Недобропорядочная чушь и много лжи. Испытывая со всех сторон давление с требованием прекратить свои ядерные поползновения, Иран по-прежнему отказывается от полномасштабного сотрудничества с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ), которое в течение двух лет пытается выяснить, гражданские или все же военные цели у его ядерной программы.

Снова отказав инспекторам МАГАТЭ в возможности посетить военный объект в Паршине и безапелляционно заявив о своих намерениях возобновить свою деятельность по обогащению урана, Тегеран еще раз отказался поддаться настойчивому давлению со стороны ЕС и США и полностью остановить ядерный цикл. При этом он рискует распалить гнев западных партнеров по переговорам, уже достаточно подогретых на протяжении полутора лет дипломатических схваток.

В понедельник генеральный директор МАГАТЭ Мохаммед Эль-Барадеи, открывая весеннюю сессию совета директоров, исполнительного органа агентства, призвал Тегеран к полному сотрудничеству, чтобы 'как можно скорее покончить с этим вопросом'. То есть до начала конференции по пересмотру договора о нераспространении, которая должна состояться в мае в Нью-Йорке и на решения которой неопределенность в иранском вопросе может оказать негативное влияние.

Однако дело далеко не 'закрыто'. Во вторник Пьер Голдшмидт, заместитель генерального директора МАГАТЭ по вопросам осуществления гарантий, отметил допущенные Ираном нарушения своих обязательств в отношении договора о нераспространении. По его словам, Тегеран несвоевременно проинформировал агентство о строительстве туннелей для хранения ядерных запасов на объекте в Испахане (Испагань), в центре страны, отказался дать ответы на вопросы по поводу другого подозрительного объекта, Лавизана, сегодня упраздненного, и продолжал заниматься преобразованием урана вплоть до 14 ноября прошлого года, когда работы по обогащению урана были приостановлены.

И, что еще более серьезно, Иран, несмотря на предупреждение ООН, якобы продолжает строительство реактора для производства тяжелой воды, способный вырабатывать плутоний и, стало быть, 'потенциально способствующий созданию ядерного оружия'.

Официально агентство в Вене, занимающееся вопросами, связанными с нераспространением ядерного оружия, продолжает 'шлифовать свои знания' о подпольной программе 18-летней давности, связи которой с филиалом профессора Абдула Кадира Хана, пакистанского 'доктора Фоламура', по-прежнему не выяснены.

'Иранская ядерная программа похожа на гигантскую головоломку, которую агентство вот уже два года пытается собрать, - отмечает представитель МАГАТЭ Марк Гвоздецкий. - О целом у нас есть почти полное представление, хотя и не достает нескольких деталей'.

Принимая все это во внимание, заявленная Ираном линия поведения по-прежнему вызывает чрезвычайную озабоченность. Даже если ничто не заставляет его разрешить еще одно посещение объекта в Паршине, поскольку его военное назначение исключает его из договора по инспектированию, этот отказ подчиниться может лишь вызвать подозрения на его счет. Анализ образцов, взятых во время первого визита, 7 января, еще не подтвердил наличия предполагаемой запрещенной деятельности.

Кроме того, Иран явно преувеличивает свои энергетические потребности, являющиеся главным оправданием овладения полным ядерным циклом. В то время как предполагалось возвести семь АС мощностью 1 000 мегаватт до 2020 года, 13 февраля Тегеран принял решение довести общую мощность до 20 000 мегаватт, т.е. построить 20 АС.

Непонятные для западных экспертов замыслы, поскольку Иран, располагающий большими запасами нефти и газа, не имеет промышленности, способной поглотить такое количество электроэнергии.

'Мы хотим заниматься производством топлива (...) и вполне можем предоставить международному сообществу надежные гарантии, что это не ведет' к военным целям, заявил Сирус Нассери, глава иранской делегации в МАГАТЭ.

Сейчас, когда ситуация оказалась в этом тупике, решение, как это ни парадоксально, могло бы прийти от Соединенных Штатов, вплоть до того, чтобы поставить иранский вопрос перед Советом Безопасности. Вашингтон мог бы присоединиться к шагам, предпринимаемым европейцами, предложив Ирану в том числе вступить во Всемирную Торговую Организацию (ВТО) в обмен на отказ от производства ядерного оружия. Это вчера прозвучало из уст госсекретаря Кондолизы Райс, говорившей о находящейся в стадии разработки 'общей стратегии' с Европейским Союзом.