Недавно президент Джордж Буш представил расширенный вариант обоснования нынешней войны с терроризмом. Теперь в качестве нашего врага предстает уже не терроризм как определенный способ действия, но некая группа лиц и организаций, стремящихся выстроить 'радикальную исламскую империю, протирающуюся от Испании до Индонезии'.

Президент особо отметил, что зачастую исламо-радикалы - в таких местах, как Сомали, Пакистан, Чечня, Кашмир, Филиппины и Алжир - позиционируются как сепаратистские движения повстанцев-националистов. По его словам, их цель состоит в том, чтобы захватить власть в одном из этих государств, как Усама бен Ладен в Афганистане в конце 90-х годов, и использовать его как базу для дальнейшей дестабилизации нерадикальных исламских государств.

Президент заявил, что сегодня война с исламским фундаментализмом напоминает полувековую войну Запада с коммунизмом. Как и нынешние исламо-радикалы, коммунисты всячески старались заставить мир поверить, что речь идет об освобождении местного населения, о национально-освободительных движениях, а не об усилении собственного влияния за счет позиций западного демократического мира.

Что ж, в качестве обоснования для войны против террора это уже большой шаг вперед по сравнению с более ранними версиями, в которых правительство предлагало Америке то ли сосредоточиться на уничтожении одной лишь 'Аль-Каиды', то ли вообще взять на себя борьбу с любым терроризмом, где бы и как бы он ни проявлялся. В этой доктрине найдена 'золотая середина': признано, что 'Аль-Каида' уже не та, что раньше. В ее структуру входит множество практически независимых друг от друга группировок, преследующих, однако, общую цель. Теперь главной задачей США становится сотрудничество с другими странами, направленное на уничтожение этих группировок.

Однако в качестве обоснования для войны в Ираке нынешнее заявление подходит лишь отчасти. На какое-то время показалось, что президент сейчас скажет: Соединенные Штаты вошли в Ирак не для того, чтобы спасти эту страну от захвата исламо-радикалами. Не так уж очевидно и то, что, как заявил президент, если завтра убрать оттуда американские войска, то лидер 'Аль-Каиды' в Ираке Абу Мусаб аль-Заркави (Abu Musab al-Zarqawi) на пару с господином бен Ладеном тут же захватят "власть над Ираком, его народом и его ресурсами".

С другой стороны, слишком поспешный вывод американских войск из Ирака действительно может обернуться страшной гражданской войной, масштабными этническими чистками и интервенцией соседних государств, что в результате повысило бы вероятность распространения войны на весь регион. А из хаоса, который бы при этом возник, исламо-радикалы могли бы извлечь ничуть не меньше дивидендов, чем коммунисты - из хаоса первой и второй мировых войн.

Если уж проводить аналогии между коммунизмом и исламским радикализмом, то нельзя забывать о Вьетнаме. Сегодня в качестве причин, по которым мы должны остаться в Ираке, нам предъявляют практически все то, что страна слышала тридцать лет назад от президентов Джонсона и Никсона. Если сдать Ирак исламо-радикалам, говорит Буш, то Заркави, бен Ладену и компании будет гораздо легче примериваться к захвату власти в других государствах региона. В общем, 'принцип домино', вид сбоку.

Правда, в результате большинство костяшек в Юго-Восточной Азии так и не упали, хотя это, конечно, не означает, что вывод американских войск из Вьетнама не привел к катастрофическим последствиям. Соединенные Штаты фактически пропустили удар такой силы по престижу и лицу, что на то, чтобы оправиться от него, у страны ушло целое десятилетие. Кроме того, Америка бросила на произвол судьбы 20 миллионов жителей Южного Вьетнама, которых ждали десятки лет жестоких репрессий.

Кроме того, США выиграли 'холодную войну' отнюдь не благодаря успешно проведенному глобальному 'крестовому походу' против коммунизма. Напротив, одно наше правительство сменяло другое, а главный враг оставался один и тот же - не коммунизм в целом, а Советский Союз. И Вашингтон охотно сотрудничал с любым режимом, каким бы репрессивным и даже коммунистическим он ни был, лишь бы был готов сопротивляться советскому влиянию.

Эта политика приняла четкие очертания еще при Ричарде Никсоне и с тех пор до самого распада Советского Союза неизменно подтверждалась всеми, кто приходил на пост президента после него. В конфиденты США выбрали Румынию, в которой процветала самая жестокая и коррумпированная диктатура в Восточной Европе, однако ее президент Николае Чаушеску был готов уйти с курса, предписанного Москвой. Вашингтон активно окучивал Китай при Мао Цзэдуне, поскольку Китай представлял собой противовес той же Москве.

Приняв новую версию доктрины войны с террором, Америке тоже придется играть в 'реальную политику'. Стабилизация Ирака невозможна без сотрудничества с его соседями, даже такими, как Сирия и Иран.

Для стабилизации Боснии правительству Клинтона приходилось договариваться с теми самыми Слободаном Милошевичем (Slobodan Milosevic) и Франьо Туджманом (Franjo Tudjman), чьи руки были запятнаны кровью жертв геноцида, который как раз и пытались остановить США. Чтобы создать в Афганистане режим, способный управлять страной после свержения 'Талибана', правительству Буша пришлось договариваться с теми самыми лидерами этого региона - Россией, Пакистаном, Индией и Ираном - которые до этого двадцать лет рвали страну на части. Пришло время и в Ираке проводить ту же объединительную политику.

Иран, населенный в основном мусульманами-шиитами, может, и лелеет какие-то имперские амбиции, но построение суннитской империи, простирающейся от Испании до Индонезии, в их список явно не входит. Иран шел на сотрудничество с США, когда необходимо было сбросить 'Талибан'. Наконец, Иран - это самая серьезная на сегодняшний день (если не считать США) сила, поддерживающая нынешнее правительство в Багдаде. Во всяком случае, перспектива установления в Ираке власти Заркави и бен Ладена не устраивает Тегеран в такой же мере, как и Вашингтон.

Уинстон Черчилль, премьер-министр Великобритании в годы второй мировой войны, сказал в оправдание своего альянса с Советским Союзом: 'Если бы Гитлер вторгся в ад, то я бы, по меньшей мере, благожелательно отозвался бы о сатане в палате общин'. Сегодня, когда исламо-радикалы вторглись в Ирак, не настало ли время благожелательно отозваться о 'врагах своего врага'?

Автор статьи - директор Центра по международной безопасности и оборонной политике (International Security and Defence Policy Centre) при некоммерческой организации Rand Corporation, а также первый посланник правительства Дж. У. Буша в Афганистане.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.