В процессе экономической глобализации происходит одна парадоксальная вещь: несмотря на размывание государственных границ благодаря свободной торговле и мгновенному перемещению капиталов, национализм в мире только усиливается.

В формировании этого 'национализма нового типа', как и во многом другом, пример остальным подала Америка. Вспомните, как уже много лет ведут себя наши спортсмены-олимпийцы, и вы поймете, что американский шовинизм и 'ура-патриотизм' - явление отнюдь не новое. После 11 сентября 2001 г. президент Буш возвел принцип 'Америка в первую очередь' в ранг новой государственной идеологии, после чего сторонники глобализации неустанно клеймят его за 'односторонние действия'. Но возможно, критики Буша просто за деревьями не видят леса: сегодня националистами стали буквально все.

Вопреки прогнозам десятилетней давности, глобализация не приводит к разрушению национальной идентичности. Мир - не 'плоская равнина', как бы ни доказывал обратное мой друг Том Фридман (Tom Friedman) в своей блестящей новой книге: мир - это 'пересеченная местность' с холмами, долинами и острыми хребтами национального самолюбия. В чем-то этот национализм нового типа представляет собой своего рода 'геополитический фундаментализм' - люди держатся за привычную идентичность, чтобы справляться с новыми стрессами, которые принесла с собой глобализация.

В последние недели мы стали свидетелями нескольких примеров мощного, пусть порой и иррационального, возрождения националистических настроений. Так, выход в Японии новых школьных учебников вызвал в Китае неоправданно бурную реакцию - волну уличных протестов. Китайцы утверждают, что в этих книгах 'обеляются' преступления, совершенные японцами против их страны во время второй мировой войны. Может быть, это и так, но безудержный национализм, охвативший тысячи людей, скандирующих антияпонские лозунги на улицах китайских городов, просто ошеломляет.

Правящие Китаем самодержцы-коммунисты совершенно сознательно спровоцировали демонстрации - насколько я могу судить, они полагали, что таким образом дадут понять Японии, что в Азии есть место лишь для одной региональной сверхдержавы. Однако результатом этих событий стал подрыв уверенности в том, что Китай неуклонно движется к полномасштабному, последовательному сотрудничеству с другими государствами в рамках глобальной экономики. Как выясняется, в своих патриотических чувствах китайцы способны выходить за рамки разумного ничуть не меньше, чем американцы. Даже глава 'News Corp.' Руперт Мэрдок (Rupert Murdoch), до недавнего времени - один из главных поклонников 'китайского экономического чуда', как говорят, заявил на прошлой неделе в Вашингтоне, что особых преимуществ иностранным инвесторам оно не принесло.

Теперь перейдем к Франции: эта страна постоянно соперничает с США в том, кто из них проявит больше бесцеремонности, преследуя свои национальные интересы. В этом году пальма первенства вполне может достаться Франции. После того, как она двадцать лет навязывала другим европейским странам свое виденье объединенной Европы - а бывший французский президент Валери Жискар д'Эстэн (Valery Giscard d'Estaing) даже возглавил разработку новой европейской конституции - французская общественность сегодня намерена сказать 'нет' этой самой конституции на референдуме, который состоится в следующем месяце.

Возможно, в конечном итоге французы все же ратифицируют документ, но 'мораль сей басни' ясна, как божий день. Прежняя концепция европейской 'квазифедерации' должна быть исправлена с учетом национализма нового типа, поднимающего голову по всему континенту. Французы (и большинство жителей других европейских стран) полны решимости отстоять свой национальный суверенитет, национальную культуру, национальные прерогативы, закрытые для чужаков национальные рынки труда. Как выясняется, для французов характерен тот же подспудный 'евроскепсис', что и для британцев: они хотят сохранить свою национальную идентичность любой ценой - независимо от указаний бюрократов из Брюсселя. Возможно, с точки зрения рыночной экономики эти национальные устремления и выглядят абсурдными, но если европейская конституция вступит с ними в конфликт, ее ждет полный провал.

Триумфальное шествие национализма продолжается: иранцы хотя иметь собственную атомную бомбу 'отечественного производства', и этот 'ядерный национализм' владеет высокообразованными иранцами-технократами - по идее, нашими друзьями - не меньше, чем правящими в стране клерикалами. Ливанцы, много лет связывавшие свою идентичность с идеями 'арабизма', способными, как они полагали, примирить христиан и мусульман, в конце концов решили, что они все же прежде всего ливанцы, а уж потом арабы, и вынудили сирийских оккупантов убраться восвояси.

Как отмечает бывший советник президента США по национальной безопасности Збигнев Бжезинский (Zbigniew Brzezinski), 'национализм нового типа' приводит тому, что молодежные движения в разных странах занялись 'подражательством'. Одной из движущих сил украинской 'оранжевой революции' стала молодежная организация под названием 'Пора'. В ответ, отмечает Бжезинский, в России с благословения президента Владимира Путина создается движение 'Наши', цель которого - апеллировать к националистическим настроениям молодых россиян. Бжезинский опасается, что его идеология может эволюционировать в сторону опасного праворадикального 'нашизма'.

Любовь к родине - похвальное чувство, но в истории она уже не раз оборачивалась ужасающим кровопролитием. Не случайно же в 1945 г. родилась мечта о том, что великие державы во главе с США смогут создать систему международных институтов, обеспечивающих безопасность в мировом масштабе. Вот был бы потрясающий поворот судьбы, если бы именно администрация Буша, перед лицом тревожного возрождения национализма в других странах, сумела вернуть мировое сообщество на путь реформирования международных институтов, позволяющее им обрести 'второе дыхание'. Вот только особых надежд на это у меня нет.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.