Вопрос о том, где должна стоять Австралия на международном игровом поле, снова на повестке дня

Вопросы о том, является ли Австралия частью Азии, или должна ли она быть таковой, волновали австралийцев со времени европейского урегулирования. На протяжении, минимум, ста пятидесяти первых лет ответом на оба из них было решительное "нет". Но с окончанием Второй мировой войны дать ответ стало сложнее, и, возможно, это еще более верно с наступлением нового века. Австралия связана с Азией теснее, чем когда-либо прежде. Каждый двадцатый австралиец - выходец из Азии. Наша экономика стала сильно зависеть от этого региона. Наконец, вопрос просто в географии.

География диктовала многое в прежних политике и чувствах Австралии. С середины XIX века австралийские колонии считали себя изолированным европейским островком в море жителей Востока. Один из первых законов, принятых парламентом Федерации после ее создания, закреплял политику ограничения эмиграции из Азии. Угроза вторжения глубоко внедрилась во взгляд Австралии на мир задолго до того, как она чуть не воплотилась на практике в ходе второй мировой войны. Но, как ни забавно, именно послевоенный приток не говорящих по-английски эмигрантов из Европы проложил путь для интеграции в австралийское общество более поздних переселенцев из Азии. Несмотря на наследие антиазиатских настроений, большинство австралийцев согласится с тем, что влияние эмигрантов из Южной, Юго-Восточной и Северной Азии неизмеримо обогатило современную Австралию. Тем не менее, как отметил первый посол Австралии в КНР профессор Стивен Фицджеральд, "примирение с Азией так противоречит австралийскому духу".

Замечательно предложение министра иностранных дел Индонезии Хасана Вираюды выступить посредником при вхождении Австралии в азиатское сообщество наций. Десятилетие назад оно было бы просто немыслимо. Одному из его предшественников - возможно, ошибочно - часто приписывалось замечание, что Австралия для Индонезии как аппендикс - находится где-то там внизу, и "о его существовании вспоминаешь лишь тогда, когда он вызывает боль". И это, конечно, точно отражало доминировавший в Индонезии до недавних пор взгляд на Австралию. Синергии Австралии и Индонезии, являвшейся постколониальной военной диктатурой, не были естественными. Однако теперь, в условиях нарождающейся там демократии, появляются более очевидные основания для сотрудничества. Но столь же очевидны и по-прежнему вызывающие озабоченность вопросы - а именно, сепаратистские движения в Асех и Западном Папуа и реакция на них Индонезии, особенно, военная. Однако вместо принятия желаемого за действительное, которое питало рывок на Восток Поля Китинга и отношения тех времен между Австралией и Индонезией, продвижение к помолвке сейчас, похоже, приобретает действительно двусторонний характер.

Предлагаемый Восточно-азиатский саммит, состоящий из 13 [в АСЕАН входит 10 стран - прим. пер.] стран АСЕАН плюс Китай, [Южная - прим. пер.] Корея, Япония и, возможно, Индия и Новая Зеландия, может со временем стать ключевым региональным органом. Включение в него Австралии закрепит ее будущее как азиатской страны. Это вполне разумно с точки зрения экономики и безопасности. Однако пока что еще нет ответа на вопрос о том, готова ли широкая австралийская общественность эмоционально принять свое будущее в качестве части Азии.