Проходившая 2 июня во Владивостоке конференция министров иностранных дел Китая, России и Индии явилась для Пекина и Москвы удобным поводом, чтобы парафировать договор, положивший конец спорам по пограничному вопросу, а для Дели еще раз твердо заявить о своем стремлении инвестировать в российскую нефтяную промышленность. В проект под названием 'Сахалин 1' Индия вложит 1 миллиард долларов. Призыв этих трех стран отказаться в международных отношениях от политики 'двойных стандартов' нацелен на администрацию Буша.

В августе 2005 года китайская компания 'CNOOC Ltd.', увидев, какую панику вызвало в Конгрессе США ее предложение приобрести американскую нефтяную компанию 'Unocal', отказалась от этой идеи. Свободное движение капиталов не устояло перед 'требованиями безопасности'. В том же месяце Иран отверг поддержанные Соединенными Штатами предложения Франции, Германии и Великобритании окончательно отказаться от тайно проводимых работ по обогащению урана, хотя даже договор о нераспространении признает за ним право на использование этой технологии. В Тегеране, где еще свежа память о грубом вмешательстве иностранных держав в дела своей страны - в XIX веке России, в 1953 году ЦРУ - не желают склонить знамя суверенитета.

В числе прочих фактов и событий следовало бы выделить три. Это участившиеся поездки китайских руководителей в Африку и Латинскую Америку, напряженность в торговых отношениях между США, Европой и Китаем в вопросе текстиля, самолетов, сельского хозяйства и признание Южной Кореей права Пхеньяна на производство атомной энергии в мирных целях, что противоречит позиции Вашингтона. Если собрать воедино все эти разрозненные факты, вырисовываются контуры мировой геополитики, которая оказывается гораздо сложнее, чем иногда кажется, и которая не сдается под стремительным натиском либеральной глобализации. Повсюду по-прежнему живучи проявления национализма, местечковости, исторических амбиций. Все больше и больше становится тех, кто не хочет подчиняться мировому порядку.

Появления на свет 'сверхимпериализма', который бы положил конец соперничеству, не заметно. В противовес Америке, которая, не задумываясь, как в случае с 'Unocal', встает на защиту собственных интересов, от Пекина до Сан-Паулу, от Сеула до Дели крепнет экономический и политический патриотизм, решимость отстаивать свою независимость. В сентябре 2003 года в Канкуне двадцать стран Юга, в том числе Индия, Бразилия и Южная Африка, спровоцировали провал конференции Всемирной торговой организации, поскольку их требования не были удовлетворены. Следуя той же логике, во Франции противятся возможности приобретения фирмы 'Danone' компанией 'PepsiCo'.

'Конец истории', как объяснял Фрэнсис Фукуяма (Francis Fukuyama), означал бы торжество не только глобализации, но также и насаждаемой Соединенными Штатами либеральной модели. Однако вот уже более десяти лет США никак не могут завоевать 'умы и сердца'. В 1789 году идеи Французской революции широко распространились в Европе и за ее пределами. Советская революция долгое время представляла для Запада не только идеологическую, но и военную опасность. Но когда Соединенные Штаты достигли вершины своей военной мощи, это совпало с периодом их наименьшей популярности в мире. Никогда еще имидж Вашингтона за рубежом не был таким негативным. 'Имидж США за рубежом: хуже, чем даже у Китая', - гласил заголовок газеты 'International Herald Tribune' от 24 июня 2005 года.

Конечно, ни одна крупная страна в ближайшие десятилетия не может даже надеяться стать для Соединенных Штатов таким же соперником, каким был Советский Союз на протяжении второй половины XX века. Америка, не имеющая себе равных военная держава, тем не менее, увязла в Ираке, где она оказалась не в силах дать отпор сопротивлению нескольких тысяч бойцов, приковавших к этой территории 148 000 американских солдат. А тут еще скандалы с тюрьмами в Гуантанамо (Guantanamo) и Абу-Грейб (Abou Ghraib), пытки, наступление на основные свободы. Все это лишь во вред притязаниям Соединенных Штатов, а порой, и Европы - ведь именно этот дуэт и зовется Западом - единолично определять всемирные ценности: права личности, демократию, свободы и т.д. Провозглашать Добро и Зло, указывать, какой режим допустим, а какой нет, какой требуется подвергнуть санкциям, а какой можно оставить в покое.

Повсюду их попытка навязать, в частности через средства массовой информации, усеченные представления о мире, праве и морали была отвергнута. Успех в арабском мире спутниковых телеканалов, особенно 'Аль-Джазиры' (Al-Jazira), начало вещания в Латинской Америке канала 'Телесур' (Telesur) как раз свидетельствуют об этой непокорности, которая распространяется на все области: политику, экономику, культуру. Даже если иногда это неповиновение принимает извращенные формы религиозного экстремизма или национализма и дает повод думать о 'столкновении цивилизаций'.

На исходе XVIII века Европа установила свою гегемонию перед лицом других держав. Как показывает современная историография, это первенство явилось результатом удачного стечения обстоятельств, в частности, преимущества, которое ей давало обладание Северной Америкой, и экономика, основанная на выкачивании богатств. Оно выразилось в военном превосходстве, что позволило Старому континенту подчинить весь остальной мир колониальному игу. Европа попыталась узаконить это господство, претендуя на то, что ее ценности и идеи, в первую очередь - греческая философия, тысячу лет занимали верховное положение в мире. Она с презрением относилась ко всем другим культурам, считая их 'варварскими' или 'низшими'. Похоже, что США, а порой, и Европа вновь возвращаются к своим старым предрассудкам. А им следовало бы все-таки вспомнить, что куда более 'передовые' и куда более 'развитые' колониальные империи исчезли с лица земли. . .