Итак, что же в действительности произошло в середине мая в узбекском городе Андижане? До сих пор точно неизвестно даже, сколько людей погибло во время беспорядков. Также неизвестно, ни кем они были организованы, ни с какой целью. Причем точно спрогнозировать развитие и самого Узбекистана, и всей Средней Азии можно, только правильно ответив на эти вопросы.

По словам властей Узбекистана, России и Соединенных Штатов, в андижанских событиях ясно видна 'рука исламистов'. Регион сегодня дружно пугают возможностью 'зеленой революции' в Узбекистане и падением всего региона в полный хаос.

Исламисты (то есть не люди, принадлежащие к какой-либо конкретной партии, а те, кто вообще действует под флагом радикального ислама) появляются в узбекском вопросе не случайно: в Узбекистане именно исламисты представляют собой самую радикальную и энергичную политическую силу. Однако после событий в Андижане они на самом деле ничего больше не сделали и ничем больше себя не проявили. Вот поэтому сегодня их роль в том, что произошло в Андижане, находится под вопросом.

Прежде всего, прошедшие события со всей очевидностью показали, что исламисты оказались плохо подготовлены к тому, чтобы встать во главе узбекского сопротивления, хотя возможность такая у них была. Они оказались не готовы оказывать серьезное сопротивление силам безопасности Узбекистана. Однако, если мы посмотрим на события в Андижане под этим углом зрения, станет видно, что беспорядки не поддержал никто, кроме них. Почему? Возможно, потому, что народ так уж сильно боится президента Ислама Каримова. Или потому, что исламисты не так уж и старались встать во главе восстания. А может быть, потому, что так уж быстро и решительно отреагировали на их действие власти, что они просто не успели это сделать. Не исключено также, что мы просто переоцениваем организационные способности исламских партий. Одно дело - распространять листовки, как делает в Узбекистане 'Хизб-ут-Тахрир', и совсем другое - выводить людей на улицы. Как видим, здесь гораздо больше вопросов, чем ответов.

В любом случае, исключать участие исламистов в андижанских беспорядках никак нельзя. Их влияние с течением времени наверняка будет только расти, а вероятность того, что когда-нибудь в будущем они возглавят организованное движение протеста в стране, достаточно высока. Однако далеко не так высока вероятность их прихода к власти, а перспектива установления в Узбекистане халифата вообще сомнительна.

С другой стороны, политический хаос в Узбекистане могут спровоцировать не только исламисты, но и представители различных кланов. Здесь нельзя забывать о том, что, хотя президентские выборы в Узбекистане должны состояться в 2007 году, ни одного кандидата, который мог бы сменить Каримова и при этом не стать причиной новых трагических событий в стране и регионе, пока не видно. Так что решать проблему, как найти такого преемника, чтобы смог сохранить консенсус среди правящей элиты и не дать ситуации вылиться в гражданскую войну, предстоит, видимо, самому Каримову.

Сегодня власть в Узбекистане принадлежит в основном двум кланам - ташкентскому и самаркандскому. Третий влиятельный клан - ферганский - на сегодняшний день из системы власти выведен практически полностью. Кстати, после андижанских событий были версии, что либо представители этого клана и стояли за беспорядками в Андижане, который расположен как раз в Ферганской долине, либо, наоборот, их спровоцировали, чтобы окончательно от них избавиться.

Поиск преемника Каримова - проблема, которой предстоит заниматься не только Узбекистану, но и Москве с Вашингтоном, в дестабилизации региона никоим образом не заинтересованным. Поэтому американцы с такой готовностью и проглотили андижанскую резню и не готовят в Узбекистане никакой 'оранжевой революции'. Так же, как и Россия, однозначно поддерживающая Каримова, Соединенные Штаты стремятся к законному и, что самое важное, мирному процессу перехода властных полномочий в Узбекистане. Поэтому сегодня и российская, и американская дипломатия занята в основном оценкой шансов тех или иных кандидатов на лидерство в республике.

Преемник Каримова, кто бы он ни был, должен в равной степени отвечать интересам различных кланов. Одним из наиболее привлекательных претендентов представляется дочь президента Гульнара Каримова, у которой есть люди, готовые поддержать ее кандидатуру на выборах. Остался один вопрос: что она сама обо всем этом думает, потому что до сих пор она была резко против. Приход к власти других сильных политиков может расколоть страну, а, если это произойдет, случиться может все что угодно - могут возобновить свою деятельность исламисты, может подняться волна международного терроризма, и хаос распространится на весь среднеазиатский регион.

Политическая ситуация в регионе и без того достаточно сложна. Пока не ясен исход выборов в Кыргызстане, где представители новой власти до сих пор не могут найти общего языка. Снова активизируется оппозиция в Казахстане. В общем, прогноз для региона нельзя назвать оптимистичным.

Однако в любом случае ни России, ни Соединенным Штатам не стоит чересчур замыкаться на исламской угрозе, которая может исходить из этого региона. Вместо этого им нужно искать влиятельных людей, которые могли бы стать их партнерами в будущем. Старые лидеры уходят, и старая элита уходит вместе с ними; нужно делать новые ставки на новые номера. Вопрос лишь в том, выпадут ли они.

--

Алексей Малашенко - член ученого совета Московского Центра Карнеги, профессор Московского государственного института международных отношений. Статья перепечатывается с разрешения РИА 'Новости'. Мнение автора может не совпадать с мнением редакции РИА 'Новости'.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.