Во время сегодняшнего визита президента России Владимира Путина в Белый дом будут затрагиваться, конечно же, такие глобальные темы, как состояние окружающей среды, торговые соглашения, проблемы ядерного оружия и терроризма. Но я надеюсь, что президенты все-таки найдут время и затронут проблемы детей - проблемы Алексея, Кати, Ромы, Миши и Виктории.

Алексей и Катя - двое из пятидесяти тысяч российских детей, усыновленных американскими родителями с 1991 года. Рома и Миша - двое из, по некоторым оценкам, тридцати тысяч беспризорников, живущих на улицах и вокзалах одной только Москвы. О них - Роме, Мише и десятке таких же, как они, - был снят душераздирающий документальный фильм 'Дети Ленинградского' ("The Children of Leningradsky"), который покажут по кабельному каналу Cinemax 28 сентября.

Виктория - моя трехлетняя дочь, которую мы с мужем взяли из детдома в российской Карелии год назад. И, хотя я, даже при таком ее довольно юном возрасте, не всегда могу уверенно за нее говорить, мне кажется, что она бы присоединилась к хору тысяч семей, требующих, чтобы Путин оказал сопротивление последним исходящим из его страны инициативам по ограничению или даже полному прекращению усыновления российских детей иностранцами.

Случаи усыновления американцами детей из России попали под огонь критики, вполне понятной после того, как в 2003 году шестилетнего Алекса Павлиса убила усыновившая его мать, а в этом году было сообщено о смерти двухлетней Нины Хилт, в которой также обвиняют удочерившую ее женщину. Оба ребенка были усыновлены в России. На этой неделе пришли тревожные сообщения еще об одиннадцати детях, которых приемные родители якобы держат в клетках (хотя эти дети и не из России).

Смерти Алекса и Нины, как и смерть вообще любого ребенка, будь он биологический или усыновленный, ничем нельзя оправдать. Однако эти отдельные случаи, хотя и подчеркивают важность и без того строгих российских проверок условий содержания детей, усыновленных американцами, не должны использоваться в качестве предлога для того, чтобы вообще прекратить эту практику. Слишком много детских жизней поставлено на карту.

Когда мы познакомились с Викторией в одном из небольших детских домов в Сортавале, всего в нескольких милях от финской границы, мы поразились тому, какой за ней оказывался прекрасный уход. За унылыми казарменными стенами детского дома под названием 'Сказка', стоявшего в центре разваливающегося города и финансируемого буквально по крохам, скрывались неподдельная теплота, искренность, сострадание и блестящее хозяйствование неутомимой директрисы, сумевшей создать для своих подопечных самую безопасную и здоровую среду и окружить их по-настоящему семейной любовью.

Мы видели, какое внимание оказывают там детям, поэтому нимало не беспокоились за Викторию, когда нам пришлось оставить ее на некоторое время в детском доме, прежде чем мы смогли стать ее законными родителями.

Но наша дочь, как и другие воспитанники 'Сказки' - немногие счастливчики, которым их опекуны дали такой хороший старт в жизни и у которых есть серьезные шансы на усыновление любящими родителями из России, Европы или Америки. Лишь случайный поворот судьбы отделяет их от детей Ленинградского вокзала, чья недолгая, как правило, жизнь - это попрошайничество, проституция и пакет с клеем по вечерам. По всей Российской Федерации сегодня столько детей, которым нужен дом, что трудно поверить в возможность полного закрытия одного из важнейших путей, которым они могут найти семью, а с ней любовь и безопасность.

Между тем именно этого, по сути, добиваются российские законодатели своими предложениями - причем некоторые из этих предложений уже приняты. К счастью, на прошлой неделе Дума отвергла предложение ввести мораторий на усыновление детей иностранцами, однако в январе был принят закон о том, что период, на который ребенка помещают в федеральную базу данных и до истечения которого он не может быть усыновлен иностранным гражданином, удлиняется с трех до шести месяцев. К тому же реорганизация государственных правил усыновления привела к тому, что несколько агентств потеряли аккредитацию на работу в России. Некоторые чиновники даже потребовали, чтобы Соединенные Штаты подписали с Россией двустороннее соглашение, по которому российские власти получали бы право проверять условия содержания усыновленных детей. Таким образом, была бы сведена на нет роль международного соглашения, которое должны ратифицировать страны Гаагской конвенции.

Обеспокоенность граждан России судьбой рожденных в их стране детей, конечно же, понятна; мы с мужем, как активные участники проверок условий содержания, благодарны людям, давшим нашей Виктории такую серьезную путевку в жизнь, за то, что они постоянно следят за тем, хорошо ли ей с нами. Но что касается российских властей, то они, со своей стороны, должны не мешать таким семьям, как наша, сдерживать обещания, которые мы давали, усыновляя ребенка, но, напротив, идти им навстречу.

Это означает, что надо не требовать подписания двустороннего соглашения, а продолжать работать над тем, чтобы как можно быстрее ратифицировать Гаагскую конвенцию по международному усыновлению, в которой прописывается надзор федеральных властей за условиями усыновления детей из других стран, вводятся жесткие профессиональные стандарты агентств по усыновлению, чиновников и судов. Кроме того, в ней содержатся положения о консультациях родительским парам и об их отчетности как до, так и после усыновления.

Конвенция, скорее всего, положит конец усыновлению российских детей через независимых агентов, которые, по данным Национального союза по усыновлению, не проверяются так же строго, как аккредитованные агентства, и поэтому могут быть источниками вопиющих нарушений правил проверки, подотчетности и прозрачности.

Конечно, даже самым уважаемым агентствам есть куда стремиться в проверке благонадежности будущих родителей, в том числе и после того, как усыновленный ребенок вошел в их дом. Плохое обращение даже с одним-единственным ребенком, не говоря уже об убийстве - это, безусловно, горестное событие и причина для глубокого расследования причин. Однако если в результате этого в России будет меньше таких, как Виктория, Алексей и Катя, и больше таких, как Рома и Миша - это и будет настоящий позор и настоящая трагедия.

_______________________________________________________________________

Спецархив ИноСМИ.Ru

Россия выясняет, что для помощи детям-сиротам нужна не одна только любовь ("The Washington Post", США)

Супружеские пары на Западе страдают от протестов против усыновления российских детей ("The Times", Великобритания)

Москва: место, где рушатся мечты ("Newsweek", США)

Усыновления из России могут прекратиться ("Christian Science Monitor", США)

Россия не дает усыновлять своих сирот ("The Washington Post", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.