Изгнание киргизского лидера Аскара Акаева оказалось совсем не таким гладким, как того хотели многие на Западе. Восстание против него сопровождалось поджогами и грабежами, причем грабили и те коммерческие предприятия, которые принадлежат китайцам, уйгурам и туркам.

В понедельник лидер оппозиции Курманбек Бакиев согласился признать парламент, подтасованные выборы в который были главной причиной отстранения Акаева. В ответ на это парламентарии утвердили его в качестве исполняющего обязанности президента и премьер-министра вплоть до президентских выборов, которые должны состояться в июне. А вчера, выступая по российскому телевидению, бывший глава государства отказался подавать в отставку, предложив начать диалог с парламентом. Грабежи прекратились.

У страны больше нет двух законодательных органов, каждый из которых не признавал другой. А главные претенденты на власть - Бакиев и Феликс Кулов - до поры до времени похоронили свои разногласия. Хотя ситуация стала спокойнее, переход власти оказался хаотичным.

Тем не менее, маленькая Киргизия может сыграть роль дрожжей в деспотическом тесте Средней Азии. Для этого потребуется честно провести президентские выборы 26 июня, а затем более равномерно распределить власть между победителем и премьер-министром, чем это было при Акаеве. Задача нового руководства будет состоять в том, чтобы продолжить создание открытой экономики и повести борьбу с коррупцией, которая очень часто затрудняет переход от командной к рыночной модели.

Киргизия очень бедная страна, и искра восстания возникла на юге, потому что население убедилось в коррумпированности Акаева и его приближенных, а также в их стремлении к обогащению. Такое же явление можно наблюдать в Казахстане, Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане.

Смена режима в Бишкеке может поставить Запад перед классическим выбором между молчаливым признанием деспотии в интересах стабильности и поддержкой политической либерализации, исход которой вызывает сомнения. Однако, если в качестве примера взять Узбекистан, - является ли диктаторское правление Ислама Каримова в своей основе стабильным? Не подталкивает ли катастрофическое отношение Каримова к соблюдению прав человека оппонентов режима в сторону радикальных организаций, таких как Исламское Движение Узбекистана, признанное в 2001 году Соединенными Штатами террористическим, или 'Хизб ат-Тахрир аль-Ислами'?

У Вашингтона есть военные базы как в Киргизии, так и в Узбекистане. Естественно, он хочет сохранить их, поскольку они являются инструментами борьбы с глобальным терроризмом. Однако ему не следует приносить в жертву господину Каримову свою преданность делу демократии. В Средней Азии Киргизия, пусть и с большими сомнениями и оглядками, прокладывает путь вперед.