Подписанное в начале сентября соглашение между Германией и Россией о строительстве газопровода по дну Балтийского моря, в обход Польши и балтийских государств, вновь разбудило в Польше старых демонов. Польская оппозиция голосом Яцека Сариуш-Вольского (Jacek Saryusz-Wolski), которому прочат портфель министра иностранных дел в случае победы на парламентских выборах, намеченных на 25 сентября, его партии 'Гражданская платформа' (РО), поспешила осудить вредный для ее страны договор. 'Германия не провела никаких консультаций с Польшей по этому вопросу (. . .) Значит, Россия сможет прервать поставки газа странам бывшего советского блока, не затронув свои отношения с крупными державами, такими как Германия', - пишет Яцек Сариуш-Вольский, бывший директор Комитета европейской интеграции. Будут ли снова русские и немецкие палачи угрожать Польше? Политолог Александр Смоляр (Alexandre Smolar), работающий в Национальном центре научных исследований (CNRS), директор фонда Батория в Варшаве, которого в среду цитировала 'Gazeta Wyborcza', видит в этих перегибах воскрешение некой 'исторической политики', заключающейся в том, чтобы нападать на своих соседей, ссылаясь на трагедии прошлого.

Тем не менее, Польша без малейших затруднений влилась в европейский и мировой дипломатический хор. С момента крушения СССР ее границам ничто не угрожает. Несмотря на паникерские (и предвыборные) высказывания некоторых ее политических руководителей, ее статус члена Европейского Союза и НАТО дает ей возможность занять скорее не оборонительный, а конструктивный подход. Это доказала произошедшая зимой 2004-2005 гг. на Украине 'оранжевая революция'. Тогда Варшава сыграла решающую роль в разрешении кризиса. В какой-то момент, когда возникли опасения, что политический кризис на Украине будет насильственно устранен режимом Леонида Кучмы, Польше удалось уговорить Европейский Союз выступить посредником, что и привело к мирному разрешению кризиса и демократической смене власти. Она сумела, также как Словакия и Литва, привлечь внимание Брюсселя к судьбе своих соседей, заставить услышать голос тех, кто имел право на слово в силу своей географической близости и тех знаний, на которые годами опирались американские фонды.

Региональные амбиции

Сегодня Варшава мечтает о том, чтобы Украина вошла в состав ЕС, мечтает перенести 'оранжевую революцию' в Белоруссию, чтобы свергнуть авторитарный режим Александра Лукашенко. Ни один польский дипломат не думает всерьез, что обе эти цели будут достигнуты завтра. Но отныне, когда речь заходит об этих вопросах, голос Польши невозможно не услышать в европейском дипломатическом хоре. С момента расширения ЕС в 2004 году Украина и Белоруссия стали пограничными с Союзом странами, и такое положение позволяет им пользоваться, при условии их демократизации, существенными преимуществами проводимой ЕС политики соседства.

За этими региональными амбициями сильно ощущается историческая задача нейтрализовать Россию. Москва по-прежнему воспринимается как источник опасности, несмотря на то, что Россия стала для Польши основным торговым партнером в рамках экономических обменов, которые отныне осуществляются на конкурентной основе. Дипломатические отношения между двумя странами - хуже некуда, но у Москвы уже больше нет возможности диктовать Варшаве свою волю.

Военное участие Польши в американской коалиции в Ираке сделало еще более тесными традиционно крепкие связи с Соединенными Штатами, где проживает многочисленная польская диаспора. Несмотря на то, что это привело к серьезной напряженности в отношениях с Францией и Германией, Польша получила возможность быть услышанной. Значение Польши в Европейском Союзе постоянно укрепляется. В Европейском Союзе, который после расширения пытается свести воедино 25 своих членов, и после отказа Франции и Нидерландов подписать конституционный договор, 38 миллионами поляков трудно пренебречь. Отныне Польша входит в число тех средних стран, без которых Европа не сможет расширять свои амбиции в вопросах обороны, внешней политики и экономического могущества.

Париж и Берлин начинают с ней считаться. 'Веймарский треугольник', объединяющий три страны с начала 90-х годов, кажется, вышел из оцепенения. Лондон, со своей стороны, рассчитывает опереться на Варшаву, чтобы вместе с ней вдохнуть либерализм в старую Европу. Альянсы будут создаваться по мере возникновения новых проблем. Нет никаких сомнений в том, что Польша воспользуется этим, чтобы повлиять на принятие решений по будущему бюджету Союза, из которого она намерена извлечь выгоду, чтобы наверстать свое отставание в развитии. Основные польские политические партии это поняли. Ни одна из них теперь не оспаривает выгоды, связанные с членством в ЕС, чего нельзя было сказать десять лет назад. Теперь дискуссии касаются будущего Европейского Союза - более конфедеративного или более интегрированного, с Турцией или без нее. Но Польша не единственная, кто ведет споры по этим вопросам.