объяснение отчасти заключается в том, что центральные банки азиатских стран предоставили корейским коллегам первыми пуститься в плаванье по неизведанному маршруту под названием 'избавление от долларовых резервов', и убедились, что те сели на мель. Поэтому они тут же выступили с заявлениями о том, что не собираются избавляться от долларов. Даже южнокорейский центробанк взглянул на дело рук своих и ужаснулся. В отчете Национальному собранию банк заявил, что ради увеличения доходов от золотовалютных резервов он намерен 'расширить инвестиции в негосударственные ценные бумаги : и диверсифицировать валютные вложения'. Увидев, какую панику вызвало это заявление, глава отдела по управлению валютными резервами Кан Мен Мо (Kang Myun Mo) выступил с 'разъяснением'. Он заявил, что действительно намерен инвестировать в более доходные негосударственные ценные бумаги, но не планирует сокращать долю доллара в общих резервах Банка.

Доллар вновь пошел вверх, когда выяснилось, что азиатские центробанки оседлали 'тигра', и если они попытаются спрыгнуть, то стоимость их фондов сильно понизится. Если бы они начали избавляться от долларов, падение стоимости резервов, которые эти банки держат в американской валюте, измерялось бы миллиардами.

Поэтому они и дальше будут покупать долларовые активы, но в меньших масштабах и с упором на негосударственные ценные бумаги. Если медленное падение доллара не послужит достаточным стимулом для роста экспорта и снижения импорта, внешнеторговый дефицит США, достигающий сегодня 6% ВВП, в какой-то момент будет невозможно финансировать без значительного повышения процентных ставок.

Но этот день еще не наступил. Американская экономика выглядит в глазах инвесторов куда привлекательнее, чем 'склеротик' ЕС, или Россия, которую возглавляет президент, понятия не имеющий о соблюдении прав частной собственности, или охваченный хаосом Ближний Восток, или Великобритания, чьи власти вслед за Евросоюзом постоянно повышают налоги. Так что инвесторы по-прежнему заинтересованы в приобретении долларовых активов в достаточном объеме, чтобы предотвратить бегство от американской валюты, хотя и не падение ее курса.

Нефтяные цены представляют собой более сложную проблему. ОПЕК решила 'подкорректировать' добычу, чтобы не позволить станам-потребителям накопить запасы солидные нефти и тем самым препятствовать росту цен. Отныне картель намерен поддерживать цены в диапазоне 40-50 долларов за баррель, объявили в конце прошлой недели представители Саудовской Аравии - тем самым официально отказавшись от прежнего ориентира в 25 долларов.

Повышение цен дает добывающим странам не только экономические, но и политические преимущества. Иран способен сопротивляться давлению, призванному заставить его отказаться от создания ядерного оружия, поскольку он буквально купается в деньгах и западные инвестиции ему просто не нужны. Саудовская Аравия может держать на расстоянии американских критиков благодаря своей важнейшей роли поставщика 'на крайний случай', а Венесуэла имеет достаточно средств, чтобы финансировать режим Фиделя Кастро и антиамериканские группировки в Латинской Америки.

Что же касается США, то им эта ситуация наносит очевидный ущерб. По оценкам Совета экономических консультантов, подорожание нефти на 10 долларов приводит к сокращению реального ВВП страны на 0,4%. Это означает, что если бы ОПЕК придерживалась прежнего ценового потолка, экономический рост в США был бы выше на 1%. Это, наряду с ограничениями свободы рук во внешней политике - расплата за отказ администрации Буша принять меры по сокращению зависимости страны от импорта нефти.

Ирвин М. Стелцер - заместитель директора Хадсоновского института (Hudson Institute) по изучению экономической политики, обозреватель лондонской 'Sunday Times', внештатный член редколлегии 'Weekly Standard' и внештатный обозреватель 'Daily Standard'.

____________________________________________________________

Избранные сочинения Ирвина Стелцера на ИноСМИ.Ru

Нефтяная ось ("The Weekly Standard", США)

Взгляд из Америки: нефть смазывает Керри путь к власти ("The Times", Великобритания)

Проснитесь! Америка мечтает о новом порядке ("The Times", Великобритания)